8 с половиной (1963)

8 с половиной, 1963: актеры, рейтинг, кто снимался, полная информация о фильме 8½
Актеры
принимали участие в съемках
Анук Эме
Росселла Фальк
Клаудия Кардинале
Марчелло Мастроянни
Катерина Боратто
Соня Жесне
Мария Тедески
Эддра Гэйл
Барбара Стил
Джон Фрэнсис Лейн
Жан Ружёль
Гуидо Альберти
Сандра Мило
Мадлен ЛеБо
Марио Коноккья
Бруно Агостини
Чезарино Мичелли Пикарди
Марио Пизу
Анни Горассини
Росселла Комо
Гудитта Риссоне
Мария Антониетта Белуцци
Олимпия Кавалли
Нино Рота
Джон Карлсен
Нил Робинсон
Франческо Алуиджи
Юджин Уолтер
Гидеон Бахманн
Марк Херрон
Полидор
Мино Доро
Гилда Далберг
Матильда Кэлнан
Джон Стэйси
Ивонн Касадеи
Йен Даллас
Джорджия Симмонс
Эди Вессель
Тито Масини
Мариса Коломбер
Элизабетта Каталано
Хэйзел Роджерс
Марио Таркетти
Мари Индовино
Фрэзиер Риппи
Франческо Ригамонти
Джулио Парадизи
Марко Джеминай
Аннибале Нинки
Антонио Аккуа
Аньес Бонфанти
Джулио Кали
Анна Карамини
Элизабетта Чини
Альфредо Де Лафелд
Себастиано Де Леандро
Дина Де Сантис
Ева Джиоиа
Риккардо Гульельми
Валентина Лэнг
Аннароза Латтуада
Пальма Манджини
Эдвард Флеминг
Роберто Николози
Мария Раймонди
Лучана Сансеверино
Фламиния Торлония
Роберта Валли
Мария Вертмюллер
Вадим Волковский
Франко Карачиоло
Гондрано Трукки
Дина Бойер
Грация Фраснелли
Йен Даллас
Надя Сандерс
Tina Comandini
Развернуть (78)
Рейтинг фильма
Кинопоиск 8
IMDb 8
Описание фильма
оригинальное название:

8 с половиной

английское название:

год: 1963
страны:
Италия, Франция
слоган: «A picture that goes beyond what men think about - because no man ever thought about it in quite this way!»
режиссер:
сценаристы: , , ,
продюсер:
видеооператор: Джанни Ди Венанцо
композитор:
художники: Леонор Фини, Пьеро Герарди, Вито Анцалоне
монтаж:
жанры: фэнтези, комедия, драма
Сколько денег потрачено и получено
Сборы в США: $98 760
Мировые сборы: $99 106
Дата выхода
Мировая премьера: 13 февраля 1963 г.
Премьера в России: 12 ноября 2020 г.
на DVD: 15 апреля 2004 г.
Дополнительная информация
Возраст: 12+
Длительность: 2 ч. 18 мин.
Отзывы о фильме 8 с половиной

Измотанный режиссёр погружается в водоворот воспоминаний и фантазий, где невозможно отличить вымысел от реальности.

Другие фильмы этих жанров
фэнтези, комедия, драма

Видео: трейлеры и тизеры к фильму «8 с половиной», 1963

Видео: Federico Fellini - 8 1/2 (New Trailer) - In UK cinemas 1 May 2015 | BFI Release (8 с половиной, 1963) - вся информация о фильме на FilmNavi.ru
Federico Fellini - 8 1/2 (New Trailer) - In UK cinemas 1 May 2015 | BFI Release
Видео: 8 1/2 Trailer (1963) - The Criterion Collection (8 с половиной, 1963) - вся информация о фильме на FilmNavi.ru
8 1/2 Trailer (1963) - The Criterion Collection
Видео: 8 and a Half Trailer HD (8 с половиной, 1963) - вся информация о фильме на FilmNavi.ru
8 and a Half Trailer HD

Отзывы критиков о фильме «8 с половиной», 1963

Другой в кино (часть 9)

В авторском кино существует достаточно большое число фильмов, посвященных самому процессу съемки кино, производству и его дальнейшему продвижению. Начиная с картины Федерико Феллини «Восемь с половиной», каждый значимый режиссер считал необходимым снять картину, посвященную собственным «мукам творчества». Другой как режиссер, режиссер как персонаж, репрезентация на экране внутреннего мира режиссера — задача не из легких, все эти фильмы носят автобиографические черты. Концепция режиссера как единственного полноправного автора кино, чью роль можно сравнить с писателем или художником, была предложена в 1950-е годы Александром Астрюком ради прославления творческой манеры таких кинематографистов, как Альфред Хичкок, Кэндзи Мидзогути, Говард Хоукс.

«Другой гарантирует границы и переходы в мире. Он — сладость близости и сходств. Он регулирует изменения формы, а также фон и вариации глубины. Он предотвращает нападение сзади. Он наполняет мир благожелательным шепотом. Он заставляет вещи быть благосклонными друг к другу и искать себе естественные дополнения друг в друге. Когда мы выражаем недовольство по поводу невыносимости другого, мы забываем про иную и еще более страшную невыносимость, а именно про невыносимость вещей, которая бы имела бы место без другого», — пишет Жиль Делез в «Логике смысла».

Однако, режиссер как персонаж, сама тема режиссирования реальности впервые предстает в картине Феллини «8 1/2 », снятой в 1963 году. Она представляет собой хрестоматийный пример экспликации на экране «потока сознания» творческого человека. Главный герой — режиссер в период творческого кризиса, перед нами разворачивается вся подноготная его профессии, все страхи, терзания, вопросы, мучающие при постановке фильма. В финале фильма герой рассуждает в духе Рокантена из «Тошноты» Сартра: «хаос — это я сам», поэтому он отказывается бежать от сумятицы своего бессознательного и все герои — реальные и воображаемые — движутся в едином хороводе. В этой картине мы впервые сталкиваетмся с Другим как нашим собственным иным, но этот Другой активно режиссирует нашу жизнь. Как железный Закон, как недоступные рациональному пониманию, глубины нашей психики в фильме Феллини представлены без цензуры, без упорядочивания, в том виде, в каком они терзают творческого человека.

Последующие фильмы, посвященные творческой работе режиссера по упорядочиванию кинопроизводства — «Американская ночь» Трюффо, «Предостережение святой блудницы» Фассбиндера» «Положение вещей» Вендерса, менее насыщенны деталями, как фильм Феллини, но, тем не менее, показывают инаковость режиссера по отношению к актерам и всему остальному миру. Навязать свое мировоззрение огромному количеству людей — а именно в этом состоит задача режиссера во время съемок — сделать свою инаковость, свой внутренний мир материалом для фильма, — вот в чем сложность такого кино.

Картины этого плана ставят проблему творчества вообще в довольно неудобном ракурсе. Если художник — творец всех смыслов, которые раскрываются в тексте, то почему эти смыслы ускользают? Почему получившийся текст всегда богаче авторского замысла и к нему не сводим? Это возможно потому, говорит Жак Лакан, что через человека говорит Другой — тот, кто структурирует работу его бессознательного. Желание человека, желание что-либо создать, самовыразиться — это всегда желание Другого, трудно формулируемое и скрытое.

Именно таково распределение ролей в картине Феллини — Гвидо Ансельми сталкивается с независимостью своего бессознательного, с процессами, которыми управляет Другой. Одна из главных проблем, поднимаемых фильмом — невозможность творить. В «книге «История безумия в классическую эпоху» Фуко писал, что безумие — это отсутствие творчества. Та болезнь, от которой страдает герой Феллини и от которой он лечится на водах — не просто творческий кризис, но невозможность снимать.

Ингмар Бергман в одном из интервью называл эту картину «погребальной», но исполненной с невероятным юмором. В других работах, посвященных процессу кинопроизводства, каждый кинорежиссер затронет эту проблему невыносимости творить, когда сказать, увы, нечего. Часто о художнике говорят дежурные фразы «исписался», «устал», но не одна из них не выражает того глубинного разочарования в творчестве, которое не отпускает человека, пытающегося изо всех сил что-то создать.

27 февраля 2020

Фильм Феллини о мечте всех мужчин — многоженстве.

О чем же знаменитый фильм «8 с половиной» Федерико Феллини? Если сказать очень коротко и просто, то этот фильма-фантасмагория об извечном желании всех мужчин — примирить всех своих женщин: жену и многочисленных любовниц. Как было бы здорово, если бы жена занималась хозяйством, а женщины «гарема» полностью подчинялись своему дражайшему хозяину, действовали по уставу, который он определил. Постаревшие безропотно отправлялись бы куда-нибудь в отдаление… И при этом вполне себе добрый малый, кинорежиссер Гвидо не мучился бы моральными терзаниями по поводу постоянных своих предательств, измен и всякой другой подобной чуши, так осложняющей жизнь мужчины. Это фильм о желании Гвидо быть совершенно свободным, ничем и никем не обремененным, и о том, что все остальные, особенно женщины, должны просто исполнять его желания.

Если говорить о семье Гвидо, то диалоги после 20 лет брака красавца-мужчины со своей женой, измотанной его постоянной ложью, знакомы почти всем семьям, в которых муж-гуляка: Он: «Луиза, если бы ты потерпела еще немного… но ты не хочешь терпеть…» Она: «Ты лжешь, как дышишь». Он: «Но что ты будешь делать одна?» Она: «А разве я не одна сейчас?» «Назад я не вернусь! Иди ты к черту!», Он: «Я совсем не такой, каким бы мне хотелось быть… Луиза, как бы мне хотелось смотреть тебе в глаза без стыда… но принимай меня таким, какой я есть…»

Не знаю, мне этот инфантильный лепет в устах обаятельнейшего Марчелло Мастроянни противен, ведь он и вправду никого не любит, он просто не хочет выходить из зоны собственного комфорта, если потеряет жену, и плевать ему на ее постоянные мучения…

Какой же итог или вывод, который сделает обыватель, посмотрев этот фильм — никакого, пустота… Гвидо на самом деле нечего сказать людям, даже своей жене, потому что нет его раскаяния, желания что-то изменить… тем не менее жена в очередной раз простит его и продолжит свою ужасную жизнь…»

21 января 2020

Эстетическая подноготная Феллини

Мне кажется, что за свою жизнь каждый слышал имя Фредерика Феллини, в одном из неснятых его фильмов на тоненькой льдине в бокале маpтини геpой на геpоине, геpоиня на геpоине, но из снятых я бы хотела сегодня рассказать свое впечатление про фильм 8 с половиной. Подбиралась я к нему долго, постоянно откладывала так как думала, что будет слишком непонятно и автобиографично, набор специфический, согласитесь?) но в один прекрасный вечер громкое имя режиссера и мое нежное настроение все таки склонили меня к просмотру.

Скажу сразу, если вы хотите посмотреть что-то интресненькое чтобы вечер пролетел быстрее-вам не сюда, если вы хотите не вникать-аналогично, но вот если настроение созерцать красоту и постараться понять что твориться в голове и в душе великих творцов-велкам.

Фильм пронизан какой-то неуловимой тоской, поиском себя, вечного и конечно просто невероятными женщинами, я не знаю еще такого фильма который можно смело называть одой красивым роскошным дамам — эти наряды и макияжи можно вынести как отдельный вид искусства, не знаю есть ли уже такой термин, но я бы ввела «Дама Феллини».

Стоит ли смотреть? Определенно стоит хотя бы ради оригинального танца Умы Турман из Криминального чтива который как оказывается Тарантино позаимствовал у Феллини, ради атмосферы, красивых итальянцев во главе с Марчелло Мастрояни и вдохновение, которое подарил мне этот фильм.

9 из 10

9 июля 2019

Нечего сказать…

Этот фильм очаровывает с первых мгновений, и его очарование не ослабевает до самых последних минут. Этот фильм, посвященный творческому кризису режиссера, является триумфом режиссерского мастерства!

Если литература в начале XX века достигла вершины в создании романа-потока сознания, то в кино этого определенно добился Феллини. Мало того, что он намеренно не отделяет невероятно метафорические сны главного героя от реальности, он мастерски изображает глазами того же героя всю ту суматоху, круговорот людей и рук, что-то жаждущих и ждущих от творца, у которого нет сил творить.

Как изысканно и элегантно Феллини преподносит тему душевного кризиса. И как символично, что главный герой режиссер — это роль, которую каждый человек в норме должен играть в своей жизни.

С чего же начался его кризис? С того момента, как он решил создать фильм, способный исцелять души людей, решил научить их чему-то важному, тогда, когда он решил, что ему есть чему учить. Оказалось, он опустошен. Ему совершенно нечего сказать. Все, на что он способен — это обращаться к своему прошлому или настоящему. Но ему не удается найти связь между отдельными отголосками, он не может их связать…

Интересно, что приметой этого угнетенного состояния является не только неспособность сказать, но и утрата вкуса, вкуса к жизни и вкуса в жизни. Самый яркий тому пример — крикливо одетая любовница вместо элегантной, но менее броской жены.

Не менее символичной становится выстроенная в поле декорация (очаровательная деталь!) — огромная и бессмысленная. Иллюстрация того, как человек стремится отправиться в космос, вместо того чтобы решать земные проблемы. Интересно, что именно главный герой отказывается взбираться на нее, в итоге он находит ей вполне приземленное применение.

Как здорово Феллини играет на контрастах: еще вполне себе молодой Марчелло Мастроянни выглядит нелепо в окружении марширующих на процедуры стариков. Сцены в санатории через много лет будет воссоздавать в своем фильме «Молодость» Паоло Соррентино, добавив туда еще одну деталь из фильма Феллини — захватывающую дух панораму поля, на кромке которого стоит человек-воспоминание. Контраст масштабов создает завораживающий эффект.

Интересно и то, откуда приходит исцеление. Главный герой пытается обратиться к вере, причем вполне буквально — он обращается к самому кардиналу. Но кардинал дает самый антиклерикальный ответ — почему все возомнили, что должны быть счастливы в этой жизни. По Феллини, мир спасет, скорее красота, чем вера. Самому режиссеру преподносится ценный урок от самого, с одной стороны, неожиданного, а с другой — практически весь фильм ожидаемого персонажа. Урок прост, но сложен в исполнении, поэтому даже в последние минуты фильма зритель не может быть уверен, что он будет до конца усвоен главным героем. Но положительная динамика определенно наблюдается…

Это самый настоящий кинематографический шедевр, великолепный во всех своих проявлениях!

19 августа 2018

Больше, чем восемь с половиной

Во второй раз посмотрел картину «Восемь с половиной» (1963) Федерико Феллини. Насколько это было завораживающе! С такой же улыбкой, как в первый раз, я наблюдал за абсолютно нелинейными сюжетными перевертышами реальности и потока сознания, за ухмылкой главного героя и его пронзительным ироничным взглядом сквозь роговую оправу а-ля «Kingsman» (чуете, откуда все пошло, а?), за его бесконечными женщинами и постоянными «разговоры ни о чем», сквозь которые просачивался апогей театральности, искусственности жизненных неурядиц.

Фильм рассказывает нам об этапе творческого кризиса вымышленного знаменитого итальянского режиссера Гвидо Ансельми, чей предыдущий фильм был необычайно успешен. Продюсер в головокружении от успеха вкладывает миллионы на декорации, актеров, сценаристов, лишь бы он приступил к работе над новой картиной. Но Гвидо разочарован в жизни, в любовных похождениях, а все идеи будущего шедевра никак не могут сложиться в единый замысел.

Во многом автобиографичный фильм дает нам противоречивую действительность, где сам Феллини в образе героя и режиссер-постановщик жизни, и трикстер-инфантил, и главный клоун всего светского цирка. Критики с позицией советского соцреализма (они еще живы?) могут отметить, что режиссер показывает развал буржуазии, тонущей в своей бессмысленности существования и отсутствии каких-либо духовных ценностей. Поборники нравственных ценностей осудят героя за его отстраненность от насущных проблем, за стихийность мышления и миропонимания. Только режиссер, мне думается, и не собирался возносить или принижать кого-либо. Он поставил театральную постановку, где воплотил свое ощущение творческого кризиса, когда желание творить превращается в желание укрыться в пеленке под нашептывание старой бабушки как когда-то в детстве. И теперь, в момент принятия ответственного решения, когда на кону деньги алчных продюсеров, герой вступает в полемику с собой и своим прошлым, а если судить по Фрейду, то с бессознательной частью себя — «Оно» (в желании бесконфликтных отношений со множеством женщин, в стремлении к нереализованной творческой вседозволенности) и навязанного общественного сознания — «Сверх-Я» (в виде строгого католического воспитания и соблюдения норм семейных ценностей, взращённых с детства).

Гвидо Ансельми в общих чертах — альтер-эго Феллини, герой, которому трудно посочувствовать, но еще труднее осудить, разве что за его бездействие. Однако на это у него есть оправдание: «Уничтожать лучше, чем создавать, если не создаешь вещи по-настоящему необходимые».

Но он сам рушит буквально все на своем пути: проект нового фильма, семейную жизнь, отношения с людьми его круга. Ради чего, стоит спросить? Быть может, ради того, к чему он все время отчаянно вырывался — к свободе и правде, личностной и творческой — то, что он может и не обрел, но, по крайней мере, попытался. В конечном итоге, все можно переиграть, что и делает наш пиноккио в смокинге под финал, строя весь актерский состав реального фильма на свой лад, со своим сценарием и в соответствии со своим замыслом.

Необыкновенное смешение реальности и ирреальности, экскурсов в прошлое и экспонирования настоящего создают крайне интимный фильм-впечатление, фильм-эссе о режиссере от режиссера. Феллини делает то, что многие могут принять за проявление эгоцентризма — представить себя за легко читаемой маской, рассказывая о своих скитаниях на творческом поприще. Но, как известно, в процессе производства фильма он постоянно держал в себе одну мысль, от которой не отступал ни на шаг: «Помни, что это комедия». Исповедь от трикстера в любом случае не может восприниматься исповедью как таковой. Это фарс, разросшийся до масштаба, когда правда уже не за горами. В этом, несомненно, лично для меня одна из интереснейших находок картины — сделать почти правдой исповедь от героя, чьи поступки за редким исключением не содержали в себе искренность.

«Восемь с половиной» — это почти рекурсия Феллини, отражающаяся в кривых зеркалах, отчего очерк о творчестве превращается в карикатуру фрагмента собственной жизни, где есть доля правды и немалый кусок отменного вранья в самом хорошем смысле этого слова.

P.S: визуальная часть картины вызывает приступ немедленного позыва к творчеству. Мощная игра (Да еще какая! Это один из героев фильма, не меньше!) операторской работы и монтажа, света и тени в рамках черно-белого фильма — творческий подвиг всей производственной группы фильма.

10 из 10

5 февраля 2018

Чёрно-белое торжество

Удивительно притягательный фильм «8 с половиной» 1963 года является, пожалуй, самой значимой картиной в режиссёрской карьере Федерико Феллини. И пусть многие, воскликнув, возразят мне «Сладкой жизнью», я лишь улыбнусь: из-под рук гения всё прекрасно. И пусть герои сравниваемых фильмов переплетаются, будто отождествляются между собой: творческим кризисом, актёром Марчелло Мастроянни (с которым Феллини считал себя одни целым), тем, что оба в какой-то мере являются отображением самого режиссёра, — и пусть. «8 с половиной» определённо более личное кино, ведь Федерико Феллини по сути обличает себя в пороках и собственной бесчувственности, тогда как в «Сладкой жизни» это делает общество. Более личное, потому что на чистоту.

Оригинальное название киноленты «8 1/2» содержит в себе все когда-либо снятые фильмы Феллини: шесть полнометражных, два короткометражных (которые он посчитал за одну), а также «Огни варьете», созданные совместно с Альберто Латтуадой (та самая «половина»). Этот фильм — абсолютное переосмысление творчества до него, ретроспективный взгляд в прошлое, погружение в почти шизофренический хроматоскоп сцен из реальной жизни и снов-видений.

Наблюдая за творческими исканиями Гвидо Анселми, зритель полностью воссоединяется с пространством до неприличия символизированными и метафоричными буднями творца, создающего свой новый фильм и потерявшегося в этом процессе из-за разочарования, творческого кризиса, тщетных стремлений осознать, как быть в будущем. Режиссёр соединяет на экране две картины, где одна — это личное творение, повествующее о происходящем, а другая — та, которую создаёт его главный герой. И оба фильма — это переводные кальки, символически образные отражения жизней своих создателей. И каждый из них, по моему мнению, достиг того периода жизни, когда каждый старается переосмыслить итоги прожитой жизни, систематизировать её. В творческой профессии это, несомненно, достигается с помощью создания своего нового детища, посредством которого находится потерянный или забытый смысл.

В чёрно-белой ленте нет случайностей, ведь все образы, герои и персонажи картины продуманы до тончайших деталей, также и декорации, костюмы, музыка, игра актёров — их жесты, манеры, ракурсы. Каждая сцена, каждый кадр — это словно бы отдельная фотография с невероятно структурированными предметами, наполненными символами и метафорами — операторская работа идеальна, как и все составляющие этого фильма.

После просмотра остаётся стойкое ощущение вероломной причастности к чьей-то жизни: к жизни, которую настиг творческий кризис, перерастающий в кризис жизни и её осмысления. Кинолента бесконечно будет близка всем творческим людям, которых настигал подобный этап переосмысления собственных трудов: когда необходимо найти нечто новое внутри себя или вовне, освободиться от груза, обрести всепоглощающую силу и взлететь. Запомнила одну фразу героя: «Когда же я сбился с пути? Мне нечего сказать, но в то же время нужно сказать хоть что-то…»

Фильм рекомендую к многократному просмотру, поскольку с каждым новым видением на разных этапах собственной жизни обращаешь внимание совершенно на разные детали и моменты, открывающие картину множеством граней и пересекающихся плоскостей.

17 декабря 2017

Фильм = Процесс

Впервые после просмотра фильма задала себе вопрос: «А кто я такая чтобы ставить этому процессу оценку?»..

Начало фильма кажется немного запутанным, но стоит набраться сил продолжить вникать в происходящее..

Сюжет этого фильма целиком переходит в процесс, жизненный процесс зрелого мужчины, который не стесняется признаться зрителю, используя все мыслимые и немыслимые режиссерские приёмы, что у него, грубо говоря «на сердце». Кроме того идея состоит в том, что он пытается создать на основе этого процесса кинокартину. Но процесс внутри процесса — сложная задача и под конец главный герой наконец начинает анализировать своё хаотичное поведение. К этому моменту весь съёмочный процесс уже погрузился в ХАОС.

В итоге РАЗРУШЕНИЕ каркаса этой сложной идеи-задачи (уместить всю кашу беспорядочных связей в двухчасовой фильм), как следствие, становиться спасением от ужаса и мрака безысходности.

Бесспорно ценный материал.

Но отображенный выглаженный полу-мир/полу-сон, и эти образы, которые уже несколько несовременны, ставят ценность под вопрос.

И «послевкусием» отложилась какая-то общая гладкость, с которой видимо склонен главный персонаж (как и многие из нас) излагать подробности своей жизни. Хотя эта некая «гладкость» позитивно упрощает восприятие картины и в общем смысле самого себя.

Особенно «плотно звучат» напутствия, которые даёт герой Carini, il critico cinematografico от актера Жана Ружёля в конце!.. Но лучше конечно смотреть целиком, если смотреть вообще стоит…

9 из 10

15 августа 2017

Вроде бы, Никита Сергеевич Хрущёв, немного недотянув до конца этого фильма, заснул… и очень даже зря! Конечно, сложности в сведении субъективного и объективного, коих в этом фильме воз и маленькая тележка, были далеко не только у Хрущёва (если он вообще следил за сюжетом). Например, я видел этот фильм около пяти или семи раз, но даже я бы не подвязался судить, какие эпизоды просто пригрезились Гвидо, а какие действительно существовали и для других персонажей включительно (да и что вообще в кино может существовать объективно, если всё это- мир чужих иллюзий?!). Так что зачем разрушать этот великолепный коктейль из фобий впавшего в кризис режиссёра (я это не про Феллини, конечно, а про его персонажа), каких- то фантомов его нереализованных желаний, комплексов и событий из прошлого?! К счастью, ни Феллини, ни его (будем надеяться) зритель не ставит себе задачи расставить «все точки над i», ибо «8 с половиной» ценится никак не своей цельностью.

А прекрасен этот фильм своей непередаваемой лёгкостью…

Парадокс, но интеллектуальное кино с такой кучей смысловых нагромождений, сложнейшей техникой монтажа (можно легко потерять нить повествования, едва «заснув» на 5 минут!) и, скажем прямо, не самым простым повествовательным нарративом, смотрится невероятно легко! Какое- то непередаваемое чувство стиля сквозит буквально из каждого кадра. «8 с половиной»- это настолько кино высшей пробы, что может олицетворять собой не просто лучший фильм одного из главных гениев мирового кино, но и кинематограф в целом (кстати, в 2014- ом году знаменитый кадр из фильма, где Марчелло Мастроянни приспускает на нос чёрные очки, был официальным постером какого- то там по счёту Каннского фестиваля, а это главное кино- событие года!). Одно удовольствие смотреть даже какие- то скриншоты из этого фильма, или мелкие его эпизоды, пусть хоть урывками. Чего стоит танец одной толстушки, из детских воспоминаний Гвидо! А как прекрасна сцена с гаремом, где главный герой поначалу мило воркует со своими пассиями, но потом, после непослушания одной из них, хватается за хлыст… А блестящая игра Марчелло Мастроянни! А воистину гениальная режиссура Федерико Феллини! А божественная музыка Нино Рота! В упор не понимаю, как тут можно заснуть.

10 из 10

10 сентября 2016

Мы имеем право на любовь до 60 лет! (С)

Главный герой — режиссёр Гвидо — переживает кризис среднего возраста. Всё понято к 43 годам, прожито, все достали (знакомо?). Чтобы подлечить печень, врачи отправляют его на курорт минеральных святых вод. Там он встречает своих знакомых, к нему приезжает любовница, потом жена, съёмочная группа фильма, который он собирается снимать. То есть все те, кто его достали. По ходу фильма нам показывают сны главного героя, его воспоминания, фантазии. Разворачивание истории похоже на «Зеркало» Андрея Тарковского. Этот приём, оказывается, называется на языке кинематографистов «язык монтажных сопоставлений». Впервые был показан Бергманом в «Земляничной поляне».

Гвидо мечтает о гареме из женщин, которых он когда-либо любил и о которых фантазировал. Думает о своей идеальной жизни, в которой его все боготворят. Представляет, как выходит с просмотра кинопроб и уезжает кататься по ночному городу с прекрасной Клаудией Кардинале. Фантазии мужчины, психологический возраст которого навсегда остался в детстве. Смотреть невыносимо. Три дня с перерывами — мой рекорд. Пыталась и есть во время просмотра, и грызть семечки, и пить красное сухое — не помогло ничего. Даже с едой и алкоголем смотреть невозможно.

Две премии «Оскар» (1964) в номинациях лучший фильм на иностранном языке и лучший дизайн костюмов в чёрно-белом фильме. Большой приз III Московского Международного кинофестиваля (1963).

14 августа 2016

«А вы тоже в восторге от фильмов, в которых ничего не происходит?»

«8 с половиной» — это первая просмотренная мною картина великого Федерико Феллини. Не являясь любителем старых, и тем более итальянских фильмов, понимал, что мне, как человеку, увлекающемуся кино, пройти мимо такой значимой работы непозволительно. Но фильм произвел на меня двоякое впечатление…

«Отсутствие некой идеи или, если угодно, философской предпосылки превращает фильм в набор совершенно случайных эпизодов, хотя, возможно, и занимательных, в зависимости от степени их двусмысленного реализма.»

Если говорить коротко о сюжете, то фильм представляет собой историю о режиссёре, находящемся в творческом кризисе, во время создания очередной своей киноленты. В целом же фильм «8 1/2» обладает более сложной структурой. Нашему взору регулярно представляются абсурдные сцены, будь то воспоминания главного героя, его фантазии, мечты, сны или видение своего будущего фильма.

«Я понимаю, что ты хочешь рассказать. Ты хочешь рассказать о путанице в душе человека. Но надо быть ясным, чтобы тебя поняли. Иначе какой от этого толк?»

Фильм в какой-то мере является автобиографическим. В определённый момент просмотра становится ясно, что герой является аллюзией на самого Феллини. Показываются его душевные терзания, сопровождающие творческий процесс.

«Вы считаете кино формой искусства или времяпрепровождением?»

Герои произносят вопросы, которые мучают тебя на протяжении всего просмотра. Это могут быть намеки на некую абсурдность происходящего или высказывания о непонимании нереальных сцен. А в один из скучных моментов фильма, нам говорят, о том, что киноделам очень важно следить за эмоциями зрителей, особенно за зевками. Такой тонкий стёб, проходящий нитью через весь фильм, как по мне, является отличной находкой, и одним из главных достоинств картины.

«Сегодня вечером я, кажется, понял, что вы пытаетесь решить задачу, которая, на мой взгляд, просто неразрешима: вдохнуть жизнь в аморфных, абстрактных, практически несуществующих персонажей вашего сценария.»

Фильм не является повествованием. «8 1/2» — это фильм-рассуждение. За счет странных метафор и отсутствия четкого линейного сюжета, кино пытается раскрыть внутренний мир творческой личности. Функция героев также не совсем обычна. Личность главного героя раскрывается не при взаимодействии его с другими персонажами, а при показе сцен творческого психоза, которые и есть его жизнь.

«Если ты считаешь, что это интересно, то это должно быть интересно для всех. Как ты можешь не принимать во внимание мнение зрителей?»

Считаю, что фильм крайне труден для восприятия. Все авторские приемы, используемые в фильме, отдаляют его от зрителей. Мой рациональный разум отказывался понимать происходящее на экране, я просто не смог собрать общую картину. И если к середине фильма привыкаешь к форме повествования, то вначале желание отключить его почти тебя не покидает.

Итог. Фильм обязателен к просмотру, как одно из значимых творений кинематографа. Но понравится он может только глубоко творческим личностям.

30 апреля 2016

«Ко всему прочему мне не хочется рассказывать очередную лживую историю»

Фильм Федерико Феллини «8 с половиной» смотрела всего два раза (с интервалом примерно три года). Для тех кто уже видел это кино — рекомендую иногда пересматривать — более того, если у вас творческая профессия или профессия имеющая отношение к кино.

В фильме нет случайностей — все что мы видим — это продуманные до тончайших деталей образы, типажи, декорации, костюмы, игра актеров (великолепный актерский состав), что они говорят — как себя ведут их жесты и как это увидено оператором — каждая сцена — это гениальная композиция, каждый ракурс выстроен со смыслом. Для тех кто еще не знаком с фильмом — обязательно рекомендую к многократному просмотру! Более того предлагаю отвлечься от всех многочисленных комментариев, рецензий и отзывов и сделать свои собственные выводы. Картина настолько глубока что при каждом просмотре ты открываешь для себя что-то неожиданное. Невозможно дать однозначный и категоричный ответ на вопрос «о чем фильм». На первый взгляд — это фильм о фильме. Но режиссер поднимает в нем так много вопросов и оставляет зрителя без ответа. Наверное он знает ответ для себя — но предпочитает чтобы его герой молчал. С одной стороны он ищет путь, единственный верный и честный, у него в голове крутится много идей но это как раз таки все от чего он хочет освободиться — то от чего он хочет убежать — та ложь которую он уже не может преодолеть — или та путаница с правдой и ложью которую он сам уже не способен различить. Он ищет чистоту и правду. Он хочет освободиться от чего-то внутри себя и одновременно обрести сверхъестественную силу — такую легкую и такую полную что позволит ему парить в небесах. Но «Напротив. Но я ведь и есть тот самый — в котором нет никакого мужества забыть чтобы то ни было. Когда же я сбился с пути? Мне нечего сказать, но в то же время мне нужно сказать что-то…'

С другой стороны — у него нет «источника». Высшей силы и энергии которая будет им двигать и вдохновлять. Эту силу он ищет в женщине. Женщин много — все они красивы — все они разные — и казалось бы все его любят — но каждая из них страдает — и страдает в том числе от лжи Гвидо (Марчелло Мастрояни). Потому что ни одна из них не может воспринимать его таким какой он есть — с «его» правдой. И он не может. «Сможешь ли ты бросить всё и начать всё сначала? Сможешь ли ты посвятить себя чему-то одному единственному и быть верным до конца? Сумеешь ли ты найти смысл в этом… просто потому что ты веришь в это? Сможешь ли ты сделать это?»

Отдельно хочу обратить внимание на то что фильм черно-белый. У Феллини гениально всё начиная с названия фильма. Никаких красок и цвета — только черное и белое и их градации. Ничего лишнего что могло бы отвлечь восприятие от всей серьезности этой… «комедии» (по версии самого Федерико Феллини). Всё внимание на экран — на суть — всмотреться в потрясающие лица актеров — их «роль» в этой истории.

И конечно же музыка! Картина с каждой ее составляющей звучит гармонично. А композиция в начале фильма (примерно на 7-й минуте) очень напоминает музыку из «2001 год: Космическая одиссея» Стэнли Кубрика.

10 из 10

31 марта 2016

Трудно быть Богом

Просто послушайте заглавную тему, написанную Нино Рота и вы все поймете

Фильм рассказывает нам историю Гвидо. Режиссера, которого настиг кризис. Семейный, духовный, но главное, творческий. Его предыдущая картина была успешной и продюсеры ждут того же и от его нового фильма. Создаются декорации, подобраны актеры, расписан бюджет, но у Гвидо нет ни то что сценария, даже задумки. Он отчаянно ищет сюжета, но из этого мало что выходит. Его все еще посещает муза, но свидания эти становятся редкими и непродолжительными. Он меняет одну за другой любовниц, меняет обстановку, но ничего не помогает.

8 1\2 очень автобиографичный фильм. Великий Феллини действительно снимал свой восьмой с половиной фильм(«половинкой» он считал совместную работу «Огни варьете») и так же находился в кризисе. Попутно с историей того, как вообще создается кино, показывая изнанку студийного производства, режиссер рассказывает нам свою, только его личную, историю. Детство в большой и бедной итальянской семье. Занятия в католической школе. Забавные эпизоды с проституткой Сарагиной, все это раскрывает нам героя, как раскрывает и личность режиссера.

Стоит ли говорить, что это лучший фильм из категории «кино о кино». Как тонко здесь показанны все эти продюсеры, критики, монтажеры, актеры и актрисы, не понимающее ничего в искусстве и загоняющее мастера в клетку.

В фильме смешаны сны и реальность. Фантазии и обычный быт. Которые в сознании любого художника мало отделимы друг от друга.

Также в фильме много символизма, именно за это на него часто вешают непонятное клеймо-«Арт-хаус» Хотя, на мой взгляд, символизм Феллини понятен каждому и он очень интересен.

Интересно и то, как из выходят из кризиса два режиссера. Федерико и Гвидо делают это каждый по-своему. В конце-концов Гвидо оказывается даже много смелее и честнее своего создателя.

Можешь ли ты все бросить

и начать жизнь заново?

Выбрать одно, только одно и

быть преданным только ему?

Сделать его целью своей жизни,

тем, что является для тебя всем,

что становится всем,

потому что твоя преданность

делает его вечным. Можешь?

10 из 10

17 июня 2015

У известного режиссёра Гвидо Ансельми случается нервный срыв и его направляют на курорт в санаторий, подлечиться минеральной водой и солнечными ваннами. Причиной же этого душевного истощения послужил творческий кризис, разгоревшийся аккурат посреди подготовки к масштабным съёмкам нового фильма. Гвидо нужно как можно быстрее собраться с мыслями, определиться с выбором актёров и сценарием, и запустить съёмочный процесс. Но его многое гложет и не даёт спокойно работать, экзистенциональный и творческий кризисы продолжаются.

Всё в этой истории посвящено главному герою, он же Ансельми, он же режиссёр Феллини. Своеобразная рекурсия итальянского мэтра, снимающего фильм о себе же, снимающем этот фильм. Если это пока забыть и искать другие параллели, то можно найти две главные, литературные. Прослеживается схожесть Гвидо со Стивом Дедалом, главным героем Улисса. Точно так же, герой «Восьми с половиной» боится этого мира и хотел бы вернуться в утробу матери, лишь бы не сталкиваться с проблемами и не получать жалоб и требований от близких и коллег. У него схожие жизненные принципы, но он также почему-то слишком легко готов ими поступиться.

Также в некоторых моментах Гвидо думает и говорит прямо как Мерсо, герой произведения Альбера Камю «Посторонний». Все окружающие пытаются рассказать ему что-то, абсолютно Гвидо не интересное. Пытаясь быть честным, а не грубым, он откровенно говорит им об этом. Однако те продолжают изливать ему душу и рассказывать, что их беспокоит и интересует, и что должно вроде бы вызывать у главного героя такие же чувства. Однако невольное равнодушие не отталкивает от него людей, наоборот, этих докучающих становится с каждым часом всё больше.

Женщины требуют от него слишком многого, как и продюсеры. И точно также Ансельми пытается внушить жене, друзьям, коллегам, шишкам из кинокомпании, да и себе тоже, что ему жизненно необходимо снять фильм для самого себя и о самом себе. Это должен быть фильм-откровение о своих детских воспоминаниях и текущих острых переживаниях, показать на контрасте, чего он хотел и что получилось. Несмотря на «личность» фильма (no pun intended) тем не менее, он может быть многим интересен. Ну только если те переживания и вопросы, что Ансельми хочет изобразить не лично его проклятие. Но нет, в этом и секрет успеха и признания этой кинокартины. Оказалось, если смело и умело экранизировать даже самый, казалось бы, безумный ход потока сознания, он окажется близок огромному количеству людей. Почти все сцены других фильмов слишком прямолинейны, в них нет подтекста. Единственный секрет, не показанный там в кадре — личность убийцы или секрет афёры. «Восемь с половиной» в этом плане очень богат на различные инсинуации и крайне ресмотрибелен. Стоит только подумать, что вы всё поняли и все намёки уловили, обязательно окажется, что вами была пропущена дюжина других иносказаний и символов.

Если всё-таки пытаться выделить главную тему фильма, то мне кажется, что в первую очередь это кино о неизбежном одиночестве. После 20 лет совместной жизни с женой, он упрекает её в том, что у неё до сих пор неправильное представление о нём. Своего некогда лучшего друга он презирает, причина тому — тот превратился в человека, которым Гвидо становиться очень не хочет — стареющего и уже примирившегося со многим мужчины, ищущего счастье утешение в вине и молодых любовницах. Согласный на сладкую ложь старик, бросивший попытки понять себя. Роль, которую многие даже и не подумают осуждать, вполне себе респектабельный способ обмануть себя. Именно, самообман как естественная в глазах общества черта характера Гвидо презирается. Его мучает, что он на своих же глазах, так сказать, пытается всё оправдать и найти компромисс. Но его нет, в этой сюрреалистической авантюре всеобщее непонимание и неуверенность в своих желаниях — даже необходимые компоненты успеха. У Гвидо нет сценария, его попросту не может быть, разум в честном анализе рождает образы, которые должны быть экранизированы немедля, без вопросов. Но упрашивание актёров и продюсеров требует время силы на, казалось бы, сумасбродные идеи. Но им всем нужно лишь слушаться великого режиссёра и всё. Настоящие актёры так и сделали, неровные куски пазла в конечном итоге сложились в шедевр.

21 апреля 2015

«Не получится» (с) Гвидо

С этого фильма началось мое знакомство с творчеством Феллини. Я прочла о нем некоторую информацию до просмотра и после, поэтаму примерно знала, как проведу свои свободные два с половиной часа. Честно, я не разочарована, но и не восхищена, наверно, я ожидала от фильма большего, т. к. я всегда любила этого режиссера, меня вдохновляли его цитаты, а так же мне нравится главная тема, которую он затрагивает довольно часто — творческий кризис, поиск, самоопределение. Так бывает с каждым человеком, пусть он и не связан с творческой деятельностью. Человек запутался и не знает, что делать дальше, может он себя исчерпал? Может ему больше нечего предложить, но ведь у каждого должна быть надежда, они должны пытаться, пытаться и еще раз пытаться.

Этот фильм — парафраз, значит, Феллини изложил его своим языком, и не удивительно, он можно сказать душу вложил в этот фильм, если верить информации в интернете. Но что мне именно не понравилось — это то, как долго, а от этого нудно тянется этот фильм, я его еле досмотрела, потаму что почти ничего не происходит стоящего. Особенно первая половина, под нее можно было легко заснуть, к моему огромному сожалению, т. к. я под фильмы засыпать не привыкла. Я объясню, почему мне он показался таким.

Главный герой, Гвидо Ансельми, которого блестательно сыграл Масстрояни, находиться в творческом кризисе, но что бы выйти из него, он почему то окружает себя (не специально конечно) до ужаса занудными людьми. Он это делает не специально, да, зануда продюсер должен знать куда вложет свои деньги, приставучие актрисы с нетерпением хотят играть у него в фильме и поскорей узнать кого, любовница, с очень милым личиком, занудствует по поводу своего мужа и новомодных нарядах, друг рассказывает о том, как находясь в браке он встретил молодую красотку с которой счастлив неимоверно. Мне в середине фильма хотелось самой подойти к Гвидо, похлопать по плечу и сказать: «ну ты чего, какое же это вдохновение, беги оттуда!». И так я думала на протяжении всего фильма, по моему, только его агент, или помощник (если я правильно поняла его должность) и жена оказались самыми разумными людьми и могли ему как то помочь. Но, в том мире, в котором вертелся главный герой, в том месте точнее, не было ничего, кроме глупых разговоров. Единственное, что обращало на себя внимание — это его сны, видения и прошлое. Помоему в его голове итак все было, возможно, его герой и создал бы шедевр, но в совершенно другом жанре, как говорит главный герой, он хочет людям рассказать правду, без фальша. Его мозг просто взрывался от идей (как мне показалось), но он не смог выбрать что то одно, либо из этих идей создать что то единое. Тут его можно понять, и опять я возвращаюсь с того, с чего начала. Приставучий продюсер, актрисы, любовницы, даже жена. От этого он еще больше запутался и оказался в самой глубине лабиринта. Меня лично все его действия и попытки ничему не вдохновили, я ничего не осознала, мне нечему было поучиться у главного героя.

Перейду к положительным моментам. Актеры сыграли отлично, Мастроянни здесь весьма симпотичный мужчина, хотя раньше на его внешние данные не обращала внимание. Элегантно одетый, с задумчивым взглядом, отстраненный. Женщины тут все очень красивые, мне понравились и пожилые дамы. Так же я заметила, что все персонажи (если я не ошибаюсь) были одеты в черно-белую одежду. Мужчины конечно в костюмах, а дамы в черно-белом. Это придает фильму свой определенный стиль. Ну и конечно музыка Нино Рота, одну композицию я знала еще до просмотра фильма и до сих пор люблю ее переслушивать.

Но так как я сказала выше, мне было скучно, меня не вдохновило, при всем уважении к Феллини.

6 из 10

6 апреля 2015

Федот, да не тот.

Федерико Феллини… Начинать знакомство с фильмографией маэстро с главного фильма его жизни довольно непредусмотрительно, каждый начинающий любитель авторского кино наизусть вызубрил название этой картины. «Он с именем этим ложится, он с именем этим встаёт». Как же хотелось встать с ним в один ряд, рассказывать своим внукам про тот самый день, про день, в который ты впервые познакомился с такими величинами как Федерико Феллини и Марчелло Мастроянни…

Иллюзорная картина о творческом кризисе, о скитаниях Гвидо Ансельми в поисках сценария, в поисках актрисы, в поисках женского одобрения и понимания… Вообще резюмировать данное произведение словами — большая ошибка. Начнёшь резюмировать самого себя.

«Обо всём и ни о чём». Кино о людях, о человеческих взаимоотношениях с минимальным содержанием экшена. Это большой риск, стоять на подобном канате, сотканном исключительно из собственных переживаний, над людской толпой — потеряешь равновесие, тут же провал. Зрителю станет скучно — всё насмарку. Если попытаться абстрагироваться от неприкосновенного величия синьора Ф. Ф., не делая скидку более чем на полвека, то становится понятно, что кое-кто, кажется, не удержался. Все аллюзии и попытки приковать зрительское внимание — «Демон» на пляже, гаремный бунт с последующим усмирением хлыстом — вещают в пустоту. Бесконечный трёп только помогает в желании заснуть, погрузиться в собственные иллюзии, которые, как начинает казаться после первого часа просмотра, ничуть не менее занятные.

Неужели всё так плохо, стоит ли, и если да, то зачем смотреть данный фильм? Итальянский быт. Неповторимый говор, множество деталей той самой Италии — если это ваше, то и фильмом захочется проникнуться и восторгаться каждой его секундой. Картинка на уровне и даже выше того. Каждый кадр буквально дарит наслаждение, тут видно одно — операторская работа действительно Искусство. И, конечно же, мелодии несравненного Нино Рота, украшающие происходящий на экране сумбур. Несомненно, Федерико Феллини привнёс немало в развитие кинематографа в целом, но вот его главное творение могло бы быть хоть чуточку более захватывающим.

Хотелось бы добавить, что на Церемонии вручения премии «Оскар-2015» лауреатом в номинации «Лучший фильм» стала картина «Бёрдмэн», повествуется в которой о творческом кризисе, только теперь уже Ригана Томсона. Всё же подобная тематика никогда себя не исчерпает.

Лучший фильм для засыпания (одобрено Н. С. Хрущёвым).

25 февраля 2015

Желание срежиссировать свою жизнь

Автомобиль приходит в движение, проезжает пару метров и вновь останавливается. За рулем одинокий человек в шляпе. Вокруг множество таких же застрявших в пробке автомобилей, случайно слившихся воедино в этом неподвижном обществе. Нужно лишь оглянуться, чтобы увидеть прозаичность жизни окружающих. Всюду посредственность, равнодушие, пошлость. Действительность, словно дым, заполняет салон автомобиля, и человек в шляпе начинает задыхаться. Он пытается выбраться, достучаться до кого-нибудь. Но никому нет дела, лишь тень осуждения в глазах наблюдающего мужчины. Наконец, человек в шляпе вылезает через люк в салоне автомобиля, поднимается над миром и начинает дышать полной грудью. Озарение подхватывает его и уносит в небо на недосягаемую высоту. Но реальность, привязанная веревкой к ноге, не дает витать в облаках бесконечно и очень быстро заставляет вернуться на землю.

Именно так начинается известнейший фильм Федерико Феллини «Восемь с половиной». В этой сцене прослеживается один из главных лейтмотивов всего фильма — желание художника вырваться из-под гнета окружающего мира, почувствовать истинную свободу и отправиться в полет своей фантазии. Успешному режиссеру Гвидо Ансельми удается это сделать лишь во сне. В реальной жизни его затягивает рутина съемочного процесса: бесконечные разговоры с продюсером, актерами, монтажниками декораций. Но он находится в творческом тупике, и в его фильме нет места этим людям.

Его произведение о нем самом, но с иной судьбой. Фильм, включающий эпизоды из прошлого Гвидо с пробами актеров на роли близких ему людей, но при этом с фантастическими составляющими — явная попытка убежать от реальности, по-другому срежиссировать собственную судьбу. Желание Гвидо снять свою жизнь как кино, где все будет подчиняться его воле, прослеживается в псевдореальных вставках, основанных на его мыслях. В то же время, Гвидо ищет музу, олицетворением которой является актриса по имени Клаудия. Она незримо является ему на протяжении фильма. Но лишь ее реальное появление на съемочной площадке позволяет Гвидо принять жизнь такой, какая она есть, и вновь обрести вдохновение.

Федерико Феллини — признанный классик мирового кинематографа. Трагикомедия «Восемь с половиной» стала одним из главных достижений его режиссерского мастерства. В этом фильме Феллини искусно показал мир художника, позаимствовав многое у себя самого. Внутренние противоречия и полет мысли творческого человека подчеркнуты структурой фильма, сотканного из эпизодов. Феллини ловко отправляет нас в детство главного героя и возвращает обратно, разбавив повествование фантазиями Гвидо. А легкое безумие и экспрессия подаются характерами Карлы и Глории. За великолепную съемку стоит благодарить Джанни Ди Венанцо, чья операторская работа стала истинным откровением. По-настоящему поразил талант и Марчелло Мастроянни, сыгравшего главного героя. Кроме того, хотелось бы отметить игру Анук Эме (Луиза) и Сандры Мило (Карла).

«Восемь с половиной» — подлинно авторское кино, целиком наполненное философией и личными переживаниями. Шедевр Феллини относится к той когорте фильмов, в которых с каждым новым просмотром можно открывать для себя что-нибудь новое.

9 из 10

22 февраля 2015

Поистине, «8 1/2 » — одна из самых значимых, монументальных и знаковых работ мирового кино. Картина была создана как раз в тот личностный этап, когда Федерико Феллини ещё не совсем отошёл от привычных миру канонов. Логично даже рассматривать ленту как условно центральную во всей фильмографии итальянского мастера, разделяющую его произведения на «до» и «после». Ведь если прежде он старался (или просто не забывал) соответствовать каким-либо принятым нормам построения фильма и, в большей степени, сюжета, то после — говоря современным языком, забил на всех и вся, и стал снимать просто своё кино, хоть и не во всех случаях.

«8 1/2 », как и многие другие работы режиссёра, автобиографична и наполнена личными переживаниями. Первоначальным намерением было снять добрую и весёлую картину. На этапе ещё даже не начатого сценария Феллини так писал продюсеру: «Я только убеждён, что фильм надо сделать радостным, праздничным, пронизанным юмором, в изобразительном же плане он должен быть необычайно тонким, светлым». Но, как бы ни старался постановщик (даже приклеивая напоминалки «Ты снимаешь комедию!»), вышло у него в жанровом плане не совсем то, на что он рассчитывал. «8 1/2 » получился более серьёзным, чем планировалось, даже несмотря на ироничные сцены. Однако, если рассматривать готовый продукт, всё это кажется совершенно несущественным.

Центральный персонаж Гвидо — кинорежиссёр, который, как описывал сам Феллини, «задумал поставить фильм, а какой — позабыл». Но дело, конечно, не только в этом. Гвидо терзаем сомнениями, противоречиями, творческим и личностным кризисом, потерей профессиональных амбиций и вытекающей из всего этого томно-меланхоличной депрессией. Помимо этого внутреннего давления, есть ещё и внешнее — контракты подписаны, съёмки фильма должны уже вот-вот начаться и все вокруг жаждут узнать хоть какие-то подробности. А подробностей нет, сценария тоже. По большому счёту, есть лишь задумка.

Можно сказать, Гвидо не хватает не только вдохновения, новых идей, но и элементарного «интеллектуального кислорода», пищи для ума. Он как разрядившаяся батарейка, которая уже не может выполнять свои функции, но ещё не окислилась, её нужно лишь зарядить. Вовремя подоспевший личностный кризис заставляет главного героя ещё и сомневаться в самом себе, в том, что же ему нужно от жизни. Гвидо понимает, что не сможет взять всё (характерным образом это находит отражение в женщинах), ему нужно определиться, но он просто не способен на это. Его желание взять всё и сразу выливается в знаменитую сцену с гаремом, после которой становится очевидно, что заплутал режиссёр в дебрях собственного разума окончательно.

И здесь же само собой напрашивается сравнение «8 1/2 » и «Сладкой жизни». Если рассматривать поверхностно — да, сходства очевидны. В обеих лентах грузный Марчелло Мастроянни ходит туда-сюда, вокруг что-то происходит, много женщин и личный кризис. При более углубленном сравнении видна вся нелепость какого бы то ни было сопоставления этих двух работ. Ключевой момент заключается в том, что герой «Сладкой жизни», по большому счёту, — общество, богема. Через главного героя зритель наблюдает за происходящими вокруг событиями, и по ходу дела уже и за самим героем. В «8 1/2 » главный герой — Гвидо, и только он, — на него обращено всё внимание, он — центральная фигура. Эта разница, конечно, не единственная, но она принципиальна, и позволяет давить в зародыше помыслы о сравнении.

Примечательно, кстати, и то, что Гвидо — единственный герой у Феллини, который за весь фильм так ни разу и не улыбнулся. Имеется в виду искренняя, раскованная, честная (!) улыбка, а не те вежливые, манерные и короткие, которыми он время от времени может кого-нибудь одарить. И это довольно показательно, учитывая то, что таких героев больше не было. У Феллини улыбался хмурый мужлан Дзампано, вдоволь смеялась Кабирия, хитро скалился Аугусто… За всем множеством персонажей можно припомнить лишь Моралдо из «Маменькиных сынков» — замкнутый интроверт, который в плане внешней эмоциональной скупости вполне мог бы посоперничать с Гвидо. И тут же напрашивается на ум ещё одна аналогия: в конце фильма Моралдо становится единственным, кто решается оставить всё и поехать в Рим. Ровно так же, как это сделал в своё время сам Феллини. Поразительно, насколько личность автора проявляется от фильма к фильму. В данном случае исключение лишь подтверждает правило.

Принято считать, что «8 1/2 » — фильм новаторский, для мирового кинематографа бесценный и значимость его невероятно высока. А вот почему — уже вопрос. Похвала по умолчанию, так сказать. И какие бы аргументы ни приводились, они так или иначе будут идти мимо. Да, идея фильма, проработка и отображение внутреннего мира, безусловно, на высоте. Да, актёры хороши. Да, вкрапление Вагнера, Чайковского и остальных сыграло на руку. Да, мастерская постановка мизансцен, внутрикадровый монтаж, качественная операторская работа и всё такое. Но достаточно ли этого? В чём же новаторство?

А дело вот в чём. В «8 1/2 » были перемешаны четыре повествовательных «пласта» — реальность, фантазии, воспоминания и сон. Переходы между ними не были обозначены ни сюжетно, ни технически. Такие перескоки, осуществляемые с помощью стандартной склейки без каких либо эффектов, создавали подобие сюрреализма (которое до сих пор приписывают картине), ведь непонятно, что сейчас происходит и вообще «где мы находимся». До этого переход от реальности к чему-то иному (например, воспоминаниям) всегда сопровождался соответствующими стилистическими эффектами, будь то наплывы камеры, съёмка через специальные светофильтры, искажённые пропорции и так далее. Изображение само подсказывало и разжёвывало зрителю, где реальность, а где — нет. Метод, используемый Феллини, был предсказан Сергеем Эйзенштейном и частично открыт Ингмаром Бергманом в фильме «Земляничная поляна» (а в картине «Персона» ему удалось довести её до логического итога).

В этом, собственно, и новаторство. И страшно подумать, каков был бы позор, не вручи жюри ММКФ в 1963 году главный приз этому фильму.

«8 1/2 » не стоит воспринимать как некую авторскую исповедь. Это не жалобы творца из серии «вот так мне бывает тяжело», нет, ни в коем случае. Феллини поступает со своим героем весьма иронично и способен его поставить в нелепые ситуации. Апофеозом становится сцена, в которой Гвидо лезет под стол в попытке застрелиться — тонкий и лёгкий юмор великого итальянца. И после — показательная проповедь, которую как будто излагает Феллини сам себе устами критика, друга Гвидо. Запоминающаяся фраза «неужели вы думаете, что кому-то будет интересен убогий каталог ваших ошибок?» — это как будто сам режиссёр спрашивает у себя, будет ли кому-то нужен «8 1/2 ». Вопрос, пожалуй, риторический.

20 июня 2014

Гениальный волшебник. Или фокусник?…

Анализировать этот фильм сложно — он великолепен. «8 1/2 » настолько совершенен, что говорить о нем что-то кажется совершенно лишним. Сама задумка — снять фильм о режиссере, который снимает фильм, и снять этот фильм в своем — кто, кроме Феллини, способен на такое? Это образец кинематографического искусства, когда фильм невозможен без мастерской работы режиссеры, оператора, звукорежиссера, актеров и всей съемочной команды, но что еще важно — он невозможен без зрителя. С первых кадров и до финальных шагов мальчика с флейтой чувствуешь, что ты — участник и соавтор данного произведения.

К слову первая сцена очень интересна своей аллегоричностью и методом подачи: как искусно Феллини передает психологическое состояние человека, впавшего в творческий кризис — ему душно, не хватает воздуха, он задыхается, и окружающая толпа лишь с интересом наблюдает за развитием событием, всем безумно интересно, что же с ним будет, и никто даже не пытается вытащить режиссера из страшного положения; римское «Хлеба и зрелищ!» будет актуально, кажется, во все времена. Собственно, это и есть фабула фильма — творческий кризис режиссера, его окружение, его жизнь и страхи, что привело его к такому состоянию и как он пытается из него выбраться.

Во время просмотра я часто ловила себя на мысли, что передо мной и главным героем разыгрывается спектакль — массовка часто нарочно заглядывает в камеру, передвигается в кадре совершенно неестественно, эмоции героев (кроме главного) кажутся наигранными. И тут же следуют кадры, будто вырванные из повседневной жизни. На протяжении всего фильма Феллини играет со зрителем, не дает ему опомниться, дать понять, что же он видит — реальность или нет. Весь фильм сшит какими-то фантастическими нитями: переходы от сцены к сцене настолько плавные, что их не замечаешь, каждый кадр стоит на своем месте, нечего добавить и убавить, — невозможно понять, как режиссер добивается такого эффекта; кажется, Феллини кинематографический волшебник, других объяснений у меня нет.

При всем при этом Феллини не терпит фальши — сложно описать, но даже когда вы видите наигранность (подчеркну: специальную наигранность) эпизода, вы чувствуете, насколько он естественен в этой наигранности. Это для зрителя, но нельзя не почувствовать отвращение Гвидо к его лживому и лицемерному окружению. Режиссеру (так же, как и главному герою) чужда формальность, он никогда не будет делать так, как хотят другие — он сделает так, как хочет сам, и заставит других захотеть того же самого. Вообще многие называют этот фильм автобиографичным относительно самого Федерико, и в это легко поверить — такой фильм нельзя было снять, не пропустив через себя.

Что касается актерской игры — как и в других фильмах Феллини, каждый актер — на своем месте. Марчелло Мастроянни безупречен — Феллини заставил его буквально вывернуться наизнанку ради этой роли, и мы видим даже в самом Мастроянни отголоски жизни главного героя. У Гвидо нелегкая судьба, ему присущи многие страхи — в детстве мальчика запугивали церковью, с детства же идет неоднозначное отношение к женщинам: в жене он видит мать и наоборот, подсознательно хочет одновременно и подчиняться женщинам, и подчинять их (типичная фрейдовская теория вкупе с «эдиповым комплексом»). Страх остаться одному и страх находиться с кем-то — герой полон противоречий, и все его душевные переживания мастерски передает Мастроянни, так же, как режиссер, пропуская через себя это кино.

Относительно работы оператора Джанни Ди Венанзо, дабы не повторять разнообразные синонимы слова «потрясающе», хочется сказать вот что: попробуйте остановить фильм на любом моменте, и вы получите совершенный по композиции, светотеневому рисунку и психологической передачи атмосферы кадр. Наверное, даже не стоит говорить о том, что без этого оператора этого фильма бы не было. Да в нем, конечно, взаимосвязаны абсолютно все, вплоть до эпизодических персонажей, появляющихся на несколько секунд, до стакана воды, который красотка протягивает Гвидо и до сверкающих глаз Сарагины. И конечно, атмосферу фильма сложно представить без звукового сопровождения: музыка Вагнера и Чайковского звучит очень органично, прекрасные мелодии Нино Рота стали как бы еще одним героем картины.

Феллини говорит о жанре этого фильма как о комедии — с этим сложно согласиться (так же, как и с Чеховым, дававшим такое же жанровое произведение своим произведениям). Скорее, это философская притча, и главных тем тут две, как и вообще в жизни: это фильм, как бы банально ни звучало, во-первых, о поиске себя и смысла жизни, а во-вторых, конечно, о любви. «Маэстро! Всем взяться за руки!», кричит Гвидо и пускается в бесконечный хоровод, приглашая зрителя присоединиться.

20 марта 2014

В одном из доснятых фильмов Федерико Феллини…

Наконец и я добрался до этого режиссера или Федерико добрался до меня. Честно сказать, удивился, узнав, что у Феллини есть целых 5 оскаров (а не 4 с половиной), не думал, что существуют личности с подобными достижениями. Теперь начал думать, что есть еще подобные люди. Может, кто подскажет?

Не сказал бы, что меня как-то впечатлил сюжет картины, но… потрясла подача материала. Первая сцена фильма сразу говорит о том, что за дело взялся настоящий профессионал с пометкой на будущее «то ли еще будет». Плавные переходы от реальной жизни к сновиденческой логики поразили в самое сердце, постоянно возникали вопросы: «А сейчас сон или очередная фантазия Гвидо?».

А о чем же этот фильм, о подаче какого материала я заговорил? (именно такой внутренний диалог образовался у меня в голове после 2-х абзацев выше напечатанного текста).

1) Может Феллини, снял фильм о себе, в котором снимает фильм о себе? Вот это поворот.

2) Может об отношениях между мужчиной и женщиной? Каких отношений здесь только не было: первая встреча с «Дьяволом» на пляже, натянутые отношения с женой из-за бесконечных любовниц, отношения между родителями и их роль в жизни героя, любовь людей из разных поколений (денежные отношения). Все это выливается в придуманный гарем со своими внутренними правилами и в итоговый нервный срыв.

3) Может о детском воспитании, которое прямым образом влияет на будущее человека? Героя с самого детства окружает женское общество, что однозначно повлияло на жизнь персонажа. Не стоит также забывать и о присутствии церкви в фильме (не путать с религией), которая своими причудами отталкивает Гвидо и заставляет показать дом божий в цвете иронии в сценарии несложившегося фильма.

Мысль о том, что картина меня не особо впечатлила, начала рассеиваться — интересная перемена эмоций, со мной такого еще не случалось. Фильм затрагивает достаточно много аспектов, чем и заставил сломать несколько извилин в моей голове в момент написания отзыва.

В общем, в начале, хотел поставить фильму 6 баллов, но переубедил себя и поставил 8.

20 января 2014

«Теплый, изысканный и сентиментальный. На слух очень вкусный »

Почему то во мне этот фильм вызвал ощущение такого внутреннего комфорта, и какого — то необъяснимого уюта, что я почувствовала себя в одной кровати с теми детьми, где есть эта ворчливая, но любящая бабуля, тётушки, няни…и всё такое мирное, родное, домашнее.

Мне захотелось срочно пойти и поцеловать своего кроху, сопящего в кроватке!

Наверное, у Феллини было счастливое детство — он уделяет так много места не просто воспоминаниям, а именно ощущениям детства. Словно пытается передать зрителю, как именно пахли, допустим, булочки с корицей, когда мы были детьми. И, знаете, я это почувствовала!

Ещё видно, что он очень любит женщин. Просто женщин. Любых. Молодых, старых (к слову, их как всегда полно в фильме), красивых, толстых, разных. Всех их он обязательно одевает или красиво, роскошно, элегантно или типа бродяги, но непременно сексуально! Старухи Феллини — это что-то особенное! Это не обидно! Слово «бабушка» им не подойдет, а вот «старуха Феллини» — звучит как нечто благородно-буржуазное. Это потрясающе! Я каждый раз любуюсь ими в кадре! А кадров с ними полно! И, видно, что даже в край кадра они попадают не случайно, а для красоты, для колорита, для его украшения и обогащения — в роскошной шляпке или боа, или платье в пайетках …Конечно, на поверхности лежит то, что женщины в фильме второстепенны, являются как бы фоном для главного героя-мужчины. ОН — мыслитель! А они бездумные существа, живущие своими земными хлопотами. Но с каким уважениям он к ним относится! По сути, они и сплели этот мир для него, и, главное, его мироощущение.

Отдельно скажу про фразы. Как приятно СЛУШАТЬ это кино! Все эти: «Какие у тебя хорошие духи, как ты легка…», «твоя необузданная мужественность», «Если бы люди читали обертки от шоколадок…», и прочие говорящие сверчки Пиноккио. Это звучит так, словно, подбирались слова, вырабатывающие гормон счастья и из них писали все фразы, диалоги, монологи, даже реплики.

Я не искала смысл и что-то серьёзное в этой картине, я просто наслаждалась тем что вижу и слышу. Как будто мне предложили выпить дорогого итальянского вина с аромантнейшим изысканным сыром, и в дополнение предложили потрясающего, элегантного собеседника. Пообщавшись с которым, я почувствовала себя настоящей женщиной, матерью, хранительницей очага, и главное как это важно и как это красиво в глазах мужчин.

11 декабря 2013

«Заперт в собственном замкнутом круге.»

Многие кинокритики, любят обвинять Феллини в том, что в его фильмах присутствует так называемый замкнутый в круг в разных своих проявлениях. Фильм «Восемь с половиной», можно назвать автобиографической для Феллини. В этом фильме он высказал свои претензии зрителям, продюсерам, сценаристам, кинокритикам, одним словом всем тем кто мешает его свободному полету фантазии.

Фильм бы не был бы таким без Марчелло Мастрояни. Феллини повезло найти такого актера как Марчелло Мастрояни, ведь он не просто актер, а так сказать «пластилиновый» актер. Режиссер может слепить из такого актера все что угодно, а в руках мастера актер превращается в произведение искусства. А в мастерских руках Феллини, Мастрояни превратился в самого Феллини.

Особой чертой фильма является почти невидимая граница между реальность, воспоминаниями и мечтами. И режиссер без предварительной подготовки отправляет зрителей в путешествие во все эти измерения.

Тема замкнутого круга была затронута и в этом фильме. Концовка является неким сообщением зрителям. Режиссер говорит зрителям что у них есть всего лишь два варианта действий.

1) Не слушать кинокритиков и стать частью хоровода, то есть стать часть замкнутого круга Феллини и продолжать свое путешествие вместе с ним.

2) Послушать кинокритиков и больше не смотреть фильмы Феллини.

Лично я выбрал первый вариант. Если вы тоже его выберите, то запомните, что самым главный главным здесь являеться, не оказаться запертым в собственной замкнутом круге.

9 из 10

15 октября 2013

Развод с вдохновением

Меня зовут Гвидо. Поправляя черные очки, после очередной иллюзорной встречи с юной незнакомкой, я никак не могу выкинуть ее лицо из своей головы. Реальна ли была та встреча? Не знаю. Я вообще ничего не знаю, раньше чемодан с идеями был полон, а ключом к его замку была уверенность в себе. Но ключ потерян, как и желание прыгнуть в омут с головой. Продюсер, почесывая лысину, лениво спрашивает о дате съемок, я ищу оправдание для очередной отсрочки. И кто придумал снимать фильм сразу после успеха предыдущего? Я не могу сочинить ничего кроме сюрреалистической истории на тему любви, но сейчас нельзя без развития сюжета и персонажей. Я танцую на краю пропасти с музами, которые давно потеряли свою волшебную силу вдохновлять. Приближаюсь к бездне, а в голове только равнодушие.

«Восемь с половиной» вместил в себя все переживания и страхи режиссера, человека искусства, когда его настигает творческий кризис и отсутствие желания это искусство в народ нести. Действительно, ведь нужно ли оно кому-нибудь рядом? Вокруг много людей, они «преклоняются» перед твоим талантом, говорят какой ты хороший автор, но… им нет дела до твоего фильма, им есть дело только для себя, своего участия в нем. И тут понимаешь самое страшное — тебе тоже безразличен твой фильм. Актрисы сменяются на пробах, продюсер восклицает, насколько они хороши, но в голове Гвидо только цокот каблуков удаляющейся от него жены. Кризис творческий сменяется кризисом личным.

Ты приходишь на площадку, и безостановочно все задают тебе «всего лишь три вопроса», ответ на которые один — «не сейчас». Но когда? Фильм Гвидо с монструозными декорациями, условными ролями нужен режиссеру только для того, что бы понять самое главное. Можно сколь угодно гнаться за своим фильмом, утверждать, что все нормально, не имея даже сюжета, слепо верить — идея сама придет в голову на площадке, рефлексировать, но снять его без волшебного заклинания, что было написано мелом на стене нельзя — Аза-Низи-Маза — анима — душа.

Восьмая по счету полнометражная лента Фредерико Феллини созвучен с его предыдущей работой «Сладкая жизнь». Оба героя находятся в жизненном замешательстве и ищут спасения, но находят в разном. Герой «Жизни» Марчелло — в женщинах, а Гвидо в себе, его музы не могут дать идею и желание работать. Гвидо постоянно проваливается в видения, сюрреалистические эпизоды, где смешалось его прошлое и настоящее, страхи и радости. И, несмотря на то, что выхода нет, он бросает свой фильм и погружается в немыслимый хоровод из персонажей, родившихся в голове, тех, кто ему близок и вообще был в его жизни. Точного ответа на сакраментальный вопрос «что делать?» герой так и не получает, но понимает, что можно попробовать спасти брак, который одновременно с творческими трудностями дал трещину.

12 сентября 2013

Сон о чём-то большом.

На пустынном пляже в кресле в расслабленной позе сидит мужчина. Палящее солнце окутывает его своими лучами, но мужчина этого не замечает. Он одет во всё чёрное: чёрные брюки, чёрный пиджак, чёрный галстук, чёрные очки; на этом фоне выделялась только белая рубашка. Левая его рука безвольно свесилась с подлокотника, а за правую держит маленькая плачущая женщина, грустно бормочущая что-то итальянском.

Однако мужчина не мёртв. Его губы то и дело подрагивают. Массивное тело поднимается, то опускается -,. Мужчина очень крепко спит, и ничто не может потревожить его сон.

Между тем день близится к концу. Вдалеке, у самой кромки воды, идут двое — мужчина и женщина, чьих лиц не разглядеть в предзакатном мареве. Они о чём-то весело говорят, шутят, спорят. Внезапно женщина замечает фигуру в кресле. Замечает рядом фигуру поменьше. Прищурившись, она пытается их разглядеть, но расстояние слишком большое. «Кто это?» — спрашивает она у своего спутника. «Как? Ты не узнала?» — отвечает он, тоже сощурившись в ту сторону. — «Это же Федерико!»…

***

… Да, это был он. Федерико Феллини. Известный по всему миру итальянский режиссёр той старой эпохи, когда европейские художники ещё не измельчали, Голливуд не оккупировал весь мир, наше кино не было костлявым трупом, а самого Феллини в компании с Бергманом, Антониони и другими не считались «арт-хаусом». Федерико уже успел искупаться в лучах славы и находился в данный момент в творческом поиске. Он снял шесть полнометражных картин, две короткометражные (которые считал за одну), одну совместную с Альберто Аттуадой (та самая половинка), и чувствовал себя «опустошённым». У него уже было подобное состояние — как он его называл «Чернобыль души» (интересно, что через много лет Чернобыль будет ассоциироваться с опустошением, но реальным). Тогда справиться ему помогла его жена — верная Джульетта Мазина, но теперь всё по-другому. Ему за сорок, и кризис среднего возраста наступал. Подведение итогов половины жизни мучило маэстро. Снимал ли он действительно что-то стоящее и на самом ли деле поняла доверчивая публика то, что он хотел сказать? У Феллини не было однозначного ответа. Ему казалось, что он высказал всё, что мог, и больше ничего не снимет.

К счастью, это было не так. Не бывает отчаяния без надежды. Когда казалось, что всё потеряно, вдруг во тьме мелькнул луч. Сначала тусклый, почти незаметный, постепенно он начинал светиться всё ярче. Тьма отступала, и Феллини вдруг понял, что нужно делать.

Так на свет появились «8 с половиной» — пожалуй, главный фильм в творческой карьере режиссёра. Почти всегда с ним ставят «Сладкую жизнь». Да, главный герой «Сладкой жизни» — журналист Марчелло, как и главный герой «8 с половиной», тоже находится в творческом кризисе, обоих играл Марчелло Мастроянни (про которого Феллини говорил, что они — «одно целое») и оба героя в какой-то мере отображение самого режиссёра. Но при этом «8 с половиной» более личное кино. Если в «Сладкой жизни» Феллини разоблачает общество — его пороки, чёрствость и бесчувственность, то здесь он по сути разоблачает самого себя.

Используя свой временный кризис как катализатор, Феллини создаёт Гвидо Ансельми — известного итальянского режиссёра, находящегося на пике популярности. С детства избалованный вниманием (особенно женщин), он так и не вырос, оставшись большим ребёнком, эгоистично поступающим так, как того хочет и верящим в то, что из любой ситуации он обязательно найдёт выход, надо только подождать. Других людей со временем он перестал просто воспринимать, их проблемы стали вызывать у него с возрастом всё большую тоску.

В начале фильма Гвидо неожиданно воспаряет в высь — это то, что герой хочет сделать на протяжении всего хронометража — уйти, убежать, улететь от всех этих обыденных проблем. Но не получается — его ловят и опускают на грешную землю. А на земле — не доработанный до конца сценарий, к которому Гвидо никак не может подобрать центральную идею. А между тем сам фильм анонсирован, деньги выделены, ведётся кастинг, даже построена гигантская стартовая площадка. Всю съёмочную группу активно интересует сценарий, но Гвидо продолжает вести себя как самодовольный пижон, то бормоча что-то, то отшучиваясь, то переводя разговор на другую тему. Он ещё надеется, что случится чудо и идея придёт сама собой и пытается отвлечься от мыслей о последствиях.

Но себя не обманешь. Где-то глубоко внутри Гвидо понимает своё бедственное положение и пытается найти ответ, почему всё так вышло, в подсознании. Причём чередование реальности и фантазии передано гениально. Феллини мастерски обозначает границу между ними: то с помощью искусного монтажа, то замедленной или наоборот ускоренной съёмкой, а то просто мелкими логическими деталями, он чётко даёт понять, где кончается одно, а начинается другое. И чем ближе «Час Икс», когда нельзя будет так просто отмолчаться и делать серьёзный вид, тем больше граница реальности и фантазии стирается, оставляя на суд зрителя, что происходит на самом деле, а что нет.

А самое интересное, что Гвидо найдёт ответ на свой вопрос. Истину, которая на самом деле лежала на поверхности, будет озвучена человеком, посмотревшим на ситуацию со стороны. Гвидо сначала не примет её, но потом, потеряв всё, осознает. Человек, не умеющий любить, не может создавать; искренние чувства — основополагающая любых начинаний; один человек — не центр мироздания, а часть общего хаоса. Эта истина — то, что должен понять каждый. Её невозможно навязать, до неё надо дойти самому. В современном мире об этом, к сожалению, забыли. Феллини выступил здесь провидцем — через много-много лет именно такие герои, как Гвидо, постепенно заполонят киноэкраны.

И хотя не вериться, что Гвидо изменится, но глядя как он водит вместе со всеми дружный хоровод под бессмертную композицию Нино Рота, хочется верить, что главный герой стал менее эгоистичным и стал чуточку добрее…

***

… Двое шедших мимо приблизились к фигуре в кресле. Федерико почувствовал это. Свободной рукой он снял очки и приподнялся. Его жена Джульетта перестала плакать и внимательно посмотрела на подошедших. Супруги Феллини их прекрасно знали — это были Марчелло Мастроянни и Клаудия Кардинале. «Хватит спать,' — полушутя-полусерьёзно сказал Марчелло. — «Пора снимать кино»…

***

… Федерико Феллини очнулся. Он сидел в летнем кафе, а верная Джульетта Мазина теребила его за плечо и что-то говорила. «С тобой всё в порядке?» — дошло до него наконец. Феллини, улыбнувшись, кивнул. «Да.» Жизнь снова обрела смысл…

11 августа 2013

Хочется предостеречь.

Своим отзывом я хочу предостеречь любителей кино от потери времени и разочарования, какое испытал я после попытки просмотра этого произведения.

Я редко не досматриваю фильмы, я бы даже сказал, что всегда смотрю киноленту до конца. Но шедевр Федерико Феллини стал единственным (!) исключением среди тысяч кинопроизведений. Честно пытаясь досмотреть этот фильм, я трижды начинал смотреть его с момента, на котором остановился в предыдущий раз, но каждый раз мозг отказывался воспринимать информацию (а точнее её отсутствие), медленно тянущуюся с экрана.

Человеку, привыкшему при просмотре какого-либо кинопроизведения получать любого рода и степени эмоции, информацию, следить за сюжетом, думать о действиях героев этот фильм покажется пыткой. Автору удалось невозможное: он снял фильм с отсутствием сюжета, действия, логики диалогов и поведения персонажей. Во всяком случае, вышеописанное действо происходит на протяжении первых 40 минут — дальше я не смотрел и поэтому судить не могу.

Могу сказать определённо лишь одно — возвращаться к этой киноленте как минимум до пенсии я не собираюсь.

Без оценки.

7 августа 2013

Воображариум Федерико Феллини

Творческий кризис — основная идея фильма. То есть, он повествует о режиссере, который после очередного провального фильма находится в творческом замешательстве и ищет пути «освобождения», источник вдохновения, черпает массу вариантов и идей, которые параллельно сопоставлены его личной жизни, интрижкам, отношениям с супругой и любовницей, а также подобным отношениям его коллег и знакомых. Фильм исключительно на любителя, так как вынести весь этот бред, который несет товарищ Феллини, способен не каждый. Может он и реформатор, новатор или еще кто, может он знаменосец неореализма в кино, но после просмотра остается впечатление, что фильм снят только для тех, кто, собственно, принимал участие в съемках.

И если в начале и вплоть до последней четверти фильм еще подает какие-то признаки жизни, то к концу он вовсе превращается в бал душевнобольных. И в этот момент-то мне и вспомнился фильм «Бартон Финк» братьев Коэн, который посвящен аналогичной тематике, но в сравнении с Феллини, имеет куда более поставленное сюжетное ведение, хотя вызывает ровно такое же недоумение.

Среди положительных моментов можно отметить игру Марчело Мастроянни и окружающих его очаровательных актрис(не знаю их, поэтому не называю имен), а также замечательное музыкальное сопровождение в лице Нино Роты, Россини, Вагнера и др. Во всем остальном фильм просто замораживает и приковывает стеклянный взгляд к экрану. И что бы там ни было, как бы этот фильм ни любили, принимать это за хорошую картину не собираюсь. Можно вести некую аналогию с живописью, когда смотришь, внимательно разглядываешь картину известного художника, на котором просто какие-то каракули и стоит эта картина несколько миллионов и ты ломаешь голову над вопросом «За что?!», как у Поллока, например, или некоторые из работ Пикассо. Или как в фильме «Неприкасаемые» Дрисс(Омар Си) говорит «У чувака просто кровь пошла из носа, он ее размазал по полотну и хочет за это 30,000?». Точно такой же осадок от Феллини, как будто он обкурился или у него было горячка, и в бреду решил напечатать все, что ему приглючило и потом заснять все это на ленту. А зрители и критики, видимо, посмотрев его более ранние картины («Дорога», «Сладкая жизнь» и др), решили, что это настолько глубокое произведение, что не каждому это понять и просто протолкнули с печатью «шедевра».

Но пасаран!

2 из 10

9 апреля 2013

Страдания одного хитрого итальянца

Страдание и тревога — это естественная среда обитания творческого человека. Чтобы что-то сотворить (я говорю о художественных произведениях, а не об искусстве, как товарной единице), нужно копить впечатления и переживания, иногда довольно болезненные, а затем выплеснуть их наружу.

В данном случае, всплеск личных переживаний режиссера застал меня врасплох своей откровенностью. При просмотре фильма «8 с половиной» я чувствовал себя лишним. Я видел человека, который находится в смятении, в кризисе не творческом, но душевном. Он говорит «я несчастен» и пытается отыскать источник своей тревоги.

Каким бы бессюжетным ни казался фильм, все таки выстроен он вполне логично, вот только отправными пунктами перехода от одной сцены к другой, являются не поступки персонажей, но их фразы.

' — Что ты видишь?» — спрашивает Гвидо жену.

' — Я вижу то, что ты хочешь мне показать» — отвечает она.

Феллини хотел показать в этом фильме себя. Человека, который хочет поделиться своими переживаниями, но не знает как их выразить словами. Как оказалось, иногда легче показать, чем рассказать. В фильме «8 с половиной», Федерико скрывается за маской Гвидо — режиссера, который хочет снять кино, но не знает о чем оно будет.

«Ну-ну, делай свой фильм, делай, упивайся дальше своей ложью. Но чему ты сможешь научить других, если не смог ничего сказать даже мне, которая находится рядом с тобой?» — говорит жена.

Этот фильм о смятении, о душевном кризисе, о человеке, который окружил себя целым гаремом женщин, но не любил ни одну из них. Об эгоисте, который видел в других людях лишь часть себя. И вдруг, в один день он чувствует себя несчастным. В итоге он разгадал тайну своего несчастья и трижды повторил ее устами одной из множества муз (которые были настолько однотипные, что мне даже к концу не удалось начать различать их): «ты не умеешь любить».

Федерико оказался в смятении, задал себе вопрос и сам же на него ответил. Оказалось, всё просто — очередной фильм о любви. Это был откровенный разговор одного человека наедине с собой. Благодаря таланту и мировой известности, этому человеку удалось поделиться своими переживаниями с обширным слоем кинолюбителей. Он окунул нас в мир своих тревог и страданий, но я не совсем понял зачем. Мы там не нужны.

А вот здесь то и начинается вся хитрость!

Просмотр данного фильма растянулся для меня на весь день. Все эти душевные терзания режиссера настолько утомляли, что я прерывался на чтение книги, еду, поиграл в варкрафт, сходил к бабушке за яблоками, постриг ногти… «стоп-стоп-стоп!», скажете вы. Разве вам интересно, как я провел свой день? Также и мне было абсолютно неинтересно и скучно наблюдать за душевными теразниями какого-то человека, пусть и всемирно известного.

' — Вы действительно верите, что ваша жизнь может заинтересовать других?» — эта фраза повторяется в фильме несколько раз.

' — А если провалитесь этим фильмом, чем потом будете жить?» — обращаются к Гвидо люди из массовки.

' — Ему больше нечего сказать!» — зло скандирует всё та же массовка.

Феллини будто заранее извиняется за банальность всего происходящего на экране. Он открыл перед нами дверь своих страхов, мы заглянули туда и нам стало жалко беднягу.

В этом и заключается хитрость — режиссер предугадывает реакцию зрителя и дает нам понять, что знает о том, что мы подумаем. На этой своей проницательности он и выезжает, создавая эффект глубины. Феллини будто бежит наперегонки со зрителем — кто кого хитрее и проницательней.

Для ублажения критиков он тоже нашел хитрость — финальный монолог критика, который сам себя называет интеллектуалом.

После чего следует мораль, которая стара, как мир: «любовь — это праздник, давайте любить друг друга и жить счастливо».

5 из 10

5 декабря 2012

Владимир Наумов (который с Аловым), в интервью говорил, что есть кино до «Восьми с половиной» и есть после. Думается, это все же преувеличение: Бергман и до фильма Феллини и после был равен сам себе, «Тегеран-43» снят тоже без всякого воздействия фильма Феллини. Отрицать огромный резонанс «8 с половиной», его влияние на окончательную культивацию арт-хауса в его противопоставлении жанровому кино бессмысленно — и фильм Феллини как знаковое явление в силу законов диалектики не может быть воспринят однозначно положительно. Раскрепощение авторской манеры, свобода ассоциаций, отказ от сюжетности и линейности повествования — как бы краеугольные камни арт-хауса в большой степени были продемонстрированы в качестве мощных художественных инструментов в этом фильме. Оборотной стороной явления стал авторский субъективизм, смешение в общую кучу удачных и откровенно скучных фрагментов мозаики, приоритет субъективизма в ущерб рациональной содержательности.

Собственно в завершении «Восьми с половиной» и предлагается поиграть в цирк, смешать иерархии, разновременные пласты воспоминаний (обладающие все-же разной ценностью). «Будем как дети» — славный призыв, имеющий к тому же почтенный и авторитетный источник происхождения, однако абсолютизировать прелесть индивидуальных фантазий итальянского визионера все же не следует. Уход от рацио является составной стороной житейского инфантилизма, неготовности отвечать за последствия своих поступков и помогать другим. В зрелом возрасте инфантилизм даже и постыден, поскольку предполагает всегда перекладывание ответственности на чьи-то иные плечи.

В фильме Феллини совершенной мне представляется часть с момента встречи героя с женой любовницы и до завершения фантазий Гвидо на тему гарема. Прекрасны сцены с Сароджиной, пляшущая массовка в конце под музыку Нино Рота, запоминаются ряд декадентских фантазий Гвидо и фактура подобранных женщин. Ряд сцен, связанных преимущественно с общением режиссера с его продюсером-сценаристом, скучны, стремление досказать все в финальных монологах как бы разжевывает авторский замысел. Сцены с демонстрацией кинопроб и Клаудией Кардиналле, по мне, можно вырезать без ущерба для содержания. При субъективизме авторского времени картина представляется минут на двадцать затянутой.

«Восемь с половиной» — хорошо организованный сумбур, прелесть которого определяется почти случайной красотой удачных пазлов, в выборе которых сказался визуальный вкус режиссера. После этого бессодержательных пазлов в исполнении менее одаренных художников прибавилось в разы.

8 из 10

25 октября 2012

Снежные люди

У меня неподдельный интерес вызывает не сам фильм Феллини с названием дробного числа, что само по себе уже заморачивает. Фильм как фильм, занудная фигня с начищенными до гламурного блеска лысинами старых пердунов, молодыми женщинами с немного плебейскими лицами, тщательно старающимися это скрывать, что еще сильнее это подчеркивает. И с Мастроянни, от творчества которого засыпаешь, если рядом нет непревзойденной Софи Лорен. Что удачно и продемонстрировал Никита Сергеевич Хрущев, который не мудрствуя лукаво, по-простецки, с здоровым и не обезображенным излишними сентенциями ума, благополучно заснул на премьере фильма в Москве, где присутствовали именитый режиссер с супругой. Обиженный режиссер, не понимающий русскую душу и ее детскую непосредственность, покинул Россию вместе с супругой раз и навсегда.

(Ну, дорогой Никита Сергеевич, как же Вам не повезло. В Ваше время не существовало режима прокрутки, да и при Вашей должности это, наверное, не было возможно. А я удачно посмотрела фильм за полчаса и не успела предательски заснуть. Как говорится: и овцы целы и волки сыты, или наоборот).

Так вот, вернемся к самому началу моего размышления о фильме «Восемь с половиной». Не было бы мне дела до этого шедевра, если бы не неподдельный интерес, а что это за люди, которые тащатся от этого, судя по множественным рецензиям.

В моем домашнем окружении, мужчины практически не смотрят телевизор, даже футбол, изредка их женщины вытаскивают в кино. Судя по тому, сколько времени они проводят в гараже, в свободное от зарабатывания средств к существованию, можно было бы сделать вывод, что те Хаммеры-шмаммеры, на которых они ездят, собрали они сами, а не купили за кровно заработанные. Ну, да Бог им судья, пусть и живут там, лишь бы не плакали и вовремя приходили к обеду, а то забыв поесть в своих мальчишеских забавах, могут и с голоду помереть, не дай Господь!

Старшее поколение женщин моей большой семьи смотрит исключительно центральный канал, по которому, если и покажут фелинневские «8 1/2», то промаявшись с полчаса и добросовестно просидев перед экраном благополучно сделают именно, то, что сделал «отец оттепели» и обвинитель культа личности — закемарят.

Ну, а среди моих знакомых и коллег, подруг и друзей, сколько ни спрашивала о знаменитых «Восемь с половиной» — все слышали, что-то даже видели (наверное, путают с «Девять с половиной недель», недалекие люди, скажу я Вам, мои друзья), но никто толком не знает и сказать хоть пару слов не могут, хорошо, если кто прочитал одну страницу «Войны и мира» дедушки Левы.

Есть еще малолетние спиногрызы, мои дети и дети моих сестер и братьев, но те, точно не то, что не видели этого фильма, они и мультики не особо смотрят, все время проводят, если не в школе или кружках и секциях, то во дворе, на улице и на море.

Так вот, для меня, достойные люди, которые смотрели знаменитый фильм Фелинни «8 1/2» и не уснули, да еще и успели отметить в нем «новый реализм» какой-то «новой души», это как снежный человек — о нем все знают, но никто не видел.

27 сентября 2012

Разрушительное совершенство

Раньше эта картина была единственным фильмом на свете, который я оценивал в 10 баллов из 10 возможных. Мне потребовалось несколько лет, чтобы все-таки пересмотреть свою оценку. Попробую объяснить, почему.

Этот фильм, безусловно, один из самых выдающихся фильмов в мире. С точки зрения формы с ним сравнятся мало какие картины. Даже у Феллини такой фильм, наверное, один. Когда смотришь лучшие сцены в нем, даже и не пытаешься понять, каким образом удалось синхронизировать сложнейшие движения камеры и актеров с таким совершенством. Большинство понимающих режиссеров были бы счастливы, если бы им удалось за всю жизнь снять хотя бы одну сцену, равную сцене в воображаемом гареме Гвидо. Работе с освещением позавидовал бы и Свен Нюквист. А сама картина, как совершенное в своей форме произведение, наверное, не уступает искусству итальянского Ренессанса. Для того, чтобы такое поставить, недостаточно быть выдающимся режиссером — нужно быть итальянцем: нужно родиться и расти среди шедевров искусства, чтобы они с детства формировали этот удивительный итальянский вкус.

Помимо всего этого, революционна нелинейность фильма: до «Восьми с половиной» в кино не существовало флэшбэков. Они были у Алена Рене, но у Рене их нельзя было распознать: невозможно было отделить воображаемую часть повествования от реальной, прошлое от настоящего (к этой невозможности Рене и стремился). Феллини же ввел «настоящие», классические флэшбэки: они, не скрываясь, переносят нас в прошлое, в детство режиссера. В таком виде они используются и по сей день.

Но — загвоздка в том, что само совершенство фильма в конечном счете начинает немного деформировать восприятие. Оно становится несколько навязчивым. При просмотре фильмов даже зануде типа меня часто хочется отключить рассудительность и просто отдаться на волю волн. Но «Восемь с половиной» не позволяет этого сделать. Стоит тебе расслабиться, и тут же очередная ультра-совершенная сцена кричит: посмотри, как безупречно я сделана! Стремление к идеальной (но при этом невероятно самобытной) картинке, актерской игре и освещению иногда становится чуть давящим, нарочитым. Безупречность постановки начинает даже сердить. 50 лет назад это выглядело революционно, сегодня выглядит уже немного по-другому. Без сомнения, это гениальный фильм, но его совершенство становится каким-то саморазрушительным. Наверное, мне стоит найти его в другом переводе, чтобы освежить восприятие, взглянуть на фильм по-новому. Ведь хочется получать от него удовольствие еще много лет.

9 из 10

22 августа 2012

Мастурбация гения

Как мы помним, после выхода «Сладкой жизни» на светлую голову Федерико Феллини обрушился не один ушат грязи из уст консерваторов и клерикалов, обвинивших его во всех смертных грехах, начиная от духовного растления молодежи и заканчивая неуважением к католической Церкви. Феллини не посчитал нужным углубляться в полемику: вместо этого он неприкрыто, по-барочному гротескно высмеял устои последних в сатирическо-сюрреалистическом шарже «Искушения доктора Антонио» из четырехчастной мозаики «Боккаччо-70». Анита Экберг, воплощение секса, сошедшая с рекламного плаката и представшая перед изумленным ханжой в исполнении Пеппино де Филиппо, своей чувственностью и эротическими вибрациями не оставила камня на камне от принципов бедняги, и в результате он, в самых расстроенных чувствах, был препровожден в дом с мягкими стенами. Итак, со строгими моралистами режиссер вроде бы разобрался. Но осталась и другая порода критиков, не менее въедливая и докучливая, — так называемые интеллектуалы, взорвавшиеся рядом малопонятных глубокомысленных очерков, отследившие параллели «Сладкой жизни» со всеми известными им философскими концепциями и вконец запутавшие читавших их опусы зрителей. В немалой степени в ответ на домыслы этих уважаемых теоретиков и был поставлен фильм «8 1/2 », с одной стороны, еще более углубивший дискуссию вокруг Феллини, но, с другой, расставивший многие точки над i.

Забавно, что споры начались уже касательно названия. Будь воля Феллини, он бы оставил свое творение вообще без него — итоговое «8 1/2 » родилось, по сути, в угоду канцеляриту и означало всего-навсего порядковый номер ленты в фильмографии режиссера. Диву даешься, читая досужие размышления кинокритиков, пытающихся даже в этом усмотреть тайный смысл: чего стоит теория Антонелло Тромбадори, согласно которой, 1/2 — некая мистическая частица, означающая, что к новому фильму Феллини, его сюжету и актерам следует относиться как к чему-то большему, чем просто кинокартине. Хотя, возможно, в чем-то его правоту нельзя отрицать, ведь опыт «Восьми с половиной» на тот момент был практически беспрецедентным. Еще в 1956м Анри-Жорж Клузо снял экспериментальный фильм «Тайна Пикассо», в котором, загнав живописца в жесткие временные рамки, вынудил того за считанные минуты создавать на стекле гениальные творения и затем стирать их, дабы создать новые. Таким образом, была чуть приоткрыта завеса над интимностью и великим чудом кристаллизации художественных образов. Схожую цель преследовал и Феллини: не только изобразить муки, в которых рождается шедевр, но и представить многоуровневый, многоаспектный портрет его творца, в сотне измерений, разобрать его, как Да Винчи разбирал своего Витрувианского человека, во всей полноте не только внешних, но и внутренних проявлений его сущности.

«Он изменяет путь каждый день, потому что боится потерять единственно верный»

Если Марчелло из «Сладкой жизни» были присущи лишь некоторые черты его создателя, то режиссера Гуидо Ансельми, образ которого с блеском создал М. Мастроянни, можно назвать чуть ли не автобиографическим. Ансельми терзают гнетущие комплексы, бороться с которыми в разное время приходилось и самому Феллини: попытки убежать от действительности упираются в стену собственной неуверенности, желание вернуть утраченную чистоту оборачивается тоскливой ностальгией по детским годам, преклонение перед женской красотой таит в себе лишь трагический самообман… По сути, «8 1/2 » таит в себе два параллельно развивающихся сюжета. Первый — история режиссера, пытающегося снять «честный фильм, который был бы полезен всем, который помог бы навсегда похоронить все то мертвое, что мы носим в себе». То есть фильм, ставший бы своеобразным венцом его карьеры. Для этого он мобилизует все доступные средства: активно проводит кастинг актеров, ищет и находит продюсеров, охотно вкладывающих десятки миллионов в создание модели космического корабля, обсуждает детали сценария с известным писателем и тому подобное. Но, в то же время, Гуидо не до конца понимает, что же он хочет сказать своим фильмом, что именно он планирует похоронить и затем возродить. Из его творческого бесплодия, лихорадочного кризиса мысли проистекает второй сюжет: своеобразное духовное самобичевание, перемежающееся флэшбэками в прошлое, неуверенное балансирование на грани греха и раскаяния, святотатства и нравственности, неминуемо влекущее в пропасть, лишь на дне которой и возможно достижение катарсиса.

Финальное обновление, перерождение Гуидо Ансельми связано с философским осмыслением им негативной стороны бытия и осознанием того, что жизнь, несмотря ни на что, продолжается. Удары судьбы, заставляющие тебя смиренно склонять голову, и неожиданные подарки фортуны, позволяющие гордо ее поднимать, — лишь две стороны одной медали, отсюда и разудалый финальный парад-алле. Трактовать развязку можно и в несколько ином ключе. Лейтмотивом через весь фильм проходит тема отношений человека с Церковью и допустимости спасения вне ее. Когда Гуидо приходит на аудиенцию к кардиналу, тот с ортодоксальных позиций заявляет, что лишь в лоне Церкви возможно достижение истинной благодати. Тем не менее, вся исповедь героя дает понять: подобные суждения устарели, так же как утратил свою актуальность и библейский дуализм Добра и Зла, Белого и Черного, Добродетели и Греха. Порой невозможно провести между ними четкую грань, жизнь богата оттенками, а католическая мораль, не учитывающая их, больше не отвечает душевным устремлениям современных людей.

Быть может, кому-то это покажется странным, но сам Феллини, в интервью с Г. Богемским после показа «8 1/2 » на Московском Кинофестивале 1963 года, назвал фильм едва ли не самым простым и понятным в своей фильмографии. А также подсказал рецепт, позволяющий зрителю найти с автором общий язык и направить философскую дискуссию в русло дружеской беседы: освободитесь от условных категорий, каких бы то ни было концепций, устоявшихся понятий и заранее заданных схем. И тогда вы поймете, почему режиссер решил именно так преподнести историю исповеди своего героя и какой смысл он вложил в ее подчеркнутый автобиографизм. Ведь все и в самом деле предельно просто: лишь поведав с максимальной откровенностью о своих личных драмах, проблемах и демонах, можно браться за решение проблем других людей и налаживать между ними коллективное взаимопонимание.

Оценки излишни.

20 июля 2012

Фэнтези 8 с половиной появился на свет в далеком 1963 году, более полувека тому назад, его режиссером является Федерико Феллини. Кто играл в фильме: Анук Эме, Росселла Фальк, Джон Карлсен, Клаудия Кардинале, Марчелло Мастроянни, Катерина Боратто, Соня Жесне, Мария Тедески, Нил Робинсон, Эддра Гэйл, Барбара Стил, Джон Фрэнсис Лейн, Жан Ружёль, Франческо Алуиджи, Гуидо Альберти.

В то время как во всем мире собрано 99,106 долларов. Производство стран Италия и Франция. 8 с половиной — получил отличный рейтинг, и входит в список популярных фильмов, которые мы рекомендуем к просмотру. Рекомендовано к показу зрителям, достигшим 12 лет.
Популярное кино прямо сейчас
© 2014-2021 FilmNavi.ru - ваш навигатор в мире кинематографа.