Нюрнберг (2025)

«Нюрнберг», да что ж такое. Начинают с мочи на свастику — сразу ясно: тут не будут ходить вокруг да около. Хотят показать: фашизм — это грязь, и точка. Но потом… потом начинается странное.

Геринг. Второй человек в Рейхе. А на экране — точно джентльмен. Рассел Кроу играет его так, что местами хочется кивнуть: «Ну, в общем-то, мужик как мужик». Улыбается, рассказывает про отца, про любовника матери, про уважение к Гитлеру. Говорит спокойно, почти ласково. И ты сидишь и думаешь: «А где же зло?».

Беседы с психологом — сердце фильма. Геринг откровенничает, а ты сидишь и думаешь: «Это что, реабилитация что ли?» Нет, я не против показать злодея с человеческим лицом. Но тут уж слишком гладко: гордый офицер, жертва обстоятельств, чуть ли не романтический герой.

Трибунал? О, трибунал тут — как декорация. Детали обвинения мелькают, но главное — давление на Геринга. Грубо обращаются с его семьей. Психолог, нарушая все этические нормы, помогает обвинителям. И ты спрашиваешь себя: «А был ли суд справедливым?».

Допрос Геринга? Синтетика. Ответы звучат так, будто их писали под сегодняшние новостные заголовки. Реальный Геринг допрашивался днями, разными странами — а тут только британцы и американцы. Руденко, советские следователи? Нет, не слышали. Флаг СССР в зале есть — и на том спасибо.

Нюрнберг в кадре — слишком чистенький. Вокзал выглядит комфортнее современных. Это не послевоенный город, это какая-то открытка. Это не город после катастрофы, это декорации. И это раздражает.

Финал — одна фраза: «Фашизм может повториться везде, в том числе в США». О, ну конечно. Авторы явно кого-то имели в виду. И всем понятно кого. И это уже перебор.

Голливудские стратеги, видать, всерьёз решили: давайте сменим акценты. Давайте покажем злодея с улыбкой. Давайте заставим зрителя задуматься: «А может, он не такой уж и плохой?» И вот ты сидишь и ловишь себя на мысли: «Чёрт, а ведь он почти убедил». Но это не про правду. Это про картинку. Про то, как подать историю так, чтоб её съели, не жуя.

Я не против показать злодея с человеческим лицом. Но не тогда, когда это лицо становится почти симпатичным. Не тогда, когда зритель выходит из зала и думает: «А ведь он почти прав». Потому что нет. Не прав.

Артисты тут явно не в ударе. Как будто сами понимают — материал скользкий, а режиссура не даёт разгуляться. Майкл Шэннон — зажат. Словно ему сказали: «Играй строго по нотам, без импровизаций». И он играет. Но без огня.

Рассел Кроу — слишком мил. Слишком… человечный. Я, конечно, не эксперт по Герингам, но, блин, где резкость? Где эта звериная хватка, которая должна читаться в глазах? Вместо этого — почти джентльмен.

Рами Малек — единственный, кто в финале хоть как-то цепляет. Но до финала он будто спит. Движется, говорит, но без души. Как робот, которому забыли загрузить эмоции. А потом — бац! — и вдруг просыпается. Но поздно.

Особенно плохи дела с женскими персонажами и сценами общения с ними. Всё выглядит наигранно, плоско, никаких полутонов, никаких живых реакций. Никакой химии, никакого напряжения. Как будто актёры сами не верят в то, что играют.

А ещё эти документальные кадры из концлагерей… Вот они бьют по мозгам. Вот они — правда. Но они как инородное тело в этом фильме. Как будто их вставили просто для галочки: «Смотрите, мы не забыли про ужасы». Это не добавляет глубины — это просто шок. А шок без контекста — это просто картинка.

5 из 10

На цифровых площадках вышла уже американская версия по суду XX века. Поскольку лента американская, тут практически не используется наша сторона, но она упоминается и не забыта, что ж, спасибо и на этом.

Пересказывать сюжет я не буду, больше пойду именно по актерским работам и эмоциям во время просмотра. Скажу сразу, как-то не задается мне с Рами Малеком, мистера Робота я так и не посмотрел, в других его фильмах актерские работы данного товарища мне тоже не заходят. Так и здесь, он абсолютно блеклый на фоне всех остальных героев. В вынесенном нашем синопсисе 'противостоянии' он полностью переигран и уничтожен Кроу. Какой-то симпатии или сострадания его герой вообще не вызывает, он сам подставился под уловки.

Зато напротив Кроу, ну это солидно. Да я понимаю, кого он играет, я ни в коей мере не поддерживаю реальную личность, но персонаж Рассела, прямо крадет каждый кадр со своим участием. Добавляет образу его акцент, очень выделяется на фоне привычных его фильмов. Из других второстепенных понравился персонаж Шеннона (такая забавная пасхалка для фанатов снайдера, только тут они уже поменялись ролями). Да и вообще, тут довольно известный актерский состав на 2 плане.

Еще из минусов отнесу второй акт ленты, до допроса Геринга, показался слишком затянутым и скучноватым. Да там есть шокирующие сцены, с использованием реальной хроники( хотя могу ошибаться насчет реальной). Но персонаж Малека, у меня лично не вызывал симпатии, и во 2 акте он начинал бесить. Даже один из второстепенных героев, который рассказывает свою трагичную историю, вызывает больше эмоций.

По технической части, изысков никаких нет, но тут и в целом вся лента в серых тонах, поэтому и ожидать чего-то сложно. Саундтрек тоже блеклый, он есть, ну в паре сцен выделяется, но в целом проходной обычный голливудский.

И это вот главное описание ленты он голливудский. То есть, если вы смотрели другие военные фильмы или судебные. Вы будете примерно представлять, как пойдет дальнейшее действие. Фильм выполнен по шаблонам, плохо ли это? И да и нет. Отторжения лента не вызывает, смотреть было интересно. Но при этом посоветовать каждому для просмотра я не могу. Есть более эмоциональные фильмы о войне, более интересные судебные. Единственное что его выделяет, это актерская работа Кроу, она прямо достойная.

Прямо посоветовать могу, только если вы уже пересмотрели все из этих жанров и ищете что-то новенькое.

6.5 из 10

Психиатр Келли приезжает в Нюрнберг для того, 'чтобы оценить степень готовности нацистских преступников к судебному процессу.' Что это вообще значит? Прожарка средняя? А если они не готовы? Их отпустят? Или ещё потомят немножко? А ещё, он хочет 'препарировать природу зла', и заработать денежек, опубликовав бестселлер о своих беседах с Герингом. Живым. Мертвый увеличит продажи.

Режиссер Вандербилт экранизировал книгу 'Нацист и психиатр' Эль - Хея. Психиатр Келли реально работал с нацистами, и написал книгу, не завоевавшую популярности у западного читателя. Проанализировав нацизм германский, Келли предупреждал об опасности распространения нацизма американского. Демократически настроенным американским нацистам пророчество не понравилось, и Келли мягко, и демократично погрузили в анус информационного вакуума, создав вокруг его книги атмосферу умолчания.

Таким образом, 'Нюрнберг' - это не просто отчёт о процессе над нацистами, это фильм - предостережение о том, что идеи Геринга живы, и пользуются популярностью.

Фильм не показывает боевых действий, да и сам процесс показан фрагментарно. Только пара эпизодов с участием унылого, и неумелого американского обвинителя (Шеннон). Весь цимес заключается в противостоянии Келли и Геринга. Келли воображает себя опытным, проницательным, всевидящим мозгоправом. Он считает, что легко вскроет черепную коробку рейхсмаршала, и вынудит его, задыхающегося, в соплях и слезах, поплакаться в теплую жилетку дядюшки Сэма.

Играя в игры разума с Герингом, Келли упустил тот момент, когда разум Геринга начинает играть в игры с ним, с Келли. Происходит инверсия ролей. Охотник превращается в добычу. Геринга играет Рассел Кроу. Актер дал себе волю - в кадре килограмм 120 раскормленной, австралийской говядины. И хотя он не похож на Геринга внешне, играет он очень мощно. Он смотрит на психиатра ласковыми глазами сытого хищника, позволяя тому считать себя хозяином положения. Я всё ждала того момента, когда мощные челюсти нациста сомкнутся на тоненькой шейке доктора - зазнайки, и перекусят ему яремную вену.

Рами Малек везде одинаковый. Огромные телячьи глаза, нервический темперамент, суетливые движения жертвы, того и гляди замычит, как телок, потерявший маму. В этом фильме он улыбчив, как олигофрен, и пытается выглядеть брутальным - получается плохо. И психиатр из его персонажа плохой. Словно лукавый фавн он строит глазки, и нежно улыбается убийце и военному преступнику. Показывает ему фокусы, навещает его семью - как сладостно ухаживать за дочкой нацистского бонзы! Так хочется ему понравится наци № 2! Так хочется! Никого он не сумел разгадать, Геринг открыто признается ему, что 'сбежит'. Как проницательный врач, он должен был понять, что речь пациента нельзя воспринимать буквально.

Судя по фильму, у психиатров убогий инструментарий. Никаких приёмов, кроме всем надоевших тестов Роршаха в фильме нет. Лучше всех с тестами справился Штрайхер. Тот везде видит влагалище. А, нет, виновата! В одном случае он говорит - 'еврейское влагалище'. Положение обязывает.

'Нюрнберг' не помогает понять природу зла. Нацисты выглядят придурками. Гесс - слабоумная истеричка, Лей - припадочный, Штрайхер - зоологический антисемит. Как такие дегенераты могли захватить власть, и развязать Вторую мировую войну? Что двигало Герингом? 'Моя честь зовется верность?'. Этот бред подходит только для фанатиков - эсэсовцев, Геринг глуп (неудачный процесс над Димитровым это наглядно подтверждает), но не настолько. Арендт писала о банальности зла, имея в виду Эйхмана, исполнителя, мелкую сошку по сравнению с Герингом. Геринг - жирная, скользкая, увертливая крыса, уверенная в собственной безнаказанности. Он из тех, кто приказы не исполняет, а отдаёт. На Нюрнбергском процессе он хотел использовать противоречия между союзниками, и избежать петли. Но в фильме этого нет. Здесь многого нет. Режиссер однобоко трактует события, его волнует только и исключительно судьба евреев. Остальные жертвы нацизма для создателей фильма не существуют.

Этот фильм является бенефисом Рассела Кроу. Вот интересно - академики дадут ему статуэтку за роль нациста? Если верить Келли, то он для них свой. Свой своему всегда... Оскар.