Воскресный день в аду (1987)

Неожиданный парафраз ленте «Иди и смотри». Начинается вроде вполне остросюжетно. Двое находятся в полной прострации. Ничего не понятно. Двигаясь наощупь, впотьмах, они оказываются на свободе — милый добрый пляж. Дюны. Тут мы и понимаем цену свободы. Становится понятно, что бежали герои из антиутопии.

И знаете, такое неожиданное, лишенное четкой логики и полное сюрреализма описание побега из фашистских застенков в полной мере соответствует тому, что рассказывали мне очевидцы. Прав, Жалакявичус. Прав.

Остается лишь очертить основную линию. На прекрасном балтийском пляже отдыхают милые девушки и фашисты. Такие молодые парни, такие милые девушки. Среди них затерялись двое наших беглецов. Вот вам и продолжение антиутопии. Настоящий ужас. Истинный абсурд. Вот он — апокалипсис дней минувших. Не нужно звезд и полета валькирий.

В итоге фильм оставляет несколько сумбурное впечатление. Будто автор был не в полной мере уверен в такой неожиданной трактовке истории о войне. Поэтому, вместо того, чтобы обострить стилистические неожиданности и обрыв нарратива, режиссер несколько смягчает все.

А возможно, дело в том, что снимало эту ленту фактически три режиссера. Разнонаправленность тут имеется.

Эти обстоятельства несколько упрощают фильм. Потому он и остается в шаге от шедевра.

7 из 10

Запоминающийся фильм.

Крупные планы, гнетущее музыкальное сопровождение, обрывки фраз на разных языках — и в первые десять минут создаётся бредово-дремотное ощущение непереносимого кошмара пребывания в концлагере. Затем два узника — русский и литовец совершают побег и волей случая оказываются на пляже, в зоне отдыха офицеров фашистской армии. Свои робы беглецы выбрасывают во время побега, у них есть пистолет, отобранный у немца при побеге, литовец знает немецкий язык, что может помочь им выжить и смешаться с отдыхающими… Два голых мужика с писолетом на пляже среди немцев и в компании с молодой Ингеборгой Дапкунайте. Любая ошибка — смерть. Какой боевик-вестерн можно было бы снять с таким сюжетом.

Однако режиссёры сохраняют этот тягучий стиль повествования, и действительно интересные сюжетные ходы оказываются забиты стремлением наполнить каждый кадр массой ассоциаций из мирового изобразительного искусства и кинематографа (очевидные влияния — от Андрея Тарковского до «Смерти в Венеции» Висконти и «Ночного портье»), а также заставить работать подсознание зрителя. В итоге несмотря на то, что драматургия продумана, созданный на экране мир — многомерен в своей безысходности, всё-таки создаётся ощущение затянутости.

Плюсы фильма — узнаваемые авторские стили Витуатаса Жалакявичуса и Автандила Квирикашвили, тема войны решена нестандартно, молодая, но опять же узнаваемая Ингеборга Дапкунайте в ставшем для неё традиционным амплуа роковой и холодной красотки.

Минусы — затянутость картины, характерная для Жалакявичуса эмоциональная холодность в показе своих героев, даже положительных (временами создаётся ощущение, что на экране какие-то биороботы, отдалённо напоминающие персонажей из «Отеля „У погибшего альпиниста“). Только в финале всплеск действия и более живая игра Владимира Богина спасают от этой прохладцы в чувствах. В целом же фильм явно неординарный, может понравиться любителям как авторского кинематографа, так и любителям военной тематики.

7 из 10