Море внутри (2004)

Mar adentro
Рейтинг фильма
Кинопоиск 7.8
IMDb 8
Описание фильма
оригинальное название:

Море внутри

английское название:

Mar adentro

год: 2004
страны:
Испания, Франция, Италия
режиссер:
сценаристы: ,
продюсеры: , ,
видеооператор: Хавьер Агирресаробе
композитор:
художники: Соня Гранде, Бенхамин Фернандес, Эмилио Ардура
монтаж:
жанры: драма, биография
Сколько денег потрачено и получено
Бюджет: 1
Сборы в России: $62 000
Сборы в США: $2 104 923
Мировые сборы: $38 535 221
Дата выхода
Мировая премьера: 2 сентября 2004 г.
Премьера в России: 7 апреля 2005 г.
на DVD: 19 мая 2005 г.
Дополнительная информация
Возраст: 16+
Длительность: 2 ч. 6 мин.
Отзывы о фильме Море внутри

Реальная история испанца Рамона Сампедро, который, будучи полностью парализованным, около тридцати лет боролся за право на добровольный уход из жизни. Фильм рассказывает о его отношениях с двумя женщинами: Джулией, его адвокатом, и подругой Розой, которая пытается убедить Рамона, что жизнь стоит того, чтобы жить. Сила любви Рамона вдохновляет женщин на поступки, которые казались им невозможными.

Другие фильмы этих жанров
драма, биография

Видео к фильму «Море внутри», 2004

Видео: Трейлер (Море внутри, 2004) - вся информация о фильме на FilmNavi.ru
Трейлер

Отзывы критиков о фильме «Море внутри», 2004

Сентиментально

Одно время искал драму для просмотра, и данный фильм был представлен как качественная драма. Название многообещающее. Оно мне намекало на наличие глубоких чувств в душе героя. Не могу написать, что возникло огромное желание смотреть фильм, потому что он о калеке. Такие повествования тяжело оценивать, потому что воле-неволей ставишь себя на место главного героя, и в подобных случаях ставить тяж., потому что у таких людей видоизменённая психика, свой взгляд на мир. Это не сказ о человеке, кот., например, попал в непростое фин. положение. Тут сложнее. Недавно наткнулся на данный фильм в библиотеке и остался доволен просмотром.

Тому, кому нравятся размеренные фильмы, стоит взяться за просмотр. Знакомство с главным героем происходит постепенно и основательно. Можно видеть его семью, его помощников по борьбе за право на эватанзию. Острота ума и шутки от человека, кот. пролежал 26 лет в постели, удивляют. Они придают киноленте интерес, потому что смешны и наполнены жизненной мудростью. Игра актёров для меня не является определяющим критерием в оценке фильмов. Но здесь работа Х. Бардема впечатляет. Он мог выразить себя только мимикой. Всё-таки талантливый актёр, хотя это только 2-й фильм, кот. смотрю с его участием. Суть истории заключается в том, что чел. борется с судебной системой за право умереть, но на экране не будет долгого судебного разбирательства. Будут просто показаны 2 года жизни этого инвалида, кот. мог приносить пользу людям, вселяя в них надежду. Поддержу остальных рецензентов по поводу хорошей операторской работы, заключающейся в изображении полёта над живописными пейзажами. Грамотный саундтрек добавлял фильму атмосферности.

К отриц. моментам добавил бы нелогичную реакцию адвоката инвалида на расставание его со здоровой дев. по причине болезни. Она вроде и немаленькая, но думала, что взрослым людям разных полов достаточно говорить друг с другом для полноценных отношений. Также не было показано каким образом его друзья так спокойно согласились на организацию противозаконного убийства и об их дальнейшей судьбе. Сам Рамон сказал мол им достаточно отрубить руки в случае поимки таким тоном, будто не руки отрубать просит, а всего лишь оставить без обеда.

Вообще удивился, что эвтаназия является чем-то криминальным. Большинство людей живут в таком положении не по тому, что хотят жить, а потому что боятся убить себя. Когда взрослый чел. лежит дома целыми днями и ссыт под себя, то никакой оптимизм не спасёт. Это кино насыщено меланхолией и чувством утраты. Любителям драмы может понравиться.

8 из 10

17 мая 2017

Итак, Алехандро Аменабар талантливейший испанский режиссер чилийского происхождения, который привлек к себе внимание после первых полнометражных фильмов: «Дипломная работа», изучая тему настоящего насилия перед камерой он внес некоторые новаторские нотки в избитые кинематографические темы; «Открой глаза» (через 4 года в Голливуде выйдет крайне неудачный ремейк «Ванильное небо») поднимает вопросы виртуальной реальности, поиска грани между истиной и вымыслом, позже нашумевшая «Матрица» процитирует прыжок главного героя с крыши мнимого небоскреба.

«Море внутри» — картина поставленная на основе трагической истории Рамона Сампедро который описал трудную судьбу человека прикованного к кровати в книге «Письма из ада» (текст он диктовал своему племяннику).

Данная картина удостоилась множества наград, включая «Оскар» в номинации «Лучший фильм на иностранном языке», словно Аменабар таким образом принял дистанцию у другого известного испанца Педро Альмодовара обласканного за несколько лет до этого критиками и кинофестивалями за фильмы «Все о моей матери», «Поговори с ней».

Рамон Сампедро в молодости в результате несчастного случая ломает шею и остается прикованным к кровати на протяжении почти 30 лет. Многие годы Рамон думал, как уйти из жизни при помощи эвтаназии, при этом, пытаясь максимально снизить риск привлечения к ответственности своих близких «за непринятия мер по недопущению подобного убийства». Рамон пытался найти законный способ уйти из жизни, но не получив официального разрешения суда, делает свой выбор.

Экранизация этой простой истории реализована настолько мастерски, а убедительность игры Бардема превосходна (работа гримера также на высоте), что трудно поверить в «киношность» происходящего. К счастью, Аменабар не использовал клише, свойственные подобным фильмам и избежал приемов по «выжиманию слез», а показал жизнерадостного человека, который открыт миру и любит своих близких, обдуманно подошедшего к вопросу жизни и смерти.

Фильм ставит ребром экзистенциальный вопрос допустимости законного умерщвления и задевает за живое обычных людей погруженных в инертный быт, так как остается поражаться силе духа человека, который помогал жить своим близким все эти годы, будучи веселым человеком, готовым воспринимать с улыбкой этот мир, даже живя в страшных ограничениях.

«Море внутри» — трогательное кино о сильном человеке.

12 июля 2016

Не хочу много говорить о фильме, но не могу не поделиться впечатлением. Это один из самых сильных и впечатляющих фильмов из всех, что я видела. Фильм рассказывает об очень трагичной проблеме, о которой большинство из нас предпочитает не думать, покуда все нормально. Но она существует, и от нее никто не застрахован. Фильм рассказывает нам о проблеме свободы выбора в отношении эвтаназии, а также историю человека, желающего умереть, но в то же время живущего настолько полной жизнью, насколько это возможно в его положении.

Главный герой фильма Рамон просто поражает своей стойкостью, будучи пожизненно прикованным к постели он отнюдь не теряет силы духа. Он что-то пишет, что-то изобретает, в него влюбляются сразу две женщины, и в одну из них он сам. Он добр, великодушен, умен, говорит окружающим то, что думает, извлекая в том одно из немногих преимуществ его положения. Его любят и уважают окружающие и не случайно. И все же его не устраивает такая жизнь в полсилы, она невероятно мучительна, он считает ее унизительной и не хочет быть обузой для близких. Потому он выбирает смерть, и нам остается лишь уважать его выбор. Но общество против добровольной смерти и ему придется бороться за свое право получить ее. Его близжайшее окружение разделится на сторонников и противников его идеи.

Об актерах кроме хорошего сказать ничего не могу. Получились простые, понятные, живые люди, в чувствах которых не сомневаешься. Но, разумеется, отмечу, что Рамон — самая лучшая, самая сильная роль Хавьера Бардема.

Фильм — история борьбы за право на добровольную смерть. Эвтаназия — очень неоднозначная проблема общества. Для себя в подобной ситуации практически каждый ее выберет, а если речь о ком-то из ваших близких? Нельзя решить однозначно, за вы, или против. В фильме история рассказана просто, без лишнего драматизма. Смотреть сравнительно легко, но чувствуешь всю глубину и трагедию проблемы. Понимаешь, что все очень непросто, что важнейшая общечеловеческая ценность о том, что человеческая жизнь ценнее всего иногда дает сбой. Всегда ли жизнь оправдывает те страдания, что она приносит? Должны ли мы принуждать ближних терпеть невыносимые страдания лишая их права на единственное избавление? Фильм не дает ответа на эти вопросы, но доходчиво описывает саму суть проблемы.

10 из 10

22 марта 2016

… а внутри моря тоска…

Самоубийство это явно не выход. Нужно идти до конца, бороться и не опускать руки. Ставить перед собой цели и добиваться результата. Нужно найти себе смысл жизни.

Это действительно легко сказать/написать, когда ты каждый день ходишь на работу, дома тебя ждет беременная жена и всё «идет в гору». Но как же пусты эти слова для таких отчаявшихся людей, как Рамон… Они тысячу раз могут поставить себя на наше место, сказать чтобы они сделали будь у них здоровье… А мы даже на секунду, на на одну тысячную не можем представить какого это быть инвалидом…

Так что Рамон принял решение. Решение, которое мы не имеем права осуждать…

Да, безусловно, большая роль Хавьера Бардема. Играть только лицом, при том что на лице у тебе нехилый грим…

Но вот что странно — фильм вроде как о том, что человек стремиться умереть, а при этом он умудряется быть добрым. И в первую очередь, благодаря прекрасной игре всех актеров и работе с ними режиссера. Эти честные эмоции брата героя, Розы любящей его, племянника, да даже отца, которого показывают то пару раз и он произносит одну фразу! Вот это магия кино, я считаю. Фильм трагичный и добрый, суровый и эмоциональный. Ты прекрасно понимаешь чувства брата героя, но и Рамона тебя жаль… Разрыв внутри зрителя отлично доходит до максимальной точки финалу. И нам ничего не остается, кроме как прыгнуть вместе с Рамоном с той скалы, хоть мы и прекрасно осознаем, что отлив уже начался…

9,5 из 10

6 октября 2015

Право на выход из игры

Фильм поразительный! Игра актеров, музыка, прекрасные морские виды — все это делает фильм по-настоящему трогательным, проникающим в самое сердце. Один из самых сильных фильмов, которые мне доводилось смотреть.

Глубина, с которой Хавьер Бардем понял внутреннюю борьбу своего героя, Рамона, и сумел ее показать, вызывает восхищение. Сильный духом человек, оказавшись запертым в неподвижном теле, почти 30 лет отстаивал свое право на выход из игры. Рамон сумел сохранить рассудок, прямой взгляд на жизнь, ответственность перед другими. Он все слишком хорошо понимал — гораздо лучше, чем кто бы то ни было рядом с ним. Стоя лицом к лицу с тем, что ему уготовала жизнь, он смотрел ей прямо в глаза и сделал более чем осознанный выбор.

Борьба за право умереть, которую Рамон ведет, казалось бы, с государством и церковью, оборачивается борьбой с самыми близкими и любящими людьми. У каждого своя правда в этом споре: отец не может вынести, что его сын уйдет раньше него, брат — что те 30 лет, которые он положил на уход за инвалидом, на самом деле были никому не нужны, любящая женщина не может отказаться от поддержки и веры в себя, которую Рамон вселяет в нее.

Весь фильм построен на парадоксах, которые и составляют суть нашей жизни.

»- Если у вас нет выбора и вы полностью зависите от других, вы приучаетесь страдать с улыбкой на губах…'

Человек, создающий жизнь вокруг себя, имеет единственное непоколебимое желание — умереть. Настоящая любовь и понимание самых близких друзей проявляются в том, что они способствуют его смерти. То, что мы понимаем как добро, оборачивается мучением, а очевидное зло — спасением.

Этот фильм заставляет задуматься, что правильно, а что — нет. Несогласие главного героя ставит участников этой трагедии перед сложным выбором. И от выбора каждого зависит, умрет или будет жить, обретет свободу или останется в клетке Рамон — любимый всеми и самый живой из всех.

«Море внутри» — фильм, после которого начинаешь видеть жизнь яснее. Какой бы выбор ни сделали вы сами, он помогает разобраться в самом себе и в том, что живет внутри…

10 из 10

18 марта 2015

Это фильм о свободе человека, о силе духа принять обстоятельства такими какие они есть, принять смерть, и право выбирать жизнь или смерть. Конечно, в мире много потрясающих примеров, когда люди потерявшие казалось бы все, смогли выбраться и стать полноценными и даже счастливыми. Честь им и хвала. Но, если человек, подобно Рамону, не хочет становиться «полноценным инвалидом», если он выбирает смерть — мы не вправе осуждать его и запрещать ему это. В подобных осуждениях и запретах видна несвобода современного социума. Если помните, в начале фильма Роза приехала к Рамону именно с осуждением и попытками переубедить его. Но в в результате общения с ним, она поняла, что он имеет право сделать свой выбор и помогла ему в его стремлении.

Человек на уровне подсознания отвергает смерть, смерть, как нам кажется, — это худшее, что может быть, и при этом это что-то, что не «укладывается в голове». Поэтому человек всегда бежал от мыслей о конечности своего существования посредством самого разного рода религий и мистицизма. При этом о смерти хорошо сказал Марк Твен — «Я не боюсь смерти. Я был мёртв миллионы и миллиарды лет до того, как появился на свет, и не испытывал от этого ни малейшего неудобства.» Именно так, мне кажется чувствовал и главный герой фильма. Я думаю, что если бы обстоятельства в его жизни сложились иначе, он нашел бы себя и после потери способности двигаться. Но он был моряком, любимцем женщин, обожающим море, путешествия и кипучую деятельность. Он потерял все это. Тем самым он потерял себя. Не каждая натура способна перестроиться. Он не смог и не захотел. Это его право и его мужественный и достойный выбор.

20 февраля 2015

Необычная мечта

Ознакомится с данным фильмом я решил после просмотра фильма Джулиана Шнабеля «Скафандр и бабочка». Поскольку я остался под сильным впечатлением от просмотра, то решил найти еще фильмы с похожей тематикой о сильных людях закованных в свои «скафандры». И самым первым фильмом на который я наткнулся был «Море внутри».

Довольно непростой фильм повествующий о более непростой жизни Рамона Сампедро. Человек, который будучи парализованным около тридцати лет, два года боролся за право на добровольный уход из жизни. Человек, который жил мечтой о смерти. Но мечта на то и мечта чтобы быть заветным желанием, осуществление которого дарит человеку счастье. И как оно часто бывает, мы так и не можем воплотить свои мечты в жизнь. Согласитесь что мечты бывают разные, но чтобы у человека была мечта умереть это что-то новенькое! Причем в случае с Рамоном Сампедро это не просто мимолетные мысли о смерти, которые бывают у каждого человека, а действительно желание. Более того он даже развернул целую компанию, чтобы суд признал его право на добровольный уход из жизни и сделал ему инъекцию эвтаназии. Вот такие вот бывают у людей мечты.

Чисто с человеческой точки зрения, я наверно не буду осуждать право Рамона. Как ни как каждый сам решает что ему делать и как быть. Тем более перед тем как осуждать, нужно побыть в его шкуре и понимать причины толкнувшие его на этот шаг. А их нам не дано понять и не дай бог кому-то оказаться на его месте.

Вообще не понятно как относится к его желанию покончить с жизнью. Что же это? Слабый поступок или все же сильный? Рамон сдался и опустил руки, решив покончить жизнь самоубийством вместо того чтобы побороться за жизнь или все же он сильный человек? Ведь далеко не каждый решить добровольно расстаться с жизнью.

«Море внутри» весьма необычный фильм как и главный герой его фильма.

8 из 10

30 января 2015

Любимая по имени Смерть!

Скажу банальнейшие вещи, но в жизни практически каждого человека случаются моменты, когда он не хочет продолжать жить, как главный герой картины Алехандро Аменабара «Море внутри», Рамон (Хавьер Бардем). Но если у нас это скорее вспышки, продиктованные какими-то невзгодами, то у героя Бардема — это осознанное желание, выстраданное в течение чуть менее тридцати лет. И как его не понять, ведь он прикован к постели и зависим от других более четверти века ? Вообще фильм очень серьёзный и глубокий, в котором наличие религиозно-духовного аспекта не просто присутствует, а, что называется бьёт ключом, как гейзер! Мощная пища для ума и души. Как такое может не понравиться ?

Представьте себе на минуту, что вы молоды, а молодым и представлять нет надобности. Так вот, вы молоды, в самом соку и расцвете всех жизненных сил и энергий и бац, вы уже живой труп. Нет, говорить вы можете, можете слышать, видеть, но двигаться и справлять естественные физиологические потребности увы. Более того, радоваться близости с женщиной тоже весьма проблематично. И, как бы человек не был духовно богат, как бы кто, что ни говорил о полёте мысли и души, а, как сказал мой одноклассник, дай Бог памяти в далёком 1995 году, когда мы были в походе, что плоть требует и недвусмысленно предложил одной девушке уединиться. Да, плоть требует, ничего не попишешь. Рамон не просто потерял теоретические шансы встать на ноги, он утратил Надежду вкупе с Верой, а это гораздо больше. Случилась с ним эта трагедия и он ведь не через день подал прошение об эвтаназии. Годы, проведённые в постели, когда родственники ухаживают за ним, взяли своё и желание оформилось в чётко выраженную цель — не жить!

Но даже в самых непроходимых болотных местах, нет-нет, да и отыщется добрая тропка. Такими лучиками света стали для Рамона (Хавьер Бардем), две женщины, Роза и Хулия. Нет, вы только посмотрите на этого инвалида! Две красивейшие и очаровательные женщины влюбились в мужчину, который лежит себе на кроватке, улыбается, говорит и временами совершает полёт мысли в своих фантазиях. А ведь дамы и вправду прекрасны! Хулия (Белен Руэда) неотразима с точки зрения внешности. Мало того, что она адвокат, да немного прихрамывает, она ведь по-настоящему красивая женщина со светлыми волосами, правильными чертами лица и глубоким взглядом. А Роза напротив, брюнетка, не так эффектна, но сколько очарования в её обезоруживающей улыбке! И вот эти две женщины вытягивают с того света этого самого Рамона!

Где-то на тринадцатой минуте, в фильме звучит совершенно потрясающая мелодия, что даёт мне право говорить об этой картине, как о произведении искусства! А какие интересные придуманы диалоги ? Всё проработано грамотно и профессионально, при вложении души тех, кто создал это замечательное кино. Достаточно вспомнить сцену Розы и Рамона, в которой герой Хавьера Бардема подводит черту под своим физическим состоянием:

-Почему вы всё время улыбаетесь, Рамон ?

-Если у вас нет выбора и вы полностью зависите от других, вы приучаетесь страдать с улыбкой на губах.

Безусловно одной из сильнейших сцен для меня в этом фильме стал момент, когда главный герой прыгает в воду. Ух и пробрало, доложу я вам! Режиссёр ведь показал эту сцену не в начале, а умело подвёл к ней зрителя. Молодчик! А как вам фраза одной из героинь, что страх обладает огромной силой, он отбирает свободу выбора ? И ведь всё в этом фильме отточено и выточено! Возьмите к примеру родственников Рамона. Мануэлла (Мабель Ривера), готова исполнить волю брата мужа, но не потому, что ей надоело с ним возиться, а скорее потому, что она устала видеть страдание и боль в его глазах. Да и вообще к этому персонажу проникаешься с большой симпатией. А его брат ? Он ведь тоже прав по своему, когда не хочет, не желает всеми фибрами своей души, чтобы эта затея с прошением об эвтаназии была удовлетворена. Нашлось место и отцу, роль которого не так заметна и очевидна, но и она есть.

-Очень плохо, когда сын умирает раньше отца. Но ещё хуже, когда он сам этого хочет.

При всей драматичности ситуации, режиссёр не стал зацикливаться только на боли и страдании. Вы посмотрите, как раскуривают одну сигарету на двоих Рамон И Хулия! Это говорит о том, что романтические нотки в фильме определённо есть, если ещё и учесть те самые пресловутые полёты. А юмор ? Всё те же Рамон и Хулия. Она уже больше не может двигаться и вынуждена спать по соседству. Но когда рядом такая роскошная соседка, разве уснёшь ?

-Хулия! Ты не спишь?

-Нет.

-Я не могу заснуть!

-Почему ?

-Нога чешется. Зайди почеши.

Ух, какой фильм! По праву достоин не только Оскара, но и самых тёплых зрительских симпатий. Да, что там симпатий! Любви! Отменное кино. Высший класс и высший балл. В список любимых однозначно!!!

10 из 10

17 декабря 2014

СТОН ГОРЫ

Достигнув зрелости и сформировав собственный актерский стиль и моральные принципы, Хавьер Бардем обрел популярность у режиссеров по обе стороны Атлантики. Он снимался во многих хороших фильмах, но один из них особенный, и роль в нем у Хавьера — очень особенная.

«Море внутри» Алехандро Аменабара — потрясающая картина: она потрясает твое сознание, которое потом еще долго не может прийти в равновесие. Она выволакивает наше сознание из устоявшихся представлений и лишает нас тепленького уюта привычных стереотипов. Внутренняя дрожь от фильма — это не страх и не возмущение, это трудно передающееся словами осознание священных прав человека. Прежде всего, права на свободу — права не только жить, как ты хочешь, но и умереть когда, ты хочешь. Эвтаназия — плохое слово, жестокое, и его нельзя применять к титаническому герою Рамону Сампедро, ибо он просит не о милости, он заявляет о своем праве не жить обездвиженной жизнью.

Мы видим двух Рамонов — парализованного и улыбающегося, и сильного и не знающего слабости. И здесь не скажешь, который из них настоящий — потому что два образа переплетаются в сложном клубке жизненных трудностей героя. Второй Рамон — это человек, к которому обращается первый, когда отчаяние становится особенно невыносимым, тот, который прыгает с высокой скалы в синеву моря — моря внутри парализованного мужчины. В герое удивляет больше всего именно умение сохранить это внутреннее море — оно помогает ему улыбаться, воспитывать племянника, притягивать к себе новых друзей, оно заставляет молодых и красивых женщин влюбляться в него, а семью любить его так бескорыстно и так искренне, как умеют любить только в семье — они действительно и боятся его потерять.

В фильме «Море внутри» множество смыслов, и смотреть на него можно под различными углами — с каждой стороны он будет открываться зрителю по-разному. Это и острая социальная драма с неразрешимым вопросом: можно или нельзя? Это и психологическая драма, где каждый герой проходит эволюцию в своих взглядах и чувствах. Но для меня, это, прежде всего, человеческая история: о том, что и после тридцати лет полного паралича тела можно находить в себе силы смеяться над собой, о том, что для старого отца хуже смерти сына может быть только желание сына умереть, о том, что дети любят не за красоту или гибкость тела, а за умение общаться с ними, видя в них взрослых. Это история о безграничных возможностях сознания Рамона находить внутри себя море и все, что его окружает — небо, облака, скалы, пляжи. Это история о безграничных возможностях сердца Мануэлы любить брата своего мужа, почти как сына и считать право заботиться о нем не за тяжелую повинность, а за благо заботиться. Это история о жизни, которая побеждает смерть даже тогда, когда просит о ней: жизнь не может унижать себя только из страха прекратиться.

Алехандро Аменабар снимает сложное в эмоциональном плане кино, в котором нет места половинчатым чувствам, в его сценариях нет лишних слов, зато каждое бьет наотмашь, потрясая основы наших привычных представлений. Кроме того этот испанский режиссер чилийского происхождения сам пишет невероятные саундтреки к собственным картинам. Этими и другими кинематографическими средствами оно умеет накрутить зрителя до такой степени напряжения, которое вызывает у зрителя либо сильнейшую эмоциональную разрядку, либо внезапную переоценку многих ценностей. Несмотря на то, что Аменабар смотрится увлекательно и легко, это отнюдь не развлекательное кино, оно психологично настолько, что переживаемые события вовлекают в свой водоворот зрителя и становятся частью его личного эмоционального опыта.

3 ноября 2014

Право жить и право умереть

Мелодрама о выдающемся человеке, вселяющем в окружающих любовь, восхищение и уважение. Слабоватая картина, в ней недостает того, что заставляет рыдать в сочувствии к героям. Хотя актеры замечательные, и все выглядит естественно, но соли не хватает..

Харизматичный, умный, свободный внутренне лежачий инвалид с прекрасным чувством юмора, жизнелюбивый и влюбляющий в себя женщин мечтает только о том, чтобы умереть. Он не мучается от болей, он мучается от бесчувственности своего тела. Как-то не верится, что 26 лет ушло у него на эту мечту! Он достаточно целеустремлен, что удивительно, почему ждал так долго, чтобы в конце концов осуществить задуманное. С его талантами влиять на людей, убеждать их, любовью к ним, умением мыслить он смог бы стать полноценным общественным деятелем. Но в принципе внес свой вклад — выпустил книгу. Мог бы сделать больше, но его интересует лишь желание умереть. Но я не могу его сравнить с самураем, делающим себе харакири. Потому что насколько я знаю, харакири у самураев строго регламентировано, и они не могут его делать только лишь потому, что жить им не в радость и чувствуют себя бесполезными. Рамон уж точно не был и не мог чувствовать себя бесполезным. Он знал себе цену. Был весьма доволен собой. Но я не могу его осуждать, тем более что нежелание продолжать жить может посетить каждого, не только обездвиженного. В человеке действуют две противоположные силы — либидо и мортидо — стремление жить и стремление умереть, и каково будет соотношение в отдельно взятом человеке зависит от разных факторов, возможно, не в последнюю очередь от самовнушения.

Общество боится принять закон об эвтаназии, потому что не доверяет людям. Ни тем, кого это касается непосредственно, ни его близким и родственникам. Возможно беспечное принятие столь серьезного решения и возможны злоупотребления, убийства из корыстных побуждений под видом милосердной эвтаназии. Думаю, стоит продумать систему мер, предупреждающих все это. Например, неоднократное подтверждение решения в пользу эвтаназии и с перерывами на значимые временные сроки. Допустим, после первого заявления должны переждать полгода/год, и при этом чтобы обязательны были беседы с психологами, психотерапевтами, служителями церкви и т. п. После второго подтверждения должен пройти еще как минимум год, и если и в третий раз человек непоколебимо будет настаивать на принятии смертельной дозы, то после видео обреченного с его обоснованием, если оно будет убедительным, как оно прозвучало в фильме, то думаю, есть резон в том, чтобы не наказывать того, кто будет содействовать приближению смерти к этому несчастному. Но это не должно считаться достойной смертью.

Достойным можно считать добровольный уход из жизни йогов, так как они делают это с помощью специальных техник будучи на уровне безусловного, безграничного владения своим телом. И они могут по своей воле остановить дыхание, а то и вызвать самовозгорание. Согласитесь разница есть в том, как уйти из жизни.

О самоубийствах еще следует сказать следующее: есть явные самоубийства и быстрые, а есть бессознательные, тайные, растянутые по времени, и кто знает, возможно, добрая половина человечества занято именно неявными видами самоубийства. Тот же самый алкоголизм.. Но не только он!

Возвращаясь к фильму и его славному при всех его тяжких обстоятельствах герою. Думаю, его проблема в том, что он не встретил, на самом деле, человека своего уровня, который мог бы на равных ему оппонировать. Жалкая попытка вразумить церковника, недостаточный запал благочестивого и убежденного брата-фермера, простого работяги и также любовь простой, замечательной Розы, не заражающая чувствами. Еще мы увидели взаимную симпатию с коллегой по несчастью Хулией, но также все не о чем, тем более, что та вообще ушла на попятную, как персонаж, обозначенный вначале как значимый, один из главных, в итоге смазался в ничто. Конечно, и в жизни так бывает, что люди с их благими намерениями уходят в сторону, теряются на периферии, но речь как раз о том, что Рамону не повезло. Не нашлось ни сильной женщины, способной вдохновить и идти до конца в его сюжетной линии, ни умного друга, способного зацепить какими-либо соображениями о жизни, удержать его, подарить новый смысл. Роза смирилась и уступила его идее, ее тоже можно понять. Она молодец. Если человек чего-то сильно добивается, нужно позволить ему получить это, даже если ты в корне против такого исхода. Не нашлось силы, способной противостоять мортидо главного героя фильма. Зато были пособники и единомышленники. Хоть в этом повезло.

Еще раз повторюсь: несмотря на добротную игру актеров, создавших убедительных, живых персонажей, фильм в целом получился бесцветный и пустой, не оправдывает заявленного названия. Да, показаны грезы и фантазии героя, как-то показана внутренняя его жизнь (зритель задается же вопросом, а что внутри человека, изо дня в день твердящем о собственной смерти), но для искушенного зрителя нужно нечто больше, чтобы поверить, что ему, действительно, можно умереть. Он действительно заслужил это право. Нет, я в это верю, но с трудом. Исключительно из своего личного опыта могу согласиться с ним, но не потому, что режиссер убедил меня в этом.

17 октября 2014

Вы слишком много на себя берете

Тело — тюремная клетка (с)

Что значит симпатия, которую ты испытываешь к тому или иному? Как ты можешь при этом исключать тело? Разве человек, из которого ты вычтешь тело, все еще человек? (с) Милан Кундера «Бессмертие»

Тема людей, чья жизнь обречена, очень популярна в кинематографе — «Человек дождя», «Достучаться до небес», «1 + 1». Прочитав аннотацию на фильм, я ожидала очередную «душещипательную» историю, но лента подкупила своей искренностью и небанальностью. В отличие от главного героя «1 + 1», Рамон не миллионер, у него нет обслуживающего персонала, личного врача, возможности путешествовать, и большинство времени он слушает любимые пластинки, смотрит в окно или пишет стихи, держа ручку в зубах. Спуститься со второго этажа и совершить прогулку по городу на коляске он соглашается пару раз в год, и до чего же искреннее у него удивление, когда он за столько лет едет в другой город, видит машины, людей, дорогу. Сразу сам начинаешь ценить это большое счастье — жить и созерцать. При чем режиссер подводит к этому с помощью такой простой зарисовки, которая стОит десяти пафосных сцен.

Вообще весь фильм прост, откровенен — и это подкупает. Обычный моряк из маленького городка с большими надеждами, обычная семья с фермерскими проблемами, но каждый характер детально прописан, в ленте нет пустых фигур. Центральный персонаж — Рамон — в первую очередь личность, яркий, интересный мужчина, которого судьба ограничила в клетке собственного тела. Но тем не менее он притягивает — своей харизмой, силой воли, умением говорить прямо нелицеприятные истины, своим своеобразным черным чувством юмора («Я схожу тут пока кофе сварю»). Он не хочет вызывать жалость, поэтому старается все свои эмоции и страдания заменить улыбкой.

Фильм учит нас смотреть по-другому на такие вещи, как добро, зло, совесть, честь, достоинство. Когда ты прикован к постели, трудно чувствовать себя человеком, но у Рамона это получается — даже в таком состоянии к нему приходят друзья, в него влюбляются девушки, а племяшка-обалдуй видит в нем не груз семьи, а классного дядю, с которым можно глянуть футбол и поговорить о жизни.

Умереть Рамон тоже хочет с достоинством, но общество слишком эгоистично, оно не готово принять другую точку зрения, сколько бы адвокат не повторял фразу о жизни в светском государстве, предрассудки глубоко въелись в головы людей. Фильм — крик о том, почему право на смерть не может считаться столь же священным для каждого человека, как и право на жизнь?

Существует много кинофильмов про розовые няшности и неземные страсти между представителями разных полов, но «Море внутри», подобно книге Хемингуэя «Иметь и не иметь», одна из немногих, в которой поднимается вопрос ИСТИННОЙ любви. Роза уговаривает Рамона жить ради нее и ее любви, но мужчина объясняет ей, что, если бы она любила по-настоящему, то помогла бы ему умереть, Хулия не понимает, почему Рамон отказался от любви девушки, с которой встречался до трагедии, почему не женился на ней, брат Рамона втайне ненавидит его, считает, что он и его семья стали рабами паралитика, но желание Рамона избавить их от этого рабства он воспринимает как предательство и неблагодарность. Каждый из этих случаев — лакмусовая бумажка, чтобы отличить любовь от подделки, истинная любовь — не порыв, как выразилась Роза, настоящая любовь исполняет не свои желания, а желания любимого. Кто более гуманист — Рамон, который хочет уйти из жизни, чтобы не быть обузой близким людям, или парализованный священник, за которым ухаживает масса молодых послушников, которые могли бы помогать другим, священник, который вместо помощи, приносит осуждение и ненависть, не понимая, что волна пустословия разобьется о твердую скалу жизни, а благими намерениями выстелена дорога в ад. Чья любовь к людям более настоящая?

Рамон бьет не в бровь, а в глаз, когда общается с родственниками, друзьями, любимыми, его речь всегда рациональна, а стихи — пронзительны. Но главное — он по-житейскому мудрый и добрый, он выслушивает надоедливую Розу, он учит Хавьера любить и ценить своего дедушку, в его лице читается искренняя благодарность невестке. Во что влюбилась Хулия и Роза — в отражение своей собственной беды, в доброту Рамона или в его харизму и проницательность? Этого мы никогда не узнаем, как и то, почему Хулия не приехала — но ведь решение умереть очень личное для каждого человека, его нельзя перекладывать на других. Рамон не обманывает никого, не манипулирует ничьими чувствами — и даже Розе он говорит просто «спасибо». Такое громадное «спасибо» хочу сказать и я режиссеру за фильм, который заставляет чувствовать и думать.

10 из 10

14 августа 2014

Мы боремся за свободу. За право на жизнь. И на смерть

Как вы относитесь к эвтаназии? Считаете ли вы людей, годами ждущих решения суда на добровольную смерть, психически слабыми? Если вы человек религиозный или верующий, то можете апеллировать весьма абстрактным доводом, что жить и умирать определяет бог. В 21 веке вопрос эвтаназии стал одним из важнейших вопросов нашего общества. Люди продолжают спорить «нормально это или нет?», хотя вроде уже понятно, что эвтаназия не найдет широкой поддержки даже в Европе. Есть у меня такой любимый британский писатель, едкий сатирик-фантаст, по имени Терри Пратчетт. Его постигла страшная болезнь, которая грозила полностью обнулить его личность, до чего Пратчетт докатиться не пожелал (и правильно!). Он выбрал эвтаназию, подписав договор с клиникой в Швеции. Эвтаназию поддержал не только Пратчетт, но и многие видные писатели, журналисты, деятели искусства, общественные деятели, не говоря уже о тех лицах, которые в силу своего здоровья хотят прекратить «овощное» существование на обочине жизни.

Рамон Сампедро (исполняет удивительный Хавьер Бардем) — бывший моряк. В молодости он много путешествовал, познавал, любил — короче наслаждался жизнью. Особое место в его сердце отведено морю, где Рамона и постигла трагедия, но которое [море] он продолжает любить и представлять его образ, чтобы расслабиться. Не смотря на отсутствие реакции от шеи и ниже, испытывая отвращение к своему почти немощному состоянию, Рамон как-то трепетно относится к жизни («Я не осуждаю тех, кто выбирает жизнь»). Он любит свою семью, пытается помочь другим людям, заводит друзей, воспитывает племянника, слушает радио и классическую музыку, пишет стихи, умудряется шутить, бунтовать, изобретать и даже влюбиться в своего адвоката Хулию. При этом Рамон тверд в своем решении на эвтаназию. Что такое метр для здорового человека? Метр — это почти два шага, и можно прикоснуться к любимому человеку, можно пожать руку другу, выйти за пределы дома… Для здорового человека метр — сущие пустяки! Однако для Рамона в его состоянии, длящемся 26 лет, метр — это то, что стало иллюзией, как и сама его собственная жизнь без свободы передвижения. Мы все хотим лучшего для себя, только это «лучшее» зависит от обстоятельств.

Для Хулии выиграть судебное дело об эвтаназии столь же важно, как и для самого Рамона. «Это не просто очередное дело, — говорит она. — Поверьте, я понимаю Рамона». Смерть всегда с нами и никуда не исчезнет. Она является частью нашей жизни. Люди умирали, умирают и все мы вообще-то когда-нибудь умрем. Должна ли смерть нас пугать? разве не осознание смертности в какой-то степени делает нашу жизнь краше, заставляя нас с девизом «жизнь дается один раз!» идти на сумасшедшие яркие поступки. Почему людей пугает смерть, но не пугает неполноценность жизни в силу каких-то стереотипов, культурно-общественных кодов, утверждающих, что Х не может делать шаг У? Страх перед эвтаназией — это страх перед забвением, что смерть в ее глобальном масштабе перестанет рассматриваться как трагедия человечества, а будет уже чем-то обычным, вызывающим равнодушие нежели горечь утраты.

Отдельно от настроения эвтаназии хотелось бы выделить семью Рамона, чудаковатую Розу и преданную своему делу Жене, которые противопоставляются парализованному священнику и бюрократической судебной системе. Эти близкие Рамону люди возможно и не поддерживают эвтаназию, но они любят и поддерживают Рамона как могут. Во многом благодаря им фильм получился теплым, насыщенным, искренним.

Итог: Интеллектуальная картина. Рассказана без эксплуатационных целей сделать имя на щекотливой теме. Раскрывает душу Рамона и его «маленького королевства». Не пропаганда самоубийства, но призывает задуматься.

Присутствуют: Виды с параплана, литературная критика, авантюра, рождественский подарок.

Отсутствуют: супружеские измены, инопланетяне, бизнесмены, психоаналитики.

9 из 10

21 июля 2014

Личное дело каждого

Фильм поднимает очень животрепещущий вопрос для современного человека, и, я уверена, вызывает совершенно разную реакцию у зрителей. Сюжет основан на реальных событиях, что ещё сильнее тянет к экрану, ведь так интересно заглянуть за завесу чужой судьбы, узнать, а как бывает иначе.

Рамона Сампедро потрясающе сыграл Хавьер Бардем, которого в гриме я и не сразу узнала. Вжиться в роль парализованного человека не так-то просто, ведь надо максимально контролировать своё тело в кадре, ни одного лишнего движения не должно быть.

В фильме показаны несколько месяцев жизни Рамона, при чём упор делается не на его инвалидность и связанные с этим проблемы с уходом за собой и личной гигиеной, а на общение с двумя ставшими ему близкими женщинами, Хулией и Розой. Их отношения развиваются по-разному, но и в том, и в другом случае мы видим любовь в разных её проявлениях, и, наблюдая это, особенно ярким противоречием кажется отношение некоторых членов семьи к обездвиженному родственнику. С одной стороны, они заботятся о нём, уделяют немало свободного времени на его нужды, с другой стороны, непонятно, как можно оставаться такими глухими к истинным желаниям человека, думая, будто физические показатели важнее душевных переживаний.

Алехандро Аменабар снял замечательную картину, которая хоть и цепляет за живое, заставляет задуматься, но не выглядит нравоучением, не учит жизни, а только подталкивает к размышлениям. Хотелось бы видеть больше таких независимых работ.

В целом, могу сказать, что на меня фильм произвёл большое впечатление. Ну кто мы такие, чтобы оценивать поступки других людей? Ведь, в конце концов, совершенно верно подмечено, что жизнь — это право, а не обязанность.

8 из 10

30 июня 2014

Завтра будет дождь.

К черту мораль, к черту разговоры о правомочности эвтаназии. Это один из самых красивых фильмов о смерти. О том последнем отрезке дистанции, когда жить особенно хочется. Даже если жить невыносимо.

Сказать, что фильм «атмосферен» — значит ничего не сказать. Потому что он настолько погружает нас в историю от первого лица, что начинаешь буквально кожей чувствовать то, что должен бы в этих обстоятельствах чувствовать герой фильма и что, возможно, придется когда-нибудь почувствовать всем нам: страх перед кардинальной сменой обстоятельств. Никакое мужество, никакая бравада не в силах заглушить этот самый естественный на земле страх. Даже если методично идешь к своей цели, даже если безумно устал, даже если цель выстрадана. Бравада и методичность — хорошие попутчики, но они не идут с нами до конца, они остаются по эту сторону границы между бытием и небытием. А в самом финале, находясь в совершенном одиночестве безо всяких попутчиков, человек должен осознавать, что многое будет утеряно навсегда. Вот стоит рядом беременная женщина, во чреве которой неотвратимо, бешено развивается новая жизнь, продираясь сквозь все препятствия.

Вот племянник по-детски, наивно ругает надоевшего деда — «Да кому он нужен!» — не имея еще никакого представления о ценности жизни. Не будет там ни бриза с моря, ни самого моря, даже того самого моря, которое внутри, которое и есть самый главный предмет боли. Ничего этого больше не будет. Смотришь на все это, слушаешь, как старый отец в который раз произносит фразу «Завтра будет дождь», и приходит осознание того, что есть в этой жизни что-то святое, при всей ее грязи. Жизнь права одним только фактом своего существования. В отличие от смерти, которая здесь чужеродна… Здесь царствует жизнь, царствует, как умеет…

9 июня 2014

«Стоит ли мне тратить время? Я же знаю, они меня не услышат»

Жить — обязанность или право? Вера — догма или выбор? И что лучше, умереть живым или влачить безнадежное существование?

Фильм основан на реальных событиях. Рамон Сампедро 30 лет боролся за то, чтобы быть услышанным, подарив миру собрание текстов «Письма из ада», в которых без всяких метафор изложено о жизни человеческого духа в тюрьме тела [Вот вы сидите в метре от меня. Всего в метре… Что такое метр для каждого человека? Сущие пустяки. Но я не могу приблизиться к вам. Это непреодолимое расстояние для меня. Иллюзия. Фантастика]. Я бы описала суть фильма в трех словах подобно девизу Греции: «Свобода или смерть», при этом свобода личности должна охватывать два измерения: как физическое, так и духовное [Жизнь без свободы это не жизнь].

Из личного опыта могу сказать, что я тоже была одной из тех, кто на круглых столах юридического факультета при обсуждении эвтаназии был убежден, что жизнь — благо в любой ситуации и что если есть 0,001% шанса (а медики пишут толстые томники случаев, которые невозможно объяснить, эти тома пылятся на полках библиотек, рядом с книгами о духовности и смысле жизни), то его надо использовать [- Вот я и приехала. Чтобы убедить вас жить дальше. Чтобы объяснить вам, что жизнь… — Что жизнь?]. Но хладнокровное рассуждение и конкретная, а тем более моя [При чем здесь паралитики? Я говорю о себе. О Рамоне Сампедро], экзистенциальная ситуация — это далеко не одно и то же. Это прямо по Ремарку: «Первый же артиллерийский обстрел раскрыл перед нами наше заблуждение, и под этим огнем рухнуло то мировоззрение, которое они нам прививали. Они все еще писали статьи и произносили речи, а мы уже видели лазареты и умирающих; […] но теперь мы кое-что поняли, мы словно вдруг прозрели. И мы увидели, что от их мира ничего не осталось» [Я не знаю кто из вас прав… Я не знаю есть ли правда в ваших словах… Но я точно знаю одно — вы слишком много на себя берете].

[Это моя жизнь и я сам выбираю во что мне верить] «Имей мужество пользоваться собственным разумом» Канта тут приобретает особенную актуальность. Жизнь — дар и благо, но и то, и другое, — мое, моя личность не должна становиться рабом религиозных и метафизических представлений, а свободно им верить, мое тело не должно быть собственностью других людей, и, в конце концов, мой потенциал не 30-летнее принуждение, а лишь то, что я хочу дарить миру [Наверное для них непостижимы мои душевные муки. Но может быть кто-то из них осознает что для такой жизни нет оправдания.] Право на жизнь должно включать право на смерть.

Стоит отметить игру Хавьера Бардема. По моему мнению, Хавьер Бардем один из наиболее гениальных актеров современного кино. Я видела его в разных ролях, при этом каждая кажется написанной для него, он настолько другой, что иногда тяжело подвести эти воплощенные образы под единство одной личности. В этом фильме в его распоряжении были только мышцы лица и шеи, это принято считать одной из самых сложных для исполнения ролей, за что и номинации на различные кинопремии. Человек, который одними глазами способен показать обреченность и вековое страдание.

[Тот, кто любит меня, поможет мне умереть. Это и есть любовь. Это и есть любовь.]

Дальше в море, дальше в море,

И в невесомости глубины,

Где мечты становятся явью,

Соединяются две воли,

Исполняя одно желание [Рамон Сампедро. Письма из ада].

28 октября 2013

Море внутри

Конечно современному просвещенному во всех вопросах человеку однозначно должна быть понятна мотивация главного героя — Рамона Сампедро, решившего бороться за право добровольного ухода из жизни. На первый взгляд, его мотивы ясны и обусловлены тяжелой болезнью. Однако все ли так просто и однозначно?

Конечно, Алехандро Аменабар прав, что не старается «подвести» зрителя к осознанию правоты или ошибочности действий героя. Он просто озвучивает тему эвтаназии, удивляя зрителя трогательностью сюжета.

При этом, сразу же возникает одно противоречие. Сампедро же не один такой, прикованный к постели инвалид. Подобных историй даже не сотни — тысячи. Возможно и интересно было бы поразмышлять, почему именно Сампедро решился на борьбу. Но фильм Аменабара совсем о другом. Это мастерски сделанная, навязчивая ностальгия по вкусу жизни. В сущности, фантазии героя, представляющего путешествия по природе суть не что иное, как предвосхищение «Аватара» Джеймса Кэмерона. Причем, многие визуальные решения Кэмерона приходятся в полном соответствии с более ранней работой чилийца.

Несмотря на актуальную тематику, это кино осталось бы сравнительно незамеченным, если бы не феноменальная игра Хавьера Бардема. Технически он конечно развил те полутона, которые уже продемонстрировал в роли Рейнальдо Аренаса. Однако, для массового зрителя его исполнение стало откровением — улыбчивая жизнерадостность самоубийцы потрясла многих.

Я бы выделил еще и актерскую работу Белен Руэды — уже немолодой актрисы, которая ранее работала преимущественно на телевидении. Аменабар рискнул и выиграл доверив ей ключевую женскую роль. Совсем не случайно эта актриса буквально за несколько лет снялась в большом количестве серьезных и успешных фильмов.

Так или иначе, картина вполне может рассматриваться как дополнительный довод при лоббировании инициатив по эвтаназии (хотя, режиссер совсем не фиксирует юридическую подоплеку). А к любого рода пропаганде я традиционно отношусь плохо. Да и поступки героя, возможно не самые идеальные. Так что, остается лишь засвидетельствовать свой респект в адрес Бардема и Руэды, а также некоторых режиссерских ходов (визуальные решения фантазий героя). Однако, сама концовка показалась мне более чем сомнительной, и я не могу поставить ленте выше

5 из 10

15 октября 2013

А в душе я…

«Море внутри» — безупречно рассказанная история о человеке, который хотел свободы воли. Фильм расцветает в моменты визуального воплощения полетов во сне, флешбека в тот злополучный день и от других режиссерский решений. Сложно обвинить Аменамбара в фальши, его фильм грустный, трагичный, мрачный, но ироничный, как сама жизнь.

Море вокруг. Десять секунд до прыжка. Ты оглядываешься на красивую девушку. Семь секунд. Блики солнца играют на волнах. Непреодолимое желание растворится в воде, становится невыносимым. Пять секунд. Любуешься своей тенью на камнях. Почему ты решил прыгнуть? Словно почувствовал, что ждать больше нельзя. Две секунды. Ты падаешь в бездну, в точку невозврата. Впереди не светлое будущее с женой, детьми, тихой старостью на крыльце своего дома. Впереди тридцать невыносимых лет. Больно. Вода заполняет легкие, скоро все прекратится, будет легче. Но что-то тянет наверх, к жизни. Значит не судьба, значит не сейчас.

По-твоему это жалкое существование. Ты слышишь море, представляешь его, но не можешь почувствовать. Ты хотел бы ходить, но лежишь в комнате, которую давно возненавидел. Только во сне вырываясь из распорядка дня, можно воспарить над землей и пронестись до столь желанной морской глади, где началась твоя взрослая жизнь, матросом отправившись смотреть мир. Закрыв глаза, ты пересматриваешь частично засвеченную кинопленку своего прошлого, что-то забылось, но счастье и радость каждый раз возвращаются. Тогда ты жил полной жизнью, а многие нет.

Невозможность управлять собой угнетает, хочется кричать, но какой в этом толк? Да периодически ты выполняешь роль психолога, говоришь с родственниками, друзьями, пытаешься направить их на правильный путь, помогаешь словом. Они не хотят, что бы ты умирал, но радости еще двадцать лет такой жизни не принесут. Может быть там свобода? Усталость берет верх. Никто не знает что после смерти, но кажется, это единственный выход.

Самоубийц не судят, но в твоем случае можно только отравиться. Ты хочешь сделать это законно, другого выхода нет, иначе пострадают близкие, но добиться эвтаназии не получается. Суд не хочет брать ответственность, церковь посылает такого же паралитика как ты поговорить о самом страшном грехе. Да, выезжая на кресле-каталке в последний раз понимаешь, что жизнь прекрасна, но уж точно не для тебя. Все же ты исполняешь свой план, боль снова пронзает нутро, дышать становится трудно. Удовлетворение. Тьма внутри.

29 августа 2013

Приговоренный к жизни бежал

Ты был молод. Ты обожал море. Ты путешествовал по миру. Но однажды нырнув в прибой счастливым человеком, ты очнулся живым трупом. Теплые галисийские воды в один момент поглотили все твои мечты. Теперь ты можешь целыми днями слушать Вагнера, сочинять стихи и воскрешать в памяти объятия златовласой возлюбленной. Но это неважно, отныне в твоей жизни лишь одна желанная синьора, и имя ее Смерть. Нет, это не синопсис спекулятивного романа, а реальная история Рамона Сампедро, первого испанца, который официально просил разрешения на эвтаназию. Двадцать восемь лет парализованный ниже шеи мужчина провел в полной зависимости от ближайших родственников и без малейшей возможности повлиять на свою судьбу.

Четвертый фильм успешного испанско-чилийского режиссера Алехандро Аменабара далеко вышел за узкие жанровые рамки биографической драмы, приобретя черты остросоциальной ленты. Ведь проблема допустимости или недопустимости добровольного ухода из жизни по причине тяжкой болезни отнюдь не нова. Например, в античном мире с ней справлялись на государственном уровне, а право человека на избавление от мучений в свое время отстаивали Сократ, Платон, Сенека, Фрэнсис Бэкон, Мишель Монтень и Томас Мор, описавший механизм эвтаназии в своей «Утопии». Именно так ушел из жизни Зигмунд Фрейд после тщетных попыток лечения рака, именно так сейчас мечтает проститься с миром Терри Пратчетт. Но самым яростным противником «легкой смерти» всегда была церковь, хотя свои аргументы находились и у многих видных мыслителей.

Аменабар далеко не первый, кто поднял эту тему в кино. В том или ином виде она частично затрагивалась в классических картинах («Пролетая над гнездом кукушки», «Джонни взял ружье», «Легенда о Нараяме»), некоторых художественно менее удачных лентах и злободневных телефильмах. Но «Море внутри» появилось в момент, когда западный мир уже морально созрел к решению одной из главных этических и правовых проблем современности, а режиссер, кажется, уловил дух времени. Да, на момент выхода картины эвтаназия была разрешена лишь в некоторых особо либеральных странах (Нидерланды, Бельгия, Швейцария), но остальной мир уже активно включился в дискуссию. За последовавшие после премьеры годы в мире было немало судебных прецедентов, список стран, в той или иной форме легализировавших эвтаназию, расширился, а национальные уголовные кодексы демонстрируют явную тенденцию к смягчению суровости наказаний за т. н. убийство из жалости или помощи в самоубийстве.

В самой же Испании, где история Рамона Сампедро на слуху, неразвлекательная лента неожиданно стала хитом (второе место в годовом прокате, что превзошло результаты очередных серий «Гарри Поттера» и «Человека-паука»), вызвав новый виток дискуссий и подтвердив ее актуальность. В свое время подобный резонанс в католической Польше вызвал «Короткий фильм об убийстве» Кшиштофа Кесьлевского, выход которого предвосхитил мораторий и последующую отмену смертной казни. Премьера «Моря внутри» поспособствовала тому, что спустя семь лет в Испании таки состоялась первая официальная эвтаназия. Казалось бы, один режиссер добивался права на жизнь, а другой — права на смерть, но каждый исходил из позиций гуманизма.

Снимая на столь сложную тему, неопытному или слабому постановщику очень легко скатиться в крайности и спекуляции. Например, искусственно манипулировать зрительскими эмоциями или удариться в проповедничество. Из фильмов про смертельно больных или физически/умственно неполноценных легко составить внушительную энциклопедию штампов и клише. Аменабар вряд ли сознательно ставил себе задачу избежать избитых приемов, ему для этого достаточно чувства меры и режиссерского таланта. Например, в моменте с воспоминаниями о прошлой жизни он просто дает нарезку старых, слегка пожелтевших фотографий, которые перебиваются кадрами подводной съемки Хавьера Агирресаробе. Этот талантливый оператор прекрасно чувствует себя в камерной обстановке, удачно используя игру света и тени, крупные планы и выхватывая любопытные детали из интерьера. Но настоящая свобода чувствуется в те редкие моменты, когда камера вырывается наружу и под отголоски оперы или кельтских мотивов устремляется сквозь горные пейзажи Галисии к морю, которое для Рамона символ рождения и смерти одновременно.

Аменабар занял взвешенную, но принципиальную позицию: с одной стороны, он сочувствует своему герою, но, с другой, не спешит сводить аргументы противников эвтаназии к карикатуре. Каждая точка зрения представлена убедительно, но настоящая драма происходит как раз не в судебном зале, а в обычном крестьянском доме, где далеко не все готовы принять решение Рамона умереть. Ведь если церковь и государство лицемерны (инквизиция сжигала на кострах инакомыслящих, а Испания запретила смертную казнь лишь в 1978-ом), то брат, отказавшийся от мечты во имя больного, добрая невестка, ежедневно кормившая его с ложечки, простодушный племянник, которого всегда можно было свистом позвать на помощь, и постоянно молчащий о чем-то своем старик-отец как никто другой знают истинную цену любви и милосердию.

Нельзя сказать, что режиссер отстраняется от своего героя, но он явно не стремится подретушировать его портрет. Рамон Сампедро мог нагрубить женщине, прикрикнуть, отпустить острую шуточку и быть просто подозрительным галисийским засранцем. Но он же писал стихи, по-отечески опекал племянника и одной лишь грустной улыбкой кружил голову женщинам. Ближе к исходу первого часа режиссер неожиданно вплетает в ткань фильма любовную историю, которая отнюдь не кажется заигрыванием с широким зрителем, а глубже раскрывает неоднозначную суть добровольной смерти и недостойной жизни. Шампанское в бокалах рифмуется с цианистым калием в стакане, поцелуй в лоб с крепко сжатой рукой, а мысли из небытия — с невыносимой пустотой отрешенного взгляда. Любовь, увы, не спасет мир, красота увянет, Ромео умрет без Джульетты, но запах волос любимой и выкуренная из ее рук сигарета придадут смысл жизни даже в аду. Если тот, конечно, существует.

29 августа 2013

Глазами Будды

Вы неуверенно пытаетесь заглянуть в окна чужого дома. Совсем недавно оттуда доносился теплый приятный голос, рассказывающий о чарующем (а другой эпитет тут сложно подобрать) море. Но занавески задергиваются, а навстречу вам проносится странная взбалмошная женщина. И вот вы уже вместе с этой женщиной уноситесь в серую сырую мглу, такую далекую от иллюзорного домашнего уюта. Это всего лишь пролог, дающий резкий контраст, призванный подготовить вас к разыгрываемой драме. Драме, в которой жажда жизни и смерти переплетутся в странном танце, моральные принципы пошатнутся, а вера в справедливость примет все оттенки от божественно-ясного до по человечески мутного. Вы готовы войти в этот дом, ставший убежищем для человека с улыбкой Будды?

Вы знаете, с чего начинаются личные трагедии? Море сыграло чудовищную шутку с Рамоном Сампедро. Подарив на пару лет крылья ничем не скованной свободы, оно с беззвучной усмешкой сломало их о сбегающую приливную волну, навсегда приковав человека к инвалидному креслу. Время не остановилось, свет не померк, а море, повинуясь избитой ницшеанской истине, только сделало Рамона сильнее. Запертый в четырех стенами дух воспарил над телесной оболочкой в попытке понять значение жизни. И глядя в эти улыбающиеся глаза, последнее, о чем вы можете подумать, будет смерть. А ведь смерть стала главной целью искалеченного мужчины. Не пропитанное страхом, затянувшееся ожидание неминуемого конца, но достойная встреча последних минут. И эта цель стала идеальным поводом для начала борьбы. Борьбы с моралью, государством, чувствами близких, и, конечно же, с самим собой.

Вы можете точно определить, сколько эгоизма в простом желании разом прекратить свои мучения? Что это — слабость и трусость или наоборот героический шаг к расстановке всех точек над «i» единым взмахом? Попытка постичь все значения страшного слова «эвтаназия», оборачивается игрой в демагогию. Слишком много сиюминутных переменных, которые нельзя принять за истины даже в хорошем приближении. Человек принадлежит государству, семье, Богу, себе, никому. Но только не Рамон Сампедро. Его обездвиженное тело давно превратилось в нечто большее. Для общества «За достойную смерть» — это знамя, прижизненный мученик, покупающий своими страданиями потомкам право распоряжаться своей жизнью. Для священников — заблудшая овца, которую во что бы то ни стало нужно показательно вернуть в приветливое русло религиозной морали. Для родных и близких — ширма, набор ритуалов, за которыми можно прекрасно спрятаться от тех бурь, что бушуют снаружи и внутри семейства. Для случайных и не совсем случайных прохожих — мудрец, дарующий понимание ценности жизни.

Вы чувствуете душу, что томится в этой обезображенной плоти. Она до последнего вздоха будет принадлежать мужчине. И что бы ни говорили доктора, какие бы условия ни ставил недуг, женщина всегда вернет мужчине веру. Одна вдохновила Рамона на бой с системой, другая — помогла ему дописать книгу, третья — выполнила желание, одолевающее Сампедро последние тридцать лет. Почти библейские образы. Мать, любовница, раскаявшаяся блудница, избавительница. Наполненные ощущением собственной значимости, каждая из них пытается вдохнуть в жизнь Рамона смысл, показать, что небытие страшнее страданий. И лишь одной, той, что обрела рядом с ним настоящую любовь, было уготовано пройти до конца. Она для него стала ангелом смерти, и ее невинный поцелуй в лоб, это прощание, лишенное слов, заставило колотиться сердце поэта-моряка так бешено.

Вы вправе замкнуться в своем собственном мнении. Вы можете откинуть книгу «Письма из ада», наполненную стихами и чувствами Рамона Сампедро. Вы в состоянии закрыть глаза и уши и пропустить мимо себя почти документальное «Море внутри». Но не это ли называется смертью? Безучастие к страданиям других. Нужно обладать известной долей черствости, чтобы оттолкнуть руку, протянутую с мольбою о помощи. Вот перед вами человек, чья жизнь превратилась в бледное существование. Но даже в таком виде он смог подарить множество жизней другим людям. Наполняя их светом, любовью и желанием бороться. Мечтая о смерти, он пробуждал силы в других. Вдохновенный борец, сумевший пережить пустоту в себе, наполнив ее морем, а значит победить саму смерть.

29 августа 2013

О море / Amore

Когда простор перед тобой

Такой певучий, голубой -

Не страшно быть самим собой.

Жвалы ненасытного времени неутомимо перемалывают жизни. Прошлое и настоящее сотен тысяч людей бессмысленно перемешивается в пасти этого молоха, он съедает каждого — ребёнка и взрослого, праведника и грешника, труса и смельчака, больного и здорового. Их всех объединяет одно — отсутствие будущего. Существование закончилось, конечная остановка, дальше дороги нет. Но есть слишком упрямые, слишком сильные духом, слишком твёрдые характером, таких невозможно сломать и сломить. Их участь страшнее — они барахтаются в слюне времени, лишённые возможности двигаться и сопротивляться, полностью осознавая страшную неотвратимость незавидного грядущего, в то время, как омерзительное насекомое по крупицам высасывает из них живительные соки: желания, стремления, чувства. Испанский моряк Рамон Сампедро оказался одним из немногих, сумевших вырваться из этих цепких объятий. Два года ни на секунду не прекращающейся борьбы — что это по сравнению с неизвестностью, превращающей тягучую паутину дней в пустую бесконечность.

Пустую?

Ведь ты живёшь. Ты молод, у тебя красивое сильное тело, ветер в голове, тобою властвует неутолимая жажда перемен. Ты хочешь объять необъятное и совершить невозможное, облететь весь мир и впитать в себя каждую его частичку. У тебя всё получается, а лёгкое безрассудство кажется не недостатком, а только придаёт тебе шарма. Оно тебя и подводит. Один мимолётный взгляд, одно неверное движение — и всё становится иначе. Морской простор сменяет вечное четырехстенье комнаты. Больше не будет свежего бриза, дующего прямо в лицо, прозрачных волн, ласкающих тело. Ты никогда не упадёшь на землю, споткнувшись о случайно попавшийся на дороге камень, не стукнешь в гневе кулаком по столу, не обнимешь любимую женщину. Ты перестал быть хозяином своего тела, и полностью подчиняешься другим. Любящие руки перевернут тебя на другой бок, чтобы не образовывались пролежни, подстригут ногти, побреют, накормят с ложечки, сменят подгузник. Дверь в твою комнату теперь всегда будет открыта и даже оставшись один, ты всегда будешь чувствовать чьё-то незримое присутствие, напряженное прислушивание к тому, что творится в твоем аквариуме. Он звал? Или нам показалось? Может, стоит сходить и проверить? Рамон, тебе ничего не нужно? Их искреннее участие порой даже хуже равнодушия, ведь никто не силах подарить тебе то, что действительно необходимо.

Но ты улыбаешься. Несмотря на отсутствие свободы внешней, никто не в силах отнять у тебя свободу внутреннюю. Твоё море всегда с тобой, стоит лишь закрыть глаза. Неслучайно в некоторых языках слова «мечта» и «сон» звучат одинаково — иногда ты и сам слабо можешь отличить одно от другого. Но кое-что всегда неизменно — в своих фантазиях ты такой же, как прежде, и даже способен сделать то, чего не в состоянии добиться наяву. Ты можешь раскинуть руки, взлететь, и мир станет таким же безграничным, каким он был когда-то, а голубой будет не только цветом твоего свитера или обшивки стен, а бездонного водного простора, и бескрайнего навеса небес. Однако даже пробудившись, ты не перестаёшь улыбаться. Смерть стоит того, чтобы жить, а любовь стоит того, чтобы ждать — но для тебя слова в этом высказывании стоят в ином порядке. Прибытие на конечную остановку стало не пугающим своей неизвестностью далёким будущим, а логичным окончанием пути, радующим своим скорым свершением. Теперь у тебя есть цель, а значит, жизнь обрела новый смысл. И ты сделаешь всё, чтобы добиться желаемого, даже вынужденное двойное заключение — в собственном теле и в глухих стенах старого дома — не станет помехой. Появятся новые друзья, те, кто поймут, примут и простят.

Ведь ты любишь. Непутёвого племянника, который никак не может взять в толк то, что тебе кажется очевидным, вздорного старшего брата, невестку, ухаживавшую за тобой все эти годы, отца, который никогда не сможет смириться с необходимостью хоронить собственного сына. Двух женщин, одна из которых с грохотом и детской непосредственностью ворвалась в твою жизнь, расплескивая фонтан эмоций, а вторая вошла вынужденно медленно и подарила тебе столько скрытой чувственности и ярких, хоть и болезненных переживаний. Но больше всего ты любишь себя. Это нормально, и дело здесь вовсе не в эгоизме и эгоцентризме. Ты хочешь себе лучшей судьбы и, если человек не волен распоряжаться собственным появлением на свет, то, возможно, он свободен в принятии решения добровольно его покинуть. «Нет!» — говорит правительство. «Ни в коем случае!» — твердит общество. Они оправдываются придуманными догмами, Библией, нормами морали, законами. Но почему-то в конституции, гарантирующей свободу совести, вероисповедания, личную неприкосновенность, право на жизнь, нет ни слова о праве человека на выбор. Общество связывает само себя бесконечными сводами правил и сочинёнными стереотипами, потому что боится. Боится тебя, ведь ты можешь пошатнуть этот маленький, но комфортный мирок непринятия самостоятельных решений. Ты смеешь опротестовывать ценность жизни и это страшно, поэтому права голоса тебе не дадут. А ты идёшь вперёд и даже смеешь подавать пример другим. Пример бесконечной целеустремлённости, яростной убеждённости в собственной правоте, пример того, как можно жить с достоинством, даже если всё вокруг пытается лишить тебя этой возможности. Того, что жить можно и после формальной смерти. Ты оставишь письма, книги, стихи. Ты оставишь за собой память и своё бесконечное море. И никто не сможет этому воспрепятствовать. Потому что есть те, кто твёрдо знают: в море человек никогда не бывает одинок.

29 августа 2013

Бунт Сизифа

Челн готов — на той стороне ты попадешь, быть может, в великое Ничто. Но кто хочет вступить в это «быть может»?

Фридрих Ницше

Есть лишь одна серьезная мировоззренческая проблема — проблема самоубийства. Стоит ли жизнь того, чтобы ее прожить? В этом и заключается фундаментальный вопрос философии.

На этот вопрос вам и предстоит ответить, ознакомившись с историей Рамона Сампедро, чью искалеченную и поседевшую биографию экранизировал в 2006 году Алехандро Аменабар. В далеком шестьдесят восьмом Рамон прыгнул в море и сломал шею — теперь он влачит унизительное существование паралитика, существование, которому сам Рамон не может придумать ни одного оправдания. Спокойный, будто пульс покойника, Сампедро не верит юристам и курит в надежде на то, что никотин основательно повредит его здоровью, угрюмо рассказывает о собственном прошлом, но смотрит в будущее и видит там только смерть, что представляется галисийскому калеке не страшной старухой с косой, но ангелом, возвещающим финал его печальной истории. Не нужно, впрочем, думать, что борьба за возможность осуществить эвтаназию полностью занимает нашего героя — в свободное время протагонист воспитывает племянника, ссорится с упертым старшим братом, работает гибридом священника и психоаналитика на общественных началах и, натурально, строит любовь. И пусть это строение развалится карточным домиком ввиду драматической деменции Джульетты — награда найдет героя, и Рамон истинным Сократом уйдет в золотой закат, запивая неудавшийся праздник жизни цианистым калием.

Так ожидаемая слезовыжимательность оборачивается спокойным реализмом с памперсами и испанским захолустьем, каковое захолустье визуализируется простыми людьми, обшарпанными стенами, голыми деревьями и шумящим морем. Так, начинаясь успокоительным женским монологом про покой и умиротворение, тепло и яркие краски этого волшебного мира, кино продолжается бурей, просвечивающей юбкой и бессмертной музыкой Вагнера. Финальные титры линией горизонта делят экран на прямоугольники неба и моря, рождение закольцовывает грядущую смерть колесом бытия, а поцелуй людей-инвалидов закономерно провоцирует последующую ревность — ни один вечер не обходится без любви, ни одно утро не обходится без обиды. Невозможно не отметить и то, с каким изяществом Аменабар разбавляет постановочную строгость летательным сюрреализмом на стыке Островского и Баума — суицидальная мечта превращает героя в птицу, а ударная доза успокоительного отправляет его жилище в рейс по маршруту «Канзас — Страна Оз». Вообще, подобной эпизодической прелести здесь очень много, фильм буквально напичкан символическими печатными станками и универсальными ответами на неприличные логические уловки вроде reductio ad Hitlerum. Смешнее всего то, что этот последний аргумент завзятого спорщика использует здесь не какой-нибудь Владимир Соловьев, которому по должности положено нести околесицу, но почтенный святой отец, рассуждающий о том, что жизнь принадлежит не нам, но вечности, что жизнь…

Но что, спрошу я у вас, есть жизнь? Вы думаете, что жизнь — это солнце, ласково греющее нежно чирикающего человека? Нет, жизнь — это жаркое зарево, в котором сгорят все миражи, от веры до любви. Возьмите хотя бы персонажа неправдоподобно непрезентабельного Бардема, состаренного прической, гримом и дурацким бадлоном, — детские санки гражданина Сампедро истлели вместе с надеждой, осталась лишь трагически кроткая улыбка и напрасные секунды счастья, лишь подчеркивающие мрачную безысходность окружающего гетто, сработанного из четырех стен, кровати и потолка над головой. До травмы он был только веселой тенью, теперь в его голове заключен целый мир — воспоминания, былые надежды и непреклонная решимость до основания разрушить этот мир, чтобы остался только прах, зола и пепел. Но разрушить мир сложно, вот и корчится Рамон обреченным безъязыким узником, живой иллюстрацией мифа о Сизифе. Хотя зачем иллюстрации? Мы и так знаем цену современности, этой абсурдной паутине, сплетенной из абсурдных усилий абсурдных людей; людей вроде вас, людей вроде меня.

Ваш покорный слуга, к примеру, когда-то хотел стать президентом и обогатить этот мир изрядной порцией любви и здравого смысла. Я смотрел на телевизионные выступления Бориса Николаевича Ельцина, и от радужных перспектив захватывало дух. Тогда мне казалось — нужно только повзрослеть — и президентское кресло будет моим, и я использую этот великий шанс облагодетельствовать счастьем всех, даром, чтобы никто не ушел обиженным. Теперь я повзрослел; но где то счастье для всех, где задуманный несколько позже девяностых годов великий роман, где хотя бы посаженные деревья и построенные дома? Ну да ладно, оставим в покое застенки моих детско-юношеских иллюзий, подумайте лучше о том, чего добились вы, любезные читатели. Сдается мне, вы тоже попросту израсходовали отпущенное время, потратив его на заплесневевшую в радости дрему обитателей лепрозория. Так не хватит ли дразнить свинцовое небо, барахтаясь в мутной тине жизни?

Ну да не будем о грустном, вспомним лучше эпизод, в котором близкие паралитика достают из кладовки поросшую мхом каталку, а сам паралитик начинает путь в прекрасное далеко, наблюдая по дороге детей и стариков, велосипедистов и собак, лаконичную природу и ветряные мельницы. В одном этом кратком путешествии мы можем увидеть столько содержания, что вспоминается старая истина — все плотские наслаждения, воспринятые убогим разумом глупца, не стоят и малой крохи сознания Сервантеса, пишущего своего Дон Кихота в жалкой тюрьме. Впрочем, не буду вводить вас в заблуждение, «Море внутри» имеет мало отношения к этому актуальному для населения распадающегося соцлагеря конфликту разума и тела, мысли и колбасы, конфликту, что столь блестяще описал в своем «Дантоне» маэстро Вайда. Рамон способен разменять одно на другое, он способен мыслить, он даже книгу написал, но все же эта рокировка слишком его тяготит — он не желает пить море, он желает только уйти с миром.

Одна злая ведьма, помнится, посоветовала одной юной кхалиси поглядеть на полумертвого супруга и рассудить, чего стоит жизнь, когда ушло все остальное. Не поймите меня превратно, жизнь, действительно, не сводится к возможности бегать и прыгать, но нельзя не признать и того, что жизнь является не столько обязанностью, сколько правом. Рамон Сампедро слишком любил свободу — свободу передвижения, свободу распоряжаться своим ветхим телом, свободу от судей, политиков и церковных деятелей, наконец, — и в этой высшей верности он отверг злую насмешку случая, тяжелый камень, эту бесплодную вселенную, этот мир, состоящий из пустой борьбы за вершину. Именно поэтому его жизнь следует назвать именно жизнью, а не существованием; именно поэтому его самого следует представлять счастливым.

И остается лишь повторить вам уже сказанное — можно жить, иллюзорно существуя мозгом в колбе, и можно существовать, проживая смрадной серостью реальности. Отпущенные нам дни, безусловно, стоит прожить, но едва ли стоит тратить их на напрасное существование — живущие блаженны, существующие прокляты. И не беда, что первых всегда меньше, чем вторых, — Бог, как известно, предпочитает метких стрелков большим батальонам.

29 августа 2013

Не говорите мне о вечности — я не могу её вместить…

Море волнуется — раз, море волнуется — два, море волнуется — три… на три десятилетия — замри.

Вы когда-нибудь встречали человека, который настойчиво шел к своей цели десятилетиями, открыто, и не ища окольных путей? А если добавить, что этой целью была смерть? При том, этот человек не сетовал на жизнь, не хотел уйти от снежного кома проблем, — напротив, он слишком страстно хотел жить… Самураи со своим обрядом сеппуку вызывают восхищение и почтение, — а вот парализованный на 30 лет Рамон Сампедро со своими требованиями эвтаназии — только дискуссии, всколыхнувшие языки абстрактной общественности: кто пожалел, кто осудил, — перетёрли и забыли. Что это — особенность западной культуры или просто время такое?

При рецензировании фильма о реальном персонаже невольно сталкиваешься с дилеммой: переходить ли на личности или строго ограничиться разбором художественных особенностей картины. Ведь всем очевидно, что та же самая история могла быть миллион раз снята в совершенно ином стиле, с иначе расставленными акцентами. Спорить об этом можно до хрипоты и так никому ничего и не доказать; сколько людей, столько мнений. Рецензировать жизнь и стремления Рамона Сампедро может, пожалуй, лишь тот, кто разделял с ним его судьбу или кто сам проходит подобные мытарства, остальное — пустопорожний треп. Что для вас жизнь? Уйти на полдня в виртуальность, сидя за компьютером, читать чьи-то рецензии? Тогда, наверное, искать смерти на месте Рамона Сампедро вы бы не стали; паралич ничего не отнял бы от вашей жизни. Для него же она была осязаемой реальностью. И когда возможность осязания пропала, продолжать дышать он больше не захотел.

На основе биографии такой незаурядной личности можно ли снять незаурядный фильм? И не будет ли он чрезмерно, тошнотворно незаурядным? Излишний пафос, сердце на разрыв, — нужно ли спекулировать на способности человека сопереживать? Не будет ли это попыткой превратить реального, противоречивого, упрямого Рамона Сампедро в очередного убогонького Форреста Гампа? Алехандро Аменабар нашел идеальный стиль изложения этой истории, хотя его и упрекали за невыразительность и безучастность. Будничность фильма — главная претензия, которую предъявляют Аменабару, когда речь заходит о «Море внутри». Мол, не цепляет; не прочувствовал, не просмаковал. На самом деле, будничность — лучшее, что можно было здесь придумать, чтобы не превращать борьбу длиною в три десятилетия в художественную слезовыжималку или перенасыщенную эмоциями оду радости жизни. Не в последнюю очередь, это было бы оскорбительно для реального Рамона Сампедро. Именно обыденными и были его жизнь и смерть. Попытки героизировать их выглядели бы пафосно и пошло. Попытки драматизировать, придать характер шекспировской трагедии осознанному стремлению к смерти инвалида-паралитика — банально до омерзения. Есть ли что-то более прозаичное в жизни чем сам факт жизни? А смерть — лишь мгновенье, о котором мертвый уже никогда не узнает. Обыденность смерти пугает; но за 30 лет ожидания её неизбежность, осознание того, что «все там будем», не только примирили Рамона со всеми страхами, но и стали для него источником ободрения.

Аменабар скуп на средства выразительности, никакого вам динамичного монтажа, экспрессионизма, сентиментализма, гедонизма, упоения, горечи, давления на жалость; стиль повествования почти документальный, за исключением пары сцен: первая из них — фантазийно-упоительный полет к морю на крыльях мечты под бессмертную «Nеssun dorma»; вторая — более интимная и чувственная фантазия Рамона на тему близости с Хулией. Именно в эти моменты кажется, что «вот оно, то самое, вот наконец настоящий фильм», хочется ещё кадров с морем, с загорелым мускулистым Бардемом… и в какой-то миг вдруг воцаряется в голове кристальная ясность: если за 2 часа фильма я так устала от этих сцен в четырех стенах, так изголодалась по кадрам с солнцем и синевой неба, по безбрежной, нежной и влажной голубой стихии, то что же должен был чувствовать Рамон Сампедро, который тосковал по морю, просочившемуся ему в кровь, 30 лет?! Думаю, именно такого чувства Аменабар и добивался у зрителя своими «обыкновенностью» и «невыразительностью».

Фильм не об эвтаназии и не о том, как прекрасна жизнь, которую мы не ценим. И, разумеется, не о том, что смерть — удел каждого. Он о мужестве и достоинстве. Достоинстве человека, не пожелавшего малодушно отказаться от своей свободы и с ложным смирением «наслаждаться» своим уделом.

А жизнь прекраснее, чем этот фильм. Жизнь не переплюнешь, не переиграешь, и реальный Рамон Сампедро, как ни крути, восхищает и воодушевляет больше, чем кино о нём же. И его смерть на экране — это просто неподражаемый Хавьер Бардем закрыл свои прекрасные глаза, до тех пор, пока режиссер не скажет «Стоп! Снято!». Аменабар попытался показать смерть максимально прозаичнее, но… она всё равно осталась уникальным экранным действием, прекрасным и возвышенным, за которым мы увлеченно наблюдаем, и, достигнув катарсиса, льём слёзы. Тогда как в жизни смерть — наступление абсолютного бездействия. Отталкивающее, опустошающее и неприглядное для свидетелей, уродливое и абсолютно неоригинальное. И никакого катарсиса, лишь ощущение тщетности, и ещё — невосполнимой утраты…

Что до фильма, то сколько о нём не говори, всё будет мало. Да и не всё можно выразить словами. Жизнь, смерть, воля человека и… его способность творить (в том числе в жанре кинематографа), не поддаются анализу во всей полноте своей. Это за пределами человеческого разума, — и индивидуально для каждого. Ведь у каждого внутри своё море.

10 августа 2013

Мы все умрем, все, это часть нашей жизни, посему же их так пугает мое решение умереть, как будто это что-то заразное?

Неоднозначное состояние после просмотра данной картины: с одной стороны понимание и сочувствие, а с другой негодование. Скорее всего, это связанно с моей неопределенностью по поводу самой тематики фильма. Эвтаназия вызывает много споров по всему миру, в частности у церкви или у самого государства. Но, что обычные люди могут говорить об этом, если они не испытывают того же? Люди живут полноценной жизнью, и делают все, что хотят. Этого не скажешь об инвалидов, прикованных к кровати. Для них жизнь превратилось в банальное существование: проснулся, поел, посмотрел в окно, опять лег спать. И только мысленно они могут куда-то переместиться, как делал это герой фильма. НО мне непонятно, как можно не хотеть жить? Да, пусть так, но в жизни много других прелестей, тем более если есть семья, для которой ты очень много значишь.

Фильм снят на реальных событиях испанца Рамона Сампедро, для которого жизнь не значила больше ничего, и он принял обдуманное решения умереть. Он считал себя обузой для всей семьи, хотя это было далеко не так. Будучи молодым Рамон много путешествовал и очень любил море. После несчастного случая, Рамону пришлось навсегда попрощаться с ним, и единственным упоминанием об этом чудесном месте — морской бриз, который иногда доходил до его открытого окна. Кто бы ни пытался переубедить его, он всегда настаивал на своем. Поражает тот факт, что у Рамона всегда на лице улыбка. Откуда взять такие силы, что бы даже при такой судьбе, просто улыбаться.

Персонаж Розы мне показался нераскрытым. Из каких побуждений она действовала, чем руководилась, для чего, как? Откуда взялось такое отношение к Рамону, и почему ее визиты продолжались — это не показано. И это я считаю одним из минусов данной картины.

Зато удачно показаны образы его брата, папы и племянника, которого он считает за родного сына. Эту троицу было жаль больше всего. Брат — постоянно противился его решению, он хотел, чтобы он жил хотя бы ради них. Папа — его я, пожалуй, процитирую: «Очень плохо, когда сын умирает раньше отца. Но еще хуже, когда он сам этого хочет…». Ну и племянник, который только при их прощании понял его слова.

Благодаря этой ленте, я узнал одного талантливого актера — Хавьера Бардема. Настолько сложная роль, и все исполнено идеально. Это притом, что его персонажа мы видим только в лицо. Мимика его лица, и эмоции показанные им — это просто фантастика. Хавьер мастер своего дела, и мне кажется, трудно было подобрать другого актера, который сыграл бы лучше.

Фильм тяжелый, так как его идея и тема, по сути, легкими не могут быть. Так что, после просмотра нужно будет время для раздумий над картиной.

К просмотру — рекомендовано.

31 июля 2013

«Великий» поступок

Правдивая история Рамона не пришлась по вкусу. Единственное во всем фильме достойное — это полеты ума к морю над очень живописным ландшафтом, где Рамон подвижен, силен, любим и т. д. Отличная техника! Можно даже на заметку взять.

Хотят показать сильного волевого человека, который может взять и сказать жизни «нет», но по сути он безвольный и полностью зависящий от окружающих. Очень точно подмечено его братом, что из-за него они вынуждены семьей жить в деревне, работать именно так, жить именно такой жизнью, что жена брата вынуждена его смотреть и терпеть все его капризы, а он лишь лежит и дает великие интервью, как ему осточертело жить. С точки зрения смотрящих за уже тридцать лет лежащим — здорово!

«Море внутри» — красивое название с неприятной начинкой, плюс ко всему неудачные любовные линии. Думаю, не стоит смотреть.

28 апреля 2013

Он просто очень любил море..

Нравится мне испанский кинематограф, что-то в нем есть, он не такой как все, в нем люди выглядят более реальными, настоящими, они такие же как мы с вами, со своими слабостями и страстями. Жизнь показывают такой, какая есть, без приукрас. Поэтому истории таких людей как герой данного фильма вызывают у меня неподдельный интерес.

В центре сюжета история простого испанца Рамона Сампедро. После неудачного прыжка в море, он сломал шею, в результате чего вынужден всю оставшуюся жизнь быть парализованным. Если честно, трудно представить себе, что может быть хуже. Лежать, не имея возможности встать, ходить, даже элементарно почесать нос или смахнуть мошку с лица, а о том чтобы окунуться в так любимое Рамоном море, не может быть и речи. Ему надоело так жить, и я не вправе его судить. Откуда нам, здоровым и счастливым людям, знать, каково это -полностью зависеть от других, не имея возможности делать что-либо сделать самому, а только днями, месяцами, годами лежать в маленькой чистой комнате и видеть перед собой только стены?Это ему-то, который так любит море и жизнь? Тут-то Рамон принимает очень непростое решение, о котором думал уже давно и к которому давно был готов внутренне.

Надо сказать, что у Рамона прекрасная семья. Все без исключения родственники всей душой любят его, желая ему всего самого лучшего. Они заботятся о нем вот уже тридцать лет, не опуская руки и не показывая, что они тоже уже очень устали. Конечно семье трудно смириться с решением Рамона, что очень даже понятно, потому что вопрос эвтаназии был, есть и будет одним из самых неоднозначных и не имеющих единственно правильного решения. А как бы вы поступили на их месте? А на месте Рамона?

Главную роль потрясающе сыграл Хавьер Бардем. До этого фильма была о нем не очень высокого мнения, теперь же смотрю один за другим фильмы с его участием. Он везде разный, а это главное качество отличного актера — умение полностью перевоплощаться, сливаться со своей ролью. Так сыграть, использую лишь мимику и взгляды — бесценно. Можно сказать, это был театр одного актера, хотя остальные сыграли свои роли безупречно, я действительно увидела в них безутешную семью, не знающую как поступать в этой чудовищно тяжелой ситуации.

«Море внутри» меня очень тронуло, зацепило какие-то струны моей души. Признаться, на моменте прощания с семьей, я по-настоящему плакала, осознавая всю горечь ситуации.

Такое кино надо смотреть, чтобы не давать сердцу черстветь.

- Море для вас очень много значит?

- Море подарило мне жизнь, а потом отняло ее, остальное не важно.(с)

9 из 10

27 апреля 2013

Алехандро Аменабар — «Море внутри»

А все дело в том, что мы живем в чертовом философском государстве…

Древние люди не знали гуманитарных проблем, гуманитарных словечек ведя ясную, простую (и мучительную) жизнь, борясь с проблемами подлинно жизненно важными — голодом, холодом, болезнями, дикими животными и решая их технически, инженерно, последовательно выстраивая цивилизацию. Только когда появились роскошь, изобилие в язык, в культуру стали проникать гуманитарные словечки вроде «бытие», «общество» и люди стали обсуждать проблемы гуманитарного характера. Греческая культура нам хорошо известна, потому что именно в ней такими гениями как софисты, философы были громко поставлены гуманитарные проблемы…

Решались же эти проблемы софистами, которые считали, что гуманитарные проблемы каждый решает для себя по-своему, и философами, которые считали, что существуют (а, вернее, должны быть) объективные решения гуманитарных проблем.

Одна из этих проблем гамлетовская (быть или не быть), которую стало возможным обсуждать в сравнительно развитых обществах и это проблема добровольного ухода из жизни. Так вот в области отношения к гуманитарным проблемам Платон и философы одолели софистов, которые бы сказали Гамлету — решай сам жить тебе или умереть, у нас решения нет. Но философы-то считали иначе, считали, что решения должны быть и вот в современном обществе считают, что обязательно надо «быть» и самоубийство церковь считает грехом, а психиатры симптомом сумасшествия. Самоубийство запрещено, как запрещено очень многое в нашем чертовом философском государстве.

Фильм о разрывающих сердце на части мучениях человека, которому не дают пресечь свои мучения добровольно уйдя из жизни, посредством эвтаназии … философы в … полицейских погонах.

Не путайте цивилизованность с современным бездушием полицейского государства, которое организовали нам философы!

Мудро сформулированная основная идея фильма позволяет развернуть повествование больших глубины и пространства и, в частности, остановить наше внимание на основной идее христианства — идее бессмертной души. Герой фильма паралитик, неспособный жить нормальной, естественной и не религиозной жизнью — строить себе дом, ухаживать за садом, играть с детьми, заниматься спортом, водить машину (ведь все это вещи не религиозного характера), а вынужден обстоятельствами вести одну только духовную жизнь — учиться мыслить и чувствовать «духовное». Возможно ли прожить жизнь единственной опорой которой является «вечная душа», а герой фильма как никто иной из нас близок вечности, в которой, как известно, нет ни машин ни детей — одни «души», одни только «души»…

Стоит ли наша душа того, чтобы ее, взятую в предельно чистом виде, взять и прикончить? Выносимо ли существование мыслящего цветка, розы божественного сада?

1 апреля 2013

О море, море!!!

Фильм жизненный и то что его экранизировали делает его чудесным вдвойне. «Море» затронуло очень болезненную тему общества — эвтаназию. Вокруг нее до сих пор не утихают споры. Здесь зрителю не предлагают поставить запятую в известной дилемме — «умереть нельзя выжить». Здесь герой уже сделал свой выбор. Но до последнего надеется что за его выбор не пострадали другие.

Аменабар уже прославился своими работами «Закрой глаза» и «Другие». Здесь он представил на наш суд свой взгляд на эвтаназию. В фильме почти нет юридической демагогии насчет правомерности эвтаназии, нет яркой демонстрации политического слабоумия. Здесь он очередная жертва системы, не признающей свободу граждан на смерть. Как мы знаем, реальный Сампедро на своей шкуре испытал тупорылость своих властей.

Сам фильм выдержан в четкой манере. Сцены неспешно сменяет друг друга. Актеры постепенно раскрываются. Нам показывают величественную природу Испанской Галисии, а главное море. То самое море которое так не хотело принять Рамона в свои объятия. Взять хотя бы первую сцену. Напомнило сеанс гипноза. Просто непередаваемые ощущения. Аменабар планомерно погружает нас в атмосферу фильма.

Очень понравился состав актеров. Бардем, буквально шокировавший всех в эпической ленте «Стариком тут не место» предстал нам грустным, но улыбчивым добряком, не потерявшего смелость, а главное стремление уйти из этого мира таким не богоугодным способом. Его (во всех смыслах) оптимизм и добродушие пробуждает в героинях Розы и Хулии чувства. Первая питает к нему чувства из-за одиночества и явного занудства, вторая из-за того что, тоже как он больна и вскоре тоже отойдет в лучший мир. Очень запомнилась сцена, когда Хулия говорит ему что тоже готова уйти как он. Или сцена с Розой в отеле перед смертью.

Фильм по праву получил свое — Оскары, Венецианский и все прочее. «Лучший грим» забавно, конечно))). В общем смотрите и не пожалеете.

10 из 10

17 февраля 2013

За и против.

«Если у вас нет выбора, и вы полностью зависите от других, вы приучаетесь страдать с улыбкой на губах.»

Эта история, основана на реальных событиях. Она рассказывает о Рамоне Сампедро, который после неудачного прыжка в воду, сломал себе шею и остался парализованным на 28 лет. Этот момент, он мысленно переживал тысячи раз. На протяжении всего этого времени, он просит об эвтаназии. К Рамону приезжает писательница Джулия, заинтересованная его случаем. Общаясь, проводя время вместе, они не могли даже подумать, как эта встреча изменит их жизни.

Это по истине сильный фильм, который затрагивает самые больные темы — эвтаназию, условия жизни людей-инвалидов, общественное мнение по этому поводу. Море внутри — это все чувства, эмоции, мечты, которые заперты внутри человека, потерявшего надежду.

Здесь, мы видим глазами Рамона, и эта невыносимая боль, пронизывающая весь фильм, является проводником. Диалоги, крупные планы, индивидуальные качества каждого из героев, составляют общую картину и раскрывают смысл.

Грим, который наносили главному герою, был очень сложен, ведь на тот момент, актеру приходилось играть человека, на 20 лет старше.

8 декабря 2012

Парализующий фильм…

Данная картина просто приковала меня к экрану телевизора. Она меня парализовала… Иногда ловила себя на том, что затаив дыхание смотрю на Хавьера Бардема и его муки. Я давно смотрела «Море внутри», но впечатления от увиденного не покинули меня и по сей день.

Самая яркая картина, которая крепко врезалась в сознание и стоит перед глазами каждый раз при воспоминании о фильме — это, конечно же, прыжок героя с обрыва. Я не считаю себя слишком уж впечатлительной, но в том момент с обрыва будто летела я сама… Уж очень реально показали эту сцену!

Касательно, выбора главного героя, могу только сказать, что авторская группа не прогадала. Я совсем другими глазами взглянула на Хавьера Бардема и его актерское мастерство. Он гениален! И я безумна огорчена тем фактом, что на Оскар были номинированы ХУДОЖНИКИ по гриму, а не сам актер. Актер, который оставался без движения даже с выключенными камерами, актер, который способен играть одними глазами.

Впечатляет трезвый рассудок героя, его речи, слова, а ведь он большую часть своей жизни такой и при этом не ведет себя как жалкий суицидник, а борется… пусть даже за уход из жизни.

Нельзя посмотреть этот фильм и не углубиться в самоанализ, нельзя остаться равнодушным к судьбе героя, нельзя не посмотреть этот фильм!

29 сентября 2012

Море волнуется — раз

Во время пляжной прогулки Рамон Сампедро решил показать класс ныряния девушке, которая ему нравилась. Желание было столь сильным, что молодой моряк напрочь забыл об отливе и нырнул со скалы в том месте, где глубина в это время не покрывала человеческого роста. Так статный юноша получил пресловутую «травму ныряльщика» с умопомрачительными последствиями — переломом позвоночника, полным параличом конечностей и, как результат, пожизненным пребыванием в неподвижности.

Пролежав больше двадцати лет парализованным, он пришел к мысли, что должен уйти из жизни. Но проблема заключалась в том, что Рамон даже яд не мог принять самостоятельно. Все, что он был способен делать без помощи посторонних — это моргать и разговаривать. Он так невыносимо страдал, что умолял врачей помочь ему умереть, но всегда получал отказ. И тогда Рамон решил добиваться желаемого официальным путем: начал обращаться в суд, доказывая свое право на эвтаназию. Но опять с тем же результатом.

Все это время за Рамоном ухаживала семья старшего брата, а в последние годы рядом с ним были две женщины — Джулия, его адвокат в судебных тяжбах, и Роза, отчаянно пытавшаяся убедить Сампедро, что жить стоит, несмотря ни на что. Демонстрируя удивительную силу духа, Рамон научился писать на «самодельном компьютере», нажимая на клавиатуру зажатой губами палочкой. И в итоге он все-таки нашел способ решить главную свою проблему…

В основе фильма абсолютно реальная история испанца Рамона Сампедро, который долгие годы боролся за право покинуть этот мир. Алехандро Аменабар выбрал пожалуй, единственно верный угол зрения на эту болезненную тему. Он не стал концентрироваться на полемике вокруг плюсов и минусов эвтаназии, что, скорее всего, сделали бы в Голливуде, утопив сюжет в судебных препирательствах, а изначально взял сторону своего героя.

Дальше дело было «за малым»: требовалось найти такого исполнителя, которому бы симпатизировали зрители. Аменабар пригласил на главную роль секс-символа испанского кино Хавьера Бардема, но при этом до неузнаваемости изменил его внешность. 35-летний красавец-мачо превратился в полысевшего 48-летнего паралитика, излучающего такой мощный заряд жизненной энергии, что при всем желании не хочется говорить лишь о степени актерского перевоплощения. Поскольку на экране предстает феномен другого рода: все внешние приспособления остаются где-то там — на втором-третьем плане, уступая место такому редкому явлению, которое можно назвать обаянием личности.

Фактически Бардем играет здесь одними глазами: даже толстый слой грима не мешает ему излучать взглядом столь сильное жизнелюбие, что возникает странное противоречие или, если хотите, неожиданная метаморфоза — «парадокс Бардема». Его герой хочет покончить с собой, но при этом как магнит притягивает к себе. Актер делает что-то невероятное и невозможное: в состоянии полной неподвижности он задействует некий энергетический источник, который подобно сиянию приковывает внимание к персонажу. В результате два часа смотришь на него, как завороженный.

Можно понять тех женщин, которые буквально льнули к Сампедро, умоляя его то жениться, то хотя бы просто заняться любовью. И эта женская осада, даже, можно сказать, борьба за право быть рядом с парализованным инвалидом, не выглядит здесь сценарным произволом. Получив через четыре года (во второй раз) «кубок Вольпи» на МКФ в Венеции, присуждаемый за лучшую мужскую роль, Бардем автоматически перешел из и без того немногочисленной когорты больших актеров в категорию великих исполнителей, единовременное число которых никогда не превышало количества пальцев на одной руке.

28 сентября 2012

Драма Море внутри впервые показанa в 2004 году, премьерный показ состоялся более 17 лет назад, его режиссером является Алехандро Аменабар. Актерский состав, кто снимался в кино: Хавьер Бардем, Лола Дуэньяс, Сельсо Бугальо, Сесар Камбейро, Андреа Оккипинти, Тамар Новас, Хосе Мануэль Ольвейра «Пико», Хозе Мария Поу, Хоан Дальмау, Франсеск Гарридо, Мабель Ривера, Белен Руэда, Адольфо Обрегон, Альберто Хименес, Николас Фернандес Луна.

Расходы на создание кино оцениваются в 1.В то время как во всем мире собрано 38,535,221 доллар. Производство стран Испания, Франция и Италия. Море внутри — заслуживает зрительского внимания, его рейтинг более 7.7 баллов из 10 является отличным результатом. Рекомендовано к показу зрителям, достигшим 16 лет.
Популярное кино прямо сейчас
© 2014-2021 FilmNavi.ru - ваш навигатор в мире кинематографа.