Восемнадцать весен (1997)

Пока не нашел объяснение англоязычному названию – «Eighteen Springs».

Оригинальное название: «Роман на полжизни», а финальная встреча происходит спустя 14 лет, а не 18.

Возможно, это – какое-то смысловое китайское выражение. Возможно – что-то еще.

Фильм – хороший, однако – невыгодно отличающийся от шедевра Энн Хей – «Июльская рапсодия»:

1. Повествование – тягомотное. Очень. Смотреть – тяжело.

2. На экране, вроде бы, что-то – происходит: герои разговаривают, куда-то ходят, что-то делают и т.д. Но все это – кроме персонажа Аниты Муй – крайне равнодушно и не эмоционально. Все 2 часа не покидает ощущение, что режиссер зарядила аккумуляторы киборгов и пустила их перемещаться по съемочной площадке. Соответственно, сопереживать кому-либо – задача практически невыполнимая.

3. Очень много избитой до полусмерти вторичности: опять в паре – кто-то бедный, а другой – богатый, опять у девушки – занятие, не одобряемое определенными слоями общества, опять эти коварные родители, затаившие димсам со стрихнином на беднягу с золотой душой, опять любовные треугольники, измены и браки – то по расчету, а то – и вовсе – от нечего делать. Камрады, все это было, было и еще раз было – уже такое же количество раз, сколько патронов у Рэмбо. В тех же великолепных «Румянах» все это было замечательно прорисовано ровно 10 лет до этого. Не говоря уже про «Китайскую шкатулку», которая вышла в тот же – 1997 – год, что и «Восемнадцать весен».

4. Актерская игра… Кроме Аниты Муй (совершенно заслуженно получившей за свою роль статуэтку Гонконгской кинопремии), выделить кого-либо – сложно. Ну разве что Хуан Лэй иногда симпатичен в кадре. Жакли Нг – старается, - но выйти за рамки своего привычного амплуа ей не позволяет то ли ограниченность актерского диапазона, то ли установки режиссера (как любит говорить старший опер Гоблин: “Bad acting – is a bad directing”). Даже Гэ Ю, который мне нравится в «Пусть пули летят», здесь – сер. В ряде своих работ, например, в – «Товарищи. Почти история любви», «Падшие ангелы», «Герои не умирают» - Леон Лай мне очень импонирует, но здесь… - безжизненность пустыни. Может, опять-таки, это такая особая задумка, однако он – даже героиню Жаклин Нг доводит до того, что она, в какой-то момент, интересуется: «Ты – правда – дурак или – притворяешься?». Посмотрите на Джеки Чуна в «Июльской рапсодии» - тоже, казалось бы, не ахти какая героическая, мужественно-волевая роль. Но сыграно – совсем по-другому.

5. Эмоции, реакции, мотивации и поступки героев. Грустных, драматических событий в фильме – много. Но то, как относятся ко всему происходящему главные и второстепенные персонажи, напоминает выражение из выступления Задорнова: «Цемент не завезли – ну и Будда с ним!». Все всем – как-то все равно. И плевать, что молодость, любовь, судьба, сама жизнь – безвозвратно летя на помойку: практически каждый ведет себя так, что так оно – и должно быть, и ничего с этим делать не надо: никакой воли, никаких настоящих поступков, решений против течения, никакой ответственности. Это, к сожалению, довольно часто встречается в гонконгском кинематографе (взять тех же героев Кар-Вая из «Диких дней», «Чунгкингского экспресса», «Падших ангелов» и «Любовного настроения»), но в какой-то момент начинает утомлять: реальная жизнь, все-таки, требует, чтобы, например, мужчина – был способен на поступки. Хотя бы иногда.

6. На елку основного сюжетного вектора двух главных героев нанизано излишне много второстепенных линий-гирлянд. И все бы – ничего, но толком не раскрываются – ни история персонажей Леона Лая и Жаклин Нг, ни всех остальных: просто свалено все в большую кучу отрывистых эпизодов. И многое не совсем понятно, не совсем логично, правдоподобно и уместно. И это, к сожалению, весьма ощутимо бьет в челюсть зрительского удовольствия.

6 из 10