На исходе дня (1993)

The Remains of the Day
Рейтинг фильма
Кинопоиск 7.4
IMDb 7.8
Описание фильма
оригинальное название:

На исходе дня

английское название:

The Remains of the Day

год: 1993
страны:
Великобритания, США
режиссер:
сценаристы: ,
продюсеры: , , , ,
видеооператор: Тони Пирс-Робертс
композитор:
художники: Дженни Беван, Лучана Арриги, Йен Уитэйкер, Джон Ральф, Джон Брайт
монтаж:
жанры: мелодрама, драма
Сколько денег потрачено и получено
Бюджет: 1
Сборы в США: $23 237 911
Мировые сборы: $23 237 911
Дата выхода
Мировая премьера: 25 октября 1993 г.
Премьера в России: 23 декабря 1994 г.
на DVD: 13 июля 2000 г.
Дополнительная информация
Возраст: 16+
Длительность: 2 ч. 14 мин.
Отзывы о фильме На исходе дня

Стивенс - образцовый английский дворецкий, который всю жизнь провел в старинном поместье. Он отдал свое сердце беззаветному служению, и нет ничего, что может заставить его изменить долгу. Неожиданно привычное течение дней нарушается, когда в поместье появляется новая экономка, мисс Кентон.

Стивенс пытается скрыть глубокие чувства к этой женщине, но ни вековая традиция, ни священные обязанности не могут остановить вспыхнувшую любовь. И лишь теперь, на закате дней, преданный дворецкий открыл для себя тот единственный идеал, который достоин истинного служения...

Другие фильмы этих жанров
мелодрама, драма

Видео к фильму «На исходе дня», 1993

Видео: Трейлер (На исходе дня, 1993) - вся информация о фильме на FilmNavi.ru
Трейлер

Отзывы критиков о фильме «На исходе дня», 1993

На исходе дня

Любителям впадать в легкую депрессию под стук дождя за окном точно понравится данный фильм. Он пропитан духом чопорной Англии и ароматом черного чая для завтрака. Но главное в картине — британские актеры Энтони Хопкинс и Эмма Томпсон.

Я бы отнесла этот фильм к разряду «поучительных». На протяжении «дня» зритель должен усвоить один урок — не забывать жить для себя. Идеальный дворецкий Стивенс всю свою жизнь отдал профессии. Да, он хорош, как дворецкий, тем более, как управляющий над всей прислугой. Он до великолепия довел работу подчиненных. Пожалуй, приходить в его дом можно, как в музей: вазы без пылинки, а сервировка — как отдельный вид искусства. Экономка мисс Кентон должна стать глотком свежего воздуха для Стивенсона. Работа стала единственной целью для существования, нет ничего другого за ее пределами. Дипломатические встречи его работодателя становятся важнее своих собственных проблем. Дворецкий закрывает глаза на умирающего отца и упускает любовь к мисс Кентон. А ведь она в итоге разочаруется в нем и выйдет замуж за другого мужчину. Пройдет ли любовь? Нет, даже спустя двадцать лет они будут любить друг друга.

Фильм радует красивыми видами, однако несколько утомляет монотонностью, особенно тех, кто привык к экшн-фильмам. Однако это показывает размеренную жизнь Англии 30-х годов. Но стоит посмотреть на это другим взглядом. Монотонность отлично передает размеренный темп жизни, тем самым показывая, насколько работа способна поглотить человека.

23 декабря 2020

Остаток дня

«Так, может, стоит прислушаться к его совету — перестать все время оглядываться на прошлое, научиться смотреть в будущее с надеждой и постараться как можно лучше использовать дарованный мне остаток дня?»

Потрясающее кино, замечательная мелодрама, верхушка славы творца Джеймса Айвори. Он замечательный режиссер, подаривший мир изумительные, чистые и такие прекрасные кинофильмы. Смотря его картины, такое ощущение, как будто он сам жил в то время в прошлом, ведь те времена показаны в его работах так щекотливо, так продуманы все мелочи, как будто мы заглянули в окошко прошлого.

Такие костюмированные фильмы, как «Усадьба Хауардс-Энд», «Комната с видом», «Морис», и конечно же, «На исходе дня» особенные киноленты Айвори, и они гордость этого режиссера.

Сейчас перед нашим вниманием экранизация писателя Кадзуо Исигуро «На исходе дня». Джеймс Айвори буквально вложил душу в это кино. Мелодрама получила идеальной историей любви, которую со временем можно пересматривать и пересматривать. Это тот редкий случай, когда и сама книга, и снятый по ней фильм — удачные, и за это спасибо.

«Нынешний мир слишком грязен для деликатных и благородных людей.»

1930-ые годы. Мы видим историю идеального дворецкого, о котором можно лишь мечтать. Джеймс Стивенс служит в большом поместье Дарлингтон-Холл, и дворецкий верой и правдой работает на своего хозяина аристократа. Работа для дворецкого — смысл всего. Его покой и привычный распорядок дня рушит появление в поместье новой экономики мисс Кентон. Стивенс влюбляется в нее, но как может скрывает свои глубокие чувства к этой женщине. Всю жизнь предметом обожания и смысла всего для него была работа своему хозяину, который даже был связан с фашизмом, но дворецкий все равно ему служил. Истинным же смыслом всего, что было в его жизни, оказалось встреча с мисс Кентон, и служить надо было любви к ней…

Такой сильный и глубокий фильм: столько чувств испытываешь, смотря его. Кинокартина была снята так красиво, атмосферно и со вкусом. Книгу экранизировали идеально, и сам писатель безусловно получил удовольствие от просмотра. На самом деле этот фильм даже глубже, чем кажется на первый взгляд. В нем раскрывается история будучи взрослых людей, к которым пришла любовь, а она всегда все сметает на своем пути.

«Согласитесь, однако, что подобные вещи не редкость, если долго и упорно думаешь об одном и том же: истина открывается лишь тогда, когда на нее совершенно случайно наталкивают посторонние обстоятельства. «

Лично у меня есть любимые сцены у этого кинофильма, а особенно в конце, которые я бы назвал одними из самых красивых в мировом кинематографе, когда главные герои были вместе и прощались ночью под дождем. Режиссер мастер, и очередное его творение получилось тонким и проникновенным откровением.

Актерская игра здесь и вовсе отдельный разговор. Энтони Хопкинс и Эмма Томпсон сыграли шикарно вместе в предыдущем фильме Джеймса Айвори «Усадьба Хаурдс-Энд», и что интересно Томпсон за тот фильм и получила свой долгожданный Оскар за лучшую женскую роль. Вернувшись снова вместе дуэтом на экран, они воплотили еще ону историю так сердечно, так тепло — невозможно было оторваться от истории их героев.

Хопкинс и вовсе гениальный актер, и следить за тем, как он играет, всегда удовольствие. Роль дворецкого после Ганнибала Лектора лично моя вторая любимая его роль. Свою милую мисс Кентон Томпсон играет душевно, и в чистоте ее героине можно раствориться. На вторых же ролях хорошо запомнились на тот момент молодые Хью Грант и Лина Хиди.

«Вечер — лучшее время суток.»

Этот фильм о мечтах и реальности, истине и хрупкости всего, истиной любви и смысла нашего существования. Картина в списке любимых мелодрам, и лично я особенно ценю и выделяю данное кино.

«На исходе дня» — пронзительная мелодрама, восхитительный фильм Джеймса Айвори 1993 года. Итог, увиденное заслуживает самого пристального внимания и высокой оценки. Ценителям прекрасного в мировом кинематографе к просмотру рекомендую.

«Когда я много лет тому назад ушла из Дарлингтон-холла, я не понимала, что ухожу всерьез и совсем. Может, я считала это всего лишь очередной уловкой, чтобы расшевелить вас, мистер Стивенс.»

9 из 10

30 июня 2019

Фильм о любви и свободе

Очень кратко

Период между первой и второй мировыми войнами. Поместье, которое становится основным местом действий — уменьшенная модель самой Англии с её устаревшими моральными принципами и понятиями о долге и чести. Его обитатели и гости — скрупулёзно описанные образы представителей и жертв того времени.

Главные герои

Джеймс Стивенсон — идеальный английский дворецкий в этом поместье. Его главная жизненная цель — это беспрекословное подчинение хозяину. Выполнение своих обязанностей для него превыше всего. Нанятая им новая экономка Мисс Кентон пытается показать герою, что настоящие жизненные ценности заключаются совершенно в другом: семье, любви, искренних чувствах, справедливости. Но растопить лёд никак не получается, и это даёт мисс Кентон повод заподозрить мистера Стивенсона в том, что он не просто верный до последнего своему делу и традициям слуга, а человек, разделяющий взгляды своего хозяина-ксенофоба. Опасение на этот счёт она озвучивает, когда пытается однажды узнать, что за книгу читает вечером дворецкий. С трудом вырвав её у него из рук, она недоумевает: это совсем не фашистский трактат, а старая, трогательная история о любви.

Мистер Стивенсон на самом деле очень чуткий, добрый и тонко чувствующий человек. Он знает, что такое живые эмоции и глубокие чувства, но в его реальности их проявление возможно только на бумаге. Именно поэтому весь фильм построен как чтение мисс Кентон и мистером Стивенсоном писем друг друга.

Несмотря на очевидную любовную линию, с первого взгляда может показаться, что политика — основная проблематика картины. На самом деле это даже не одна из главных тем. Задача выбранного политического контекста здесь, — максимальное раскрытие через главных героев и их личной трагедии и исторического перелома.

Операторская работа и монтаж

Благодаря операторской работе и монтажу плавные переходы между настоящим и прошлым создают у зрителя впечатление, будто ретроспективы и вовсе нет, или разрыв между рассказываемыми событиями совсем небольшой. Эти же ощущения до сих пор преследуют главных героев картины, для которых воспоминания о счастливом прошлом заполняют временные разрывы.

Символы

«На исходе дня» наполнен множеством символов. Главный из них — символ свободы.

Он лежит в основе образов молодых конюха и служанка, которые решили пожениться и уехать из поместья. Дворецкий и экономка пытаются остановить их тем, что остановило бы их самих: пророчат им разочарование в любви и бедность, потерю перспективы на повышение в этом доме. На все предложения и уговоры молодая горничная отвечает только то, что всё это мелочи, ведь у них есть любовь и поддержка друг друга. Экономку этот ответ поражает. Она с ужасом осознаёт, что сама имеет те качества, которые презирает в дворецком.

Американский миллионер по имени Льюис тоже мыслит по-новому свободно. Именно он впервые честно высказывается насчёт внешней политики в обществе английских аристократов, привыкших скрывать своё безразличие к непонятным для них вопросам за статусом.

В начале фильма мы узнаём, что именно Льюис покупает поместье после всех описываемых событий. Это означает, что прежние традиции сохранятся уже только в памяти и привычках старых слуг. Финальная сцена со случайно залетевшим в комнату голубем демонстрирует это: у дворецкого Джеймса Стивенсона не получается поймать и выпустить птицу на свободу, но это удается сделать новому хозяину дома.

Финал

«Люди всегда радуются, зажигая вечером свет. Говорят, что для многих вечер — лучшее время суток, и они ждут его с нетерпением», — эту фразу Мисс Кентон говорит мистеру Стивенсону в одной из финальных сцен.

Для главных героев фильма мотив вечера — это конец личного счастья. Для эпохи — предвкушение чего-то нового и светлого, это время, когда прежние предрассудки и жестокие традиции остаются навсегда в прошедшем дне, уступая место настоящей жизни, свободе и любви.

26 декабря 2018

Отсвет эпохи

Ностальгия — сложная вещь, наверное, не такая уж необходимая в жизни, но возникающая стихийно и неотвязно. Становясь основным мотивом текста, она помогает переплавить ту боль, что она порой несет, в мысль, идею и мотив. «На исходе дня» — именно такой текст, наполненный ностальгией до краев.

И роман Кадзуро Исигуро 1989 года, и фильм Джеймса Айвори 1993 года — это воспоминание об ушедшей эпохе Англии, которая закончилась вместе со Второй Мировой войной. Причем, у каждого из авторов своя ностальгия, и если японский писатель тоскует по какому-то культурному коду, впитанному им, скорее всего, из книг и фильмов, то британский режиссер размышляет о той жизни, краешек которой он успел захватить. Два этих видения сюжета сливаются в единую историю, которая разворачивается на наших глазах предлагает нам стать свидетелем смены времен.

Британское самолюбование — особый вид искусства или, если угодно, художественного пафоса. Благодаря сосредоточенному взгляду внутрь своего прошлого и самих себя, авторы умеют найти какую-то идеальную интонацию, с которой нужно говорить о прошлом: вроде бы без тоски и сожалений, лишней идеализации и пафоса, а скорее воссоздавая его, причем в мельчайших деталях, даже таких, которые в нашей повседневной жизни не кажутся важными. Такими они, наверное, казались и обитателям поместий Даунтон или Госфорд Парк, но сегодня только через них и удается ощутить эпоху и стать причастым к ней.

Как сюжет строится вокруг дворецкого Стивенса и его отношений с экономкой мисс Кентон, так и фильм формируется вокруг непревзойденной работы Энтони Хопкинса и его взаимодействия со своей партнершей Эммой Томпсон. Без преувеличения можно сказать, что роль в фильме «На исходе дня» — одна из самых запоминающихся в фильмографии Хопкинса. Возможно, она не самая яркая и популярная, но от этого она становится еще интереснее для зрителя, потому что дает нам какую-то удивительную возможность отрешиться на некоторое время от личности артиста, словно бы забыть, о нем, и увидеть на экране только Стивенса. Хопкинс воплотил здесь драматический образ, его герой — это практически «последний из магикан», уцелевший свидетель эпохи, представитель целой породы людей, не оставивший наследников и последователей. Конечно, ассоциации эти не исторические — ведь английские дворецкие не ушли в небытие окончательно. Но метафора возникает именно такая

Триумфатор Нобелевской премии по литературе Кадзуро Исигуро, возможно, именно благодаря своей «постороннести» сумел нарисовать очень английский образ — хрестоматийный, но от этого не менее живой. Все проходит и меняется и ничто не защищено от исчезновения. Умирают народы и языки, даже моря высыхают и разрушаются горы, и, казалось бы, закат жизни одного человека или даже целого уклада жизни — не такая большая катастрофа для человечества. Но смерть — это всегда смерть, и принять ее неизбежность нам по-прежнему очень трудно.

13 августа 2018

Оскар — 1994. Кандидат N 3 — «На исходе дня»

Эпиграф:

И это не сон

И не аттракцион

Все мы здесь остатки

Прошедших времён

м/ф «Труп невесты»

Вкратце: Честь и достоинство эпохи, или Британия, которую мы потеряли…

Детально: Джеймс Айвори — поистине воспеватель так называемой «старой Британии», в частности ее поствикторианской эпохи и особенно — процесса того, как она постепенно, шаг за шагом, уходит в прошлое. Недаром пресса окрестила его «самым английским из всех американских режиссеров». Любимая творческая тематика оказалась довольно плодотворной, ведь «Остаток дня» — уже третья кинокартина в его кинокарьере, номинированная на Оскар (как лучший фильм и в режиссерской номинации).

На этот раз автор представляет нам главного героя как ходячий символ этой эпохи. Никто бы лучше не передал ее суть, чем эталонный британский дворецкий, который имеет в жизни два основных приоритета: хорошо делать свою работу и держать себя с достоинством (а эмоции под контролем). Более того — он и сам такой себе обломок эпохи, «останок» уходящего дня, и очевидно, что он должен остаться в том дне навсегда, потому что в новом ему места не будет. Он не сможет приспособиться к новым реалиям, как и не сможет изменить себе даже ради своего собственного счастья.

Умение героя нести службу с достоинством и радостью держится, в первую очередь, на вере в моральное превосходство того, кому он служит (которая, очевидно, на самом деле произрастает из понятия о превосходстве аристократии вообще). Но, тем не менее, эта вера не рассыпается, словно карточный домик, при первых же ростках сомнения. Человеку, который имеет глубокое убеждение, часто легче успокоить себя фразами вроде «не нам судить», чем дать сомнениям запустить в голове процессы, которые приведут к коренному изменению личности.

Что касается тех, кто должен быть «морально выше» — фильм почти однозначно дает нам понять, что честь — это хорошо, но не тогда, когда она идет в одном пакете с легковерностью и подверженностью чужим влияниям. Человек, имеющий честь, готов протянуть руку помощи противнику, которого победил в честном поединке, но вряд ли будет готов к удару в спину. Таким образом, британская аристократия также превращается в еще один «останок» уходящего дня.

Осколком эпохи отчасти является и главная героиня, которая, хоть и выглядит живой и эмоциональной, но скована традиционными поведенческими рамками, которые требуют от нее ожидать, чтобы именно мужчина сделал первый шаг, даже если этого придется ждать всю жизнь.

Из плюсов также: Эмма Томпсон в постоянных ролях симпатичных британок с устойчивой жизненной позицией кажется хоть и немного однообразной, но неизменно прекрасной. И намного больше поражает Энтони Хопкинс, который с одинаковым мастерством способен воплощать совершенно разные типажи.

Из минусов: в отличие от предыдущей картины режиссера, «Хауардс Энд», в фильме меньшее количество различных смысловых пластов, он более однозначен как в плане идеи, так и в плане финала. Не то чтобы это картину очень портило, но когда есть с чем сравнивать…

Резюмирую: любителям творчества Айвори, Хопкинса и Томпсон, фанатам костюмированных драм и сериала «Аббатство Даунтон» — однозначно понравится.

8 из 10

Цитаты:

Человек может быть счастлив, только если доволен его работодатель. А это возможно лишь тогда, когда работодатель выше Вас не только по статусу и богатству, но и в моральном смысле.

- Когда ты в последний раз выходил в свет? — Обычно, свет сам приходил в этот дом.

9 апреля 2018

Жизнь так печальна, но мы все ее живем. Все за нее цепляемся. Все ищем в ней какого-то утешения.

Ханья Янагихара «Маленькая жизнь»

Смотрела, потому что недавно прочла книгу. Если фильм не стал бомбой и не помещен ассоциациями кинокритиков в списки «Ста самых великих всех времен и народов», его шансы завладеть вниманием зрителя, спустя четверть века, стремятся к нулю, каким бы звездным ни был актерский ансамбль; какой бы положительной репутация режиссера и на сколько бы «Оскаров» ни номинировался в год выхода.

Это сейчас к тому, что «Остаток дня» был номинирован на восемь, творческий дуэт Айвори-Мерчант (режиссер-продюсер) существовал на протяжении пяти десятилетий и злые языки, намекая на особую благосклонность к нему Киноакадемии, даже предлагали переименовать «Оскар» в «Морис» (знаменитый фильм тандема гомосексуальной тематики). Что до актерского состава, довольно было бы назвать Энтони Хопкинса и Эмму Томпсон на главных ролях. Но там еще Бен Чаплин и человек-легенда Кристофер Рив, и Лена Хиди задолго до Серсеи Ланнистер, и лапочка Хью Грант.

Что ж, Джеймса Айвори недаром титулуют самым английским из американских режиссеров. Забавно, но японец Кадзуо Исигуро в этом своем романе выступает писателем более английским, чем любой этнический англичанин. Такое совершенно британское кино, снятое неангличанином по совершенно британскому роману, написанному небританцем. Фильм хорош. Скучновато-нудноват, как исходный роман, но подсвечен блесками тонкого юмора в сценах с молодым Кардиналом (Хью Грант); юмора, которому в романе места не было.

У Исигуро есть другое, что делает «Остаток дня» великим романом и отсутствие чего делает одноименное кино прекрасной экранизацией, но посредственным фильмом. Я о неоднозначности трактовок. Предельное упрощение хорошо в арифметике: берем сложную дробь, сокращаем кратное в числителе и знаменателе, на выходе получаем единицу — блеск! В искусстве такие вещи не работают, у него изначально другая роль, не служить вспомогательным инструментом жизни, как прикладная математика, но отражать ее. А жизнь сложна, людей с их мотивациями и взаимоотношениями невозможно привести к простой дроби.

Фильм «Остаток дня» о том, что все ты, мужик, прощелкал в силу политической и человеческой недальновидности. А был бы поухватистее, так и бабу хорошую в жены залучил, и любимого хозяина от опрометчивых поступков остерег и Англию, глядишь, от войны спас. Нет-нет, я серьезно, так уж тут смещены акценты и настолько педалируется дружба лорда Дарлингтона с чернорубашечниками, обернувшаяся тяжкими последствиями для страны, что иной раз кажется — режиссер сам верит в абсурд, провозглашаемый устами многих персонажей: участия Англии во Второй Мировой можно было избежать, когда бы не помянутый лорд.

А книга была о пафосе служения, который возводит профессиональный долг в ранг абсолюта. О том, что доводами здравого смысла и собственными интересами, и душевными склонностями приходится жертвовать, когда того требует твоя миссия и дело не в том, прав ты или заблуждаешься, и обладаешь ли свободой выбора; дело даже не в том, насколько престижна и почетна с позиций социума твоя работа. Но в том, что указания долга становятся категорическим императивом и пренебречь ими — значит перестать быть собой. Боюсь, слишком сложно, но жизнь — не арифметика и забывать об этом не стоит.

11 января 2017

Великий фильм великого Джеймса Айвори

Этот фильм из той самой категории «особенных» фильмов, о которой я уже упоминал. Один из величайших, когда-либо созданных. Просто гениальный. Но в данном случае это та гениальность, которая не бросается в глаза. В результате кому-то покажется, что фильм «так себе». На самом деле он поразительно глубокий и жизненный, созданный с отменным вкусом и тонкостью — в общем, действительно элитарное кино, по контрасту с искусственной «элитарностью» многих артхаусных режиссёров. И вот вам, пожалуйста — к чему мудрить, что-то закручивать, всё просто, на первый взгляд — а тут вам и глубина, и красота, и всё что должно быть в кино по высшему разряду.

Все, принимавшие участие в производстве этого фильма, прекрасно сделали свою работу, но особо хочется отметить три ведущие скрипки этого оркестра, которым фильм, по сути, и обязан своим успехом, которые в те славные времена находились на пике формы и, что называется, «зажигали». Во-первых, это, конечно, режиссёр, Джеймс Айвори, который всего через год после великого фильма — «Говардс-Энд» — снял ещё более великий фильм — «На Исходе Дня». Энтони Хопкинс — после оскароносного Ганнибала Лектера играл одну великолепную роль за другой, стараясь при этом не повторяться. Эмма Томпсон — четыре года подряд номинировалась на Оскар, дважды выиграла — не знаю, бывали ли ещё в истории подобные случаи.

В общем, я такие фильмы в своей жизни по пальцам могу пересчитать. В нём затрагиваются действительно важные жизненные вопросы, касающиеся каждого из нас. Это, в первую очередь, вопрос морального выбора и личной ответственности. А также связанная с этим проблема следования принципам, «долгу», которые каждым из нас понимаются по-своему, но которые зачастую вступают в противоречие с реальной «живой жизнью», не терпящей жёстких схем и надуманных условностей. Загоняя себя в рамки «приличий» и «долга», мы не только пропускаем эту самую жизнь мимо себя, не только собственную жизнь губим, но и чужие топчем, вольно или невольно, поскольку все мы связаны нитями неразрывными, хотя и слишком тонкими, чтобы их можно было сразу заметить. Обнаруживаются они тогда, когда мы отталкиваем других людей от себя настолько, что эти нити предельно натягиваются и превращаются в удавку. И служение долгу и принципам, особенно ложно понятым, оборачивается полнейшей моральной пассивностью, страусиной трусостью и безответственностью. И в результате льётся чья-то кровь, она служит смазкой для жерновов истории, которые всех нас растирают в пыль, хотим мы того или нет. Каждый из основных персонажей фильма так и не сумел взять ответственность за свою жизнь(а значит, и за чужие тоже), и расплачивается за это по-своему. Особенно, конечно, герой Энтони Хопкинса. Ведь даже случайные знакомые, приютившие его в дороге, оказываются живым упрёком и следствием его прежней бездеятельности — их сын, погибший на войне, стал жертвой того, во что дворецкий в своё время даже не захотел вдуматься. И вот так всё прошло мимо него — и любовь, и живая история, вообще реальная действительность — но формальный долг выполнен, приличия соблюдены, «документы заполнены по форме». Это, повторюсь, касается очень многих из нас, и потому оставляет ощущение экзистенциальной тоски. А это и есть признак качественного фильма — когда после просмотра остаётся послевкусие — горькое, сладкое, не важно, оно может быть и горько-сладким.

Мне больше всего понравилась «политическая» линия фильма, но на самом деле в нём множество разных красок и эмоций, выдержанных в нужной пропорции. Стоит только вспомнить, например, забавный эпизод, когда дворецкий пытается говорить с пасынком хозяина о «пестиках и тычинках», или трогательное финальное прощание с героиней Эммы Томпсон. В общем, для меня этот фильм нисколько не скучный, не однообразный и монотонный, а очень яркий, красочный и многогранный.

Конечно, в значительной степени глубина фильма — в литературном первоисточнике, но важно ещё и как подать исходный материал. Режиссёр, при помощи актёров и оператора, а также композитора и декораторов создал подобающую атмосферу. Чего стоят одни только шикарные панорамные виды и внутренние интерьеры. Музыка, несколько печальная и даже довольно зловещая, ненавязчиво, но стопроцентно точно подчёркивает смысл и настроение фильма.

В общем, я считаю позором нашего зрителя, что в топ-250 довольно много попсовой ерунды, но нет этого фильма.

10 из 10

3 мая 2014

Останься ещё…

Чопорная основательность, тщательная неторопливость, скрупулёзная доскональность. В такой обстановке детективам Агаты Кристи весьма кстати происходить. Как ни поразительно, это не детектив Агаты Кристи, и вообще не детектив, но дворецкий здесь выполяняет роль куда поважнее, чем быть убийцей или же участником детективного действа!

Мелочность, помпезность, тщетность, тленность идут под руку с иерархичностью и регламентированностью практически всегда. И достойные старинные «традиции» даже очень человечных и порядочных людей часто искажат. Необычайную остроту, даже при внешней взвешенности и приглушённости, приобретают споры экономки с дворецким, демонстрирующие то, кем они осознают себя, друг друга, хозяев, гостей. Экономка не собирается обращаться на «Вы» к тому, кто имеет должность младшего лакея. И дворецкого упрекает в том, что его старый отец не туда положил совок или поставил статуэтку. Сам же дворецкий считает, что нельзя отдыхать, пока работодатеель не доволен работой, и что негоже прислушиваться к торжественным разговорам именитых господ за столом…

«Я прислуживал за столом пятьдесят четыре года» — проронит отец главного героя, расстроенный тем, насколько урезали его обязанности из-за его чахнущего здоровья. Ведь старые слуги, для кого единственное средство ощутить себя нужным — выполнять немеряно всяческих дел на грани физических и душевных сил, не хотят прекращать сие, даже если это угрожает их жизни. А сын может быть настолько занят своими заботами, что закрыть глаза своему умершему четыре минуты назад отцу он доверит другому человеку.

Но не одна повседневность господ и слуг — антимилитаристская и антифашистская тематика тут тоже присутствует. Действие частично происходит на фоне международных интриг и надвигающегося военного конфликта, причём даже многие из тех, кто не являются немцами, испытывают иллюзии по отношению к Германии. Всем уже ясно, что Германия вооружается — а всё разглагольствуют о мире, о том, как убедить французов относиться к рейху дружественно. И как же после войны удручает оборачиваться на свои предыдущие решения, и просить прощения за те ошибки…

Кто-то всерьёз возглашает, что меры по чистке цивилизованных стран от евреев, негров и цыган запаздывают. А в Германии же экономический подъём, все за фюрера, никакие профсоюзы не смеют возникать, так почему и в других странах не утвердить такие же традиции? Особенно щемящий эпизод — увольнение двух прилежных служанок-иммигранток лишь за то, что они еврейки.

В этом фильме как будто нет того, что полагается «крутым» и «продвинутым» произведениям. Ни экшена, зрелищных драк, ни таинственных убийств, ни вообще особо острых событий, в которых бы фигурировали главные герои, война и та за кадром. Но… Изумительна атмосфера — без пафоса и гротеска, сдержанная и эстетичная. Живописны интерьеры. И жаль, что Энтони Хопкинс и Эмма Томпсон не получили Оскаров. И дворецкий, и экономка тут одновременно как будто архетипы, но потрясают личностными, индивидуальными чертами, крайней отзывчивостью, трепетностью, уютностью. Они способны освободиться из этого искусственного мира, понять что-то очень сокровенное. В тот остаток дня.

6 апреля 2014

Пожилой дворецкий Джеймс Стивенс (Энтони Хопкинс) отправляется навестить свою давнюю знакомую — экономку Салли Кентон (Эмма Томпсон). По дороге к ней, он придаётся в автомобиле ностальгии по тем дням, когда они вместе прислуживали в поместье Дарлингтон-Холл, в далёкие 1930-ые годы, у богатого и уважаемого лорда Дарлингтона, активно занимавшегося тогда внешней политикой. Однако большую часть его мыслей занимает мисс Кентон, с которой его связывает не только дружба, но и печальная размолвка, произошедшая однажды между ними, после которой экономка покинула Дарлингтон-Холл, желая таким образом досадить безразличному ко всему, кроме чистоты столовых приборов, мистеру Стивенсу. Не будь Джеймс таким слепым и заносчивым исполнителем, двадцать лет назад он бы наверняка позволил себе заметить, как Салли на него иногда смотрит.

Замечательная, многоуровневая драма, поднимающая сразу несколько серьёзных вопросов. Главным из них, как не трудно догадаться, оказалось желание человека замечать только то, что он хочет или считает важным. Дворецкий Стивенс становится ярким примером того, как со временем мышление может фатально автоматизироваться, не позволяя своему хозяину выходить за некие рамки, в которых его решения исходят из окружающего комфорта. Заменив собственные правила чужими, мы прекращаем думать о себе, создавая свой маленький мир, где всё просчитано и продумано за нас. Таким образом, когда в консервативный образ мышления Стивенса со стороны пытается вторгнуться что-то постороннее, он отталкивает это от себя, боясь, что это может разрушить его логичное существование. В итоге, как бы дворецкий не старался услышать окружающих, всё, что они хотели до него донести, казалось ему неуместным. Даже светлые чувства Салли долгие годы лишь поверхностно касались несгибаемого характера Джеймса, который просто физически не мог ответить ей нечто большее чем «Благодарю вас, мисс Кентон». Чего уж говорить о том, что он никогда бы не решился поставить под сомнение странные политические решения глупого и наивного лорда Дарлингтона, который на глазах у своего верного слуги долгие годы позволял собой манипулировать. Не вмешался Стивенс и тогда, когда Дарлингтон, под тяжестью нацистской лапши на ушах, повелел выставить за ворота двух молодых гувернанток еврейского происхождения. В общем, как вы уже, наверное, поняли, сценарий у фильма вышел с иголочки. Оценив предложенную картиной ситуацию, мне теперь страшно представить себе, насколько убийственной для воли человека может быть одержимость нейтралитетом. Есть ли в этом кино ещё что-нибудь, кроме прекрасной истории? Разумеется.

Например, запоминающаяся стилистика. Всё действо почти 100% времени происходит в дорого обставленных комнатах гигантского поместья, в результате чего, обстановка порой находится на грани мистического детектива. Частенько здесь бывают очень атмосферные сцены, когда два человека тихо разговаривают в большой комнате, как бы боясь эха, которое может внезапно прокатиться по коридорам Дарлингтон-Холл. Повсюду царит сильное настроение того, как незначительны люди в этом огромном, импозантном муравейнике, который на много лет переживёт все интриги, скандалы и перебранки.

Актёрская игра тоже не подкачала. Как бы ни хотелось быть честным по отношению ко всем, но только Хопкинс и Томпсон здесь имеют значение. Энтони тут это, что совершенно потрясающее. Мало того, что вряд ли возможно в принципе сыграть более правдоподобного английского джентльмена, так он ещё и умудрился сделать невероятно живым дворецкого Стивенса, такого сухого и скупого на эмоции персонажа. По нему просто видно, как он отгораживает себя от ненужных впечатлений. Эмма же чудесно сыграла робкую, но волевую работницу, которая выгодно контрастирует с игрой Хопкинса и является полной противоположностью его героя.

Подведём черту: если вы соскучились по хорошей драме, которая легко жонглирует сразу несколькими интересными темами, то «На исходе дня» нельзя пропускать. Оно того стоит. Мои горячие рекомендации.

8 из 10

3 декабря 2013

Служение — это тип отношения человека к своей деятельности, при котором он ощущает себя ответственным и обязанным добросовестно и высокопродуктивно выполнять любую взятую на себя работу.

Из словарной статьи

«На исходе дня» — сложная и глубокая психологическая драма о служении — в самом высоком смысле этого слова, как его понимают, на национальном уровне, наверное, только англичане и японцы. И именно японец, живущий в Британии (никто бы другой не сумел — только тот, у кого самурайский кодекс в крови), написал роман, который лёг в основу картины об удивительной самоотверженности маленького английского человечка, дворецкого Стивенса (Энтони Хопкинс), положившего всю свою жизнь на то, чтобы служить и прислуживать представителю знатного британского рода.

Но всё-таки служить и прислуживать — это далеко не одно и то же. И жертвы, на которые идёт Стивенс, руководимый своим обострённым чувством долга и достоинства, вызывают не только восхищение, но и острую жалость, даже гнев, потому что служение само по себе — как стиль жизни — оказывается бесплодным, если цель его ничтожна. Представьте себе монаха-аскета, который добровольно отказался от семьи, женской любви, личной свободы, отдыха, от всего человеческого, даже от собственного мнения — ради служения Богу и спасения души. Стивенс — тот самый монах, но все его усилия к усмирению собственного духа и плоти — ради, хоть и недурного, но очень недалёкого человека, который совершает по жизни серьёзные ошибки (действие происходит во время развёртывания Второй Мировой войны), о которых впоследствии горько пожалеет.

Стивенс — предельно внимательный человек, он видит, когда его хозяин ошибается, но он сам загнал себя на прокрустово ложе сверхпослушания и даже когда внутренне не согласен с хозяином, оправдывает его слова и поступки:

«Мисс Кентон, мы с вами многого не понимаем в этом мире, а его светлость решает огромные проблемы и во многом разбирается, например, касательно природы евреев»…

Вообще меня весь фильм не отпускало ощущение, что фильм построен на христианских аллюзиях. Как Стивенс реагирует на смерть отца? Как велел Христос: «Оставьте мёртвым хоронить своих мертвецов». Но ради чего? Ради пустышки — чтобы проводимый хозяином банкет прошёл без сучка, без задоринки.

Своё кредо Стивенс выразил в бесподобном по абсурдности и самоунижению монологе:

«Я считаю, мистер Бэн, что человек не может быть доволен собой, пока он не сделает всё для своего работодателя, это возможно лишь тогда, когда работодатель выше тебя не только по статусу и богатству, но и в моральном смысле».

Хопкинс играет бесподобно. Это, мне кажется, лучшая его роль. Он сумел воплотить в своём герое совершенно противоположные черты: неимоверную гордыню, чувство собственного достоинства и глубочайшее, до самоуничижения, смирение; ум и близорукость; доброе сердце и чопорность.

Как-то написалось лишь об одном аспекте этой картины, но в ней заложен далеко не один смысловой слой, да и сюжет, и психологические портреты персонажей, которые больше недоговаривают, чем говорят, гораздо богаче. В общем, очень и очень рекомендую к просмотру.

Фильм номинировался по многим категориям на «Оскара», уступив основной приз (имхо, несправедливо) «Списку Шиндлера».

10 из 10

16 сентября 2013

Любовь приходит и уходит, а слуг хороших фиг найдёшь

Идиома, заключённая в английском названии, представляет собой тот непродолжительный период времени на исходе суток, когда после трудового дня можно, наконец, заняться личной жизнью. Она была извлечена Джеймсом Айвори из романа японца Кадзуо Исигуро, действие которого берёт своё начало после Первой мировой войны. В поведанной истории эта словесная формула выступает в роли ключевой метафоры.

Личной жизни раз и навсегда лишает себя Стивенс, образцовый английский дворецкий, который всю свою жизнь провёл в одном из самых знатных домов Англии — старинном поместье Дарлингтон-холл. Он не просто самый старший слуга, но ещё и самый преданный хозяину человек, своего рода, генерал прислуги, строго следящий не только за порядком в гигантском особняке, но и контролирующий все служебные взаимоотношения в подведомственном ему государстве.

Многолетнее подавление личных желаний во имя служебных принципов научило Стивенса до такой степени скрывать свои чувства, что он начал походить на манекена. Но привычное и неизменное течение дней неожиданно нарушило прибытие новой экономки, мисс Кентон. Но на все попытки неравнодушной к нему домоправительницы сблизиться Стивенс отвечает молчаливым отказом, так и не отважившись дать волю начавшемуся пробуждаться интересу к женщине. Он посвятил свою жизнь беззаветному служению Дарлингтон-холлу, и нет ничего, что могло бы заставить его изменить долгу и главной своей социальной функции…

Этот фильм стал как бы квинтэссенцией целого цикла картин американского режиссёра Джеймса Айвори, предпочитающего работать в Англии и снявшего там свои лучшие картины, как правило, обращённые к викторианской эпохе. Тщательно воссоздавая атмосферу патриархального уклада и ритуалов, царящих в поместьях родовой аристократии, Айвори именно здесь доводит до логического завершения, до абсолюта драму противостояния рутинного церемониала и живых эмоций.

Окультуренная традиция лишила институт английских слуг не только комплексов плебейства, но и, больше того, создала из них особую касту, потребовав взамен «всего ничего» — подавления чувственных проявлений. Поэтому Стивенса можно считать не только носителем, но и заложником этой системы. Кастовые отношения хозяев и слуг обрели в Британии с течением лет статус одной из особенностей национальной культуры, постоянно притягивающей к себе интерес как английской литературы, так и кино.

Тут достаточно вспомнить хотя бы знаменитого «Слугу» (1963) Джозефа Лоузи. Кстати, Джозеф Лоузи, Стэнли Кубрик, Терри Гиллиам и Айвори составляют своеобразную, немногочисленную команду великих режиссёров, которые перебрались из Америки на Туманный Альбион (хотя первый из них не совсем по своей воле). Фильм The Remains of the Day был выдвинут на «Оскар» в восьми номинациях. Но этим всё и ограничилось, поскольку никому тогда не удалось составить конкуренцию «Списку Шиндлера», сорвавшему призовой банк.

11 сентября 2013

сплошное удовольствие

Для меня, ярой англоманки, этот фильм был просто как глоток свежего воздуха. Это какой-то «Даунтон Эбби» в формате полнометражки.

Неторопливый, по-английски обстоятельный рассказ об одном отдельно взятом британском доме в период между двумя мировыми войнами и немножко после второй мировой. Актеры — не менее мировые: Энтони Хопкинс, Эмма Томпсон, Хью Грант, Кристофер Рив.

Дворецкий Стивенс верно служит своему хозяину, держит целое поместье, и все это происходит в то время, когда Европа решает: дать ли Германии второй шанс. Хозяин Стивенса сделал неверный выбор.

Как и сам Стивенс. Причем не только в сфере политики.

Я лично смотрела с субтитрами, как смотрю вообще все английские фильмы и сериалы. Не могу не млеть от этого потрясающего английского. 2 часа удовольствия вам гарантированы.

28 августа 2013

С первых секунд мы погружаемся в атмосферу благородной эпохи вследствие эффекта, производимого строгой, но нежной сосредотачивающей музыки, льющейся где-то за гравюрой классико-архитектурного здания, изображенной на экране.

Затем, словно прожигаемый сигаретой, отпечаток распадается, обнажая за парой автомобильных поворотов все то же непоколебимое здание во всей красе, за событиями в котором предстоит наблюдать ближайшие пару часов.

Чего ждала я от этого времяпрепровождения? Истинно английского духа царящих нравов, показанного на примере одного поместья; полупечальной истории дворецкого, некогда разочаровавшегося в жизни (и, как следствие, обжигающего холодом свою идеальную партию), и в полной мере счастливого ее итога «на исходе дня». Да, пусть все будет обрамлено флёром эротического томления и менее уступчивой борьбой в душе английского слуги опыта и надежды на счастье.

Что я получила? Все, за исключением банального сюжета, описанного выше. Конечно, было глупо ожидать заурядную картину с Энтони Хопкинсом в главной роли — это две взаимоисключающих вещи. И кстати, на мой взгляд, в большей степени благодаря игре этого актера фильм поднимается на уровень выше среднего. Не перестаю удивляться, как искусно оперируя оттенками во взгляде и жестах, ему удается тонко передать любое значение спектра человеческих настроений. Все, все, все в нем что-то говорит: каждая мышца, каждое сделанное движение, даже, черт возьми, то, насколько широко открыты его глаза. Отдельного восхищения заслуживает эпизод, во время которого экономка мисс Кентон хочет узнать, какую книгу читает дворецкий. Буквально за полминуты напряжение картины, которая за предыдущие полтора часа просмотра приводит к какому-то состоянию оцепенения, вынуждающему смотреть ее как бы по инерции, достигает своего апогея, а также той температуры плавления сердца, при коей мои руки как завороженные снимают шляпу, аплодируют и одновременно с этим плетут лавровые венки создателям, самый почетный из которых достанется Энтони Хопкинсу. И хотя рецензируемый фильм обладает и другими достоинствами, помимо вышеназванной сцены, но если бы их не было, то она одна с лихвой окупила бы все его недостатки.

К слову, о недостатках. Иногда трехчасовые фильмы настолько мастерски исполнены, что их хронометраж сверх стандарта ощущается лишь по причине болей в известном месте от долгого беспрерывного сидения (вспомните свой первый раз с «Титаником»). Не будь бренной физической оболочки у зрителя, он бы и не заметил, сколько прошло времени. Но часто бывает и так, что эталонных 120 минут более чем достаточно, а к середине внимание уже начинает рассеиваться. К сожалению, последнее суждение как раз относится к комментируемому фильму, а все потому, что он богат на детали. Вообще, приятным открытием был тот факт, что кино снято по мотивам романа Кадзуо Исигуро, поскольку я истый фанат идеи экранизации хороших (и не очень) литературных произведений (уж теперь-то я точно не пройду мимо этой книги). Их поклонники в основной своей массе любят наиболее приближенные к своему идейному источнику фильмы. Тот ли это случай? Не знаю, лично мне показалось, что некоторые эпизоды можно было бы безболезненно удалить, избежав при этом каких бы то ни было негативных последствий, в виде, например, потери канвы сюжета или переживаний главного героя.

Эти переживания, кстати, весьма статичны в своих проявлениях. Лишь во второй половине фильма мы едва ли не физически ощущаем, какая буря бушевала в душе дворецкого, призванного кем-то зачем-то кому-то служить и отдать этому служению всего себя, включая возможность получить последнюю радость в жизни. Может ли это быть призванием? И правильно ли он поступил, заперев свои чувства в строгом черном костюме, бесстрастном взоре и однообразной работе, упустив и последний, еле дышащий шанс на их проявление? Фильм дает волю полярным представлениям на этот счет.

13 августа 2013

Gentleman will walk and never run (Sting — Englishman in New York)

Сколько бы он ни желал, сколько бы к ней ни тянулся — не будет он ею

владеть, красотой и любовью мира! (Дж Голсуорси, Сага о Форсайтах)

На самом деле, фильм намного лучше, чем кажется на первый взгляд. Восемь номинаций на Оскар, пусть он и проиграл все до единой Списку Шиндлера — фильм, тем не менее, оставляет послевкусие и заставляет вернуться к нему во второй и в третий раз. Заметить то, что ускользнуло во время первого просмотра — как прячет верный себе Cтивенс подгоревший тост в карман в финале этой истории. Kак похоже на своего отца он сутулится с возрастом. Становится понятно что история идет по кругу — еще чуть чуть и он сам будет спотыкаться, доставляя подносы с чаем, и скоро будет разжалован — сначала из butler в underbutler, а затем и вовсе сослан в крошечную комнатку наверху доживать свой век

Стивенс — в чем -то ничуть не менее гениальное творение сэра Энтони, чем культовый Ганнибал Лектер. Tак и хочется обратиться к Стивенсу -Хопикнсу словами Лектера -Хопкинса — «Вам следует поучиться получать больше удовольствия от жизни!»

Стивенс — это посредственность, чопорность и благоразумие, подчиненность этикету, условностям, которые его держат сильнее любых запоров. Он — домашний эльф, которому сколько шапки ни шей, ему служение милее в сто крат любой свободы.

Свою (не говоря о чужой) приватность он охраняет с какой-то прям девичьей стыдливостью и не откроет своих чувств никому, даже если его будут об этом практически умолять. Даже если сама ситуация будет требовать от него раскрыться, он лишь произнесет что- нибудь вроде «Мясо будет на обед милорд» и сбежит к своим серебряным ложкам.

Лишь один раз он «прокалывается» и говорит вслух будущему мужу мисс Кентон — я пропаду без нее. Но тут же спохватывается и добавляет, что на хорошей экономке подчас держится весь дом.

Все мы знаем, как Хопкинс виртуозно владеет голосом, как умеет то растягивать слова с издевкой («people will say we are in lоооve»), то наоборот — чеканить их, словно выстреливая каждую согласную («He coveTS!», «Эф Би Ай!), как умеет подпускать в него то бархат, то сталь приказа.

Здесь как у его героя, по сути, нет индивидуальности — так нет и голоса у Хопкинса — он разговаривает приглушенным отрывистыми фразами c жутким британским акцентом, повторяя как шарманка вежливые, приличествующие моменту слова — «да сэр», «нет сэр», «не угодно ли вам», «прошу меня извинить», «если вас не затруднит», «при всем моем почтении»…

А может, и нет там никаких чувств? Может, бедная мисс Кентон напрасно ищет темную кошку в темной комнате, которой там нет? Может, действительно у этого человека вместо сердца — счетоводная книга, а вместо крови — жидкость для полировки серебра?

О нет — конечно, он чувствует! Но Стивенс так зажат в свои представления о приличиях, в броню долга, что даже в самые критичные минуты — смерть отца и сообщение о замужестве любимой женщины — мы лишь по глазам, да чуть сгорбленным плечам догадаемся, что ему плохо. Hа тревожный вопрос молоденького Хью Гранта — все ли в порядке? — он натянуто улыбнется и скажет: «Все прекрасно, сэр, просто немного устал, должно быть».

В кульминационной сцене борьбы за книгу (о, сэр Тони, Bам следовало больше сниматься в любовных мелодрамах!) очевидно, что ему так хочется прикоснуться к ней, сдаться под ее натиском, стать счастливым и сделать счастливой ее. Но как может он — столько раз предупреждавший молоденьких служанок от романов с мужчинами — вдруг сам сделаться этим «мужчиной»? И он говорит прямо противоположное тому, что думает — «Я прошу вас — пожалуйста(!)- не беспокойте меня в столь редкие минуты уединения»

Стивенс — это все хорошее и все плохое, что есть в англичанах. Своей узколобостью, ханжеством, приверженностью заведенному раз и навсегда порядку они подчас упускают саму жизнь. Иногда следует дать волю чувствам — швырнуть вазой, выругаться, выпустить пар. Но они лишь произнесут очередную ничего не значащую вежливость и заведут разговор о погоде.

Но в достоинстве, чувстве долга они и почерпнут силы в часы испытаний и поражений. Они — как по отдельности, так и всей нацией — соберут себя по кусочкам снова и снова, потому что иначе неприлично.

И можно долго рассуждать, что Стивенс — дурачок: он упустил прекрасную девушку ради служения невесть чему, он растратил свою жизнь на то чтобы содержать в образцовом порядке чужую.

Но ему не в чем и упрекнуть себя — он делал то, что должен был, к чему обязывал его статус в этом доме.

Он не женился на мисс Кентон, не зажил с ней долго и счастливо. Но он и не скомпрометировал ее, не поставил ее и себя в неловкое положение, не устроил сцену.

Тот самый категорический императив Kанта — поступай так, чтобы максима твоего поведения могла стать всемирным законом.

Куда скатится мир, если все начнут жениться на экономках? Ведь некому станет подавать чай!

Поэтому улыбаемся и машем. Просто помнить долг. Овсянка, сэр

По десятке Энтони Хопкинсу и Эмме Томпсон, а также за прекрасную операторскую работу и музыку

За некоторую схематичность всего остального — 7

9 из 10

за все вместе

8 апреля 2013

dry endless day

Никогда не был преданным фанатом английской дождливости, отчего знакомлюсь с культурой туманного Альбиона редко и по настроению. Среди всех истинных последователей английских традиций, меня отчего-то привлекает урождённый японец Кадзуо Исигуро. Кто знает, может безропотная, местами даже, самурайская философия этого писателя заставляет меня наиболее полно прочувствовать этот далёкий русскому человеку менталитет. В 1989 году он выпускает свой третий роман «Остаток дня», за который единогласно!! был удостоен Букеровской премии. Истинно английская проза, которая своей неспешностью ввергает в пучину неявных личностных переживаний, на фоне окончания великой эпохи.

Можно долго и красиво писать о книге. Но оставлю это для другого места. В 1993 году выходит в свет экранизация романа, под чутким руководством Джеймса Айвори. Вряд ли кто лучше него смог бы передать эти тонкие литературные моменты на большой экран. Главная роль дворецкого была отдана Энтони Хопкинсу. Он не то чтобы вжился в роль идеально, он сделай её своей до последнего хлопка усталых ресниц. Так изящно и так мужественно воплотив образ истинного англичанина, джентльмена. Главную женскую роль исполняет Эмма Томпсон, которая пламенем своих кудрей готова испепелить окружающую её британскую замкнутость.

История дворецкого, который под старость лет приставлен к новому хозяину. вряд ли может заинтересовать широкую публику. Несмотря на всё это фильм был тепло принят не только на родине, но и за рубежом. Собрав большое количество наград во всём мире, «The Remains of the Day» был даже в восьми номинациях на оскар. Но американцы в фильме предстоят не в лучшем свете, и поэтому все оскары улетели мимо.

Судьба маленького человека на фоне непрекращающихся мировых событий, показана удивительно правдиво. Всё опустошение души можно прочесть в его глазах. Пройдя слепо свои лучшие годы за хозяином, он лишь после его смерти осознал, как был не прав. Теперь путешествуя по стране, в поисках своей старой подруги, он вынужден называться не своим именем, дабы не вызвать непонимания у окружающих. И теперь, на закате своих дней, сидя на скамейке, он чувствует, что другая жизнь, которой у него так никогда и не было, окончательно ускользнула, вместе с последними закатными лучами солнца. Достоинство и честь проиграли в битве со временем. Глупая юношеская любовь, теперь кажется тем, ради чего стоило бы жить.

Её слёзы уносило прохладным дождём, а он лишь печально смотрел ей вслед. Проводив взглядом свою, так и не прожитую жизнь, он лицом к лицу встречает свою старость. И голубь, случайно залетевший в опустевшее жилище аристократа, пытается скорее улететь из этого мрачного места. А он только закрыл разбитое от времени окно, так никогда и не поняв, что же он сделал не так.

26 ноября 2012

Расширенная версия «Пигмалиона» Бернарда Шоу

Несколько лет назад посмотрел в театре отличный спектакль по пьесе Бернарда Шоу. Собственно, фильм во многом созвучен классическому произведению «Пигмалион», но в то же время у него есть собственные грани для раскрытия основной темы — «английского человека в футляре».

Кроме того, события картины разворачиваются на фоне непростого предвоенного времени, показанного с довольно необычного ракурса (аристократия и их слуги). Тут уже уместно упоминание другой отличной ленты — «Я обслуживал английского короля», в которой, правда, совсем другой акцент (поэтому упоминаю в качестве исторической справки, без явной рекомендации к просмотру).

К сожалению, не могу сказать, что фильм меня потряс, задел или хотя бы тронул.

Но, думаю, виной тому не режиссёр и актёры, а собственное отношение к основной проблематике картины. Такое бывает, когда ты давно внутренне согласился с предлагаемым тезисом, и вместо радостного или горестного «Да!» выходит лишь молчаливый кивок понимания…

31 октября 2012

«Я был там, чтобы служить, а не чтобы рассуждать»

Все мы совершаем ошибки. Об этом говорит главный герой картины — дворецкий Стивенс. Но потеря себя, растворение собственной личности в должностных обязанностях — это не та ошибка, которую можно исправить. Скорее это приговор, который собственноручно подписывает себе герой.

Фильм абсолютно нединамичный. В какой-то момент хочется нажать на паузу и отдохнуть, но снова вернуться, потому что до самого конца у зрителя остается надежда, что главный герой сорвет с себя маску холодного, но образцового дворецкого и проронит слезу над телом умершего отца, утешит плачущую экономку или заступится за двух еврейских служанок. Но Стивенс непробиваем никакими эмоциями. Ему не позволяет его собственное достоинство, его статус, его работа. Однако не стоит делать из него жестокого циника или эгоистичного ханжу. Наш герой искренне верит в то, что то, каким он является — лучшее, кем он мог бы быть для своего отца или хозяина. Он не жесток, просто предан работе настолько, насколько способен человек быть преданным кому-то или чему-то.

Что меня обрадовало в этом фильме, так это то, что есть некая ирония судьбы в истории этого дворецкого. Служить столько лет человеку, который, кажется, по заблуждению, поддерживал фашистскую Германию, чтобы потом оказаться на службе богатого американца, чьи идеи полностью противоречат мыслям бывшего хозяина. Для Стивенса это ровным счетом ничего не меняет. И тут в голову закрадывается мысль: служил ли этот дворецкий людям? Ответ, который приходит мне в голову, поражает. Стивенс служит дому. Он, выходящий за пределы роскошного поместья однажды за весь фильм, служит этому зданию. И в этом его трагедия. Смыслом всей его жизни становится работа в этом доме, кто бы в нем ни жил. Работа, которая, как кажется самому Стивенсу, никогда не кончится.

Профессия становится приговором, место работы — тюрьмой. И этот улетающий в окно голубь в самом последнем эпизоде фильма — символ той свободы, которую наш герой так и не приобретет, потому что, увы, но из слуги он давно превратился в раба.

11 июня 2012

Туман над проливом, остров изолирован

Британцы — это холодность, сдержанность, чопорность. Они хранят молчание в транспорте, не повышают голоса в общественных местах, не целуются на улицах. Они уравновешенны, степенны, любят дом, сад, спорт, клуб, чай и домашних животных. Британцы — это сельский пейзаж, твидовый костюм, трубка, палисадник и камин. Это орфография английского языка, левостороннее движение транспорта, технология варки эля и изготовления виски. Это традиции, консерватизм, особое чувство юмора и любовь к абсурдизму, странная привычка шутить над тем, что их окружает, при этом не выказывая непочтения. Удивительный такт. Снисходительность, гордыня, надменность, остаток имперских амбиций, их колониального наследия, когда флаг Британской империи развевался над четвертью суши. Это стремление к свободе, уважение к частной собственности, крайний индивидуализм, предприимчивость и трудолюбие; это критичное относиться к политике, острые, частые споры в Гайд-парке. Это Ла-Манш, узкая полоска воды между континентом и Британскими островами — ров, защищающий «остров-крепость» от захватчиков и охраняющий особую английскую ментальность. Не понимая англичан, их невозможно полюбить. Не любя, невозможно понять.

Вот почему картина Джеймса Эйвори, трогательно почитающего все британское, за пределами туманного Альбиона сегодня многими останется непонятой. Покажется скучной, затянутой, холодной, бессюжетной. Почему? В ней слишком много истинно британского. Слишком много фона в отсутствии героев на переднем плане. Слишком много атмосферы в отсутствии событий. Слишком много разговоров о политике в отсутствии конфликтов, действ и происшествий. Слишком много едва заметных намеков на любовь в отсутствии объятий и признаний. Слишком много красноречивого молчания и бесед на отвлеченные темы. Слишком много «благодарю», «вы так добры», и «берегите себя». Это скорее живопись, нежели фильм. Серия гравюр из жизни обитателей старинного английского поместья в преддверье Второй мировой войны, а жизнь эта — удивительное переплетение судеб хозяев «Дарлингтон-холла» и его прислуги во главе с преданным потомственным дворецким.

«Остатки дня» — это история двух мужчин, работодателя и слуги, написанная для каждого своими кистями и красками, но, по иронии, одного метафоричного содержания. Дворецкий Стивенс — добровольная собственность Дарлингтон-холла. Сервировка стола, полировка серебра и подготовка к банкетам служат своеобразной призмой, сквозь которую Стивенс смотрит на мир, ограничивая его для себя хозяйственной жизнью поместья, в то время как история буквально вершится у него перед носом — лорд Дарлингтон принимает у себя сильных мира сего, дипломатов, чиновников, министров. Но слышит ли он разговоры, при которых присутствует? Нет. Имеет ли собственное мнение? Нет. Слепотой, самообманом и иллюзией комфорта в своем маленьком мирке Стивенс отгораживается от любых опасностей и потрясений, будь то ветер политических перемен или внезапное чувство к новой экономке, молодой, самоуверенной женщине, жаждущей украсить его неброское, скромное, но жестко подконтрольное и упорядоченное существование собой и букетом цветов на столе.

А в это время его хозяин-миротворец, столь же близорукий и несвободный от предубеждений, ведомый чувством вины и устаревшим понятием чести, уже ввергает Англию во Вторую мировую войну, свято веря в то, что стремится ее от этой войны уберечь… Консерватизм обоих становится повязкой на глазах в стремительной скачке к краю пропасти. «Остатки дня» — это трагедия одного человека, упустившего свой шанс на счастье. Это трагедия социальной прослойки британских политиков-любителей, чурающихся радикализма и готовых пожертвовать сухой теорией ради зеленеющего дерева практического компромисса. Это трагедия страны, уже утратившей былую роль на политической арене, но отчаянно цепляющейся за мираж собственного героического прошлого. Это красота в мелочах, драма в мимике и голосах без привязки к диалогам и фразам, это культура, в которую я жадно влюблена, несмотря на все ее изъяны и противоречия.

Энтони Хопкинс. Дурной характер. Многолетний алкоголизм. Поздняя слава. Сэр, вы гениальны, я люблю вас. Его Стивенс — как он ходит, как говорит, как нервно и подобострастно улыбается, в то время, как мысли его далеко и заняты совсем другим! Как преувеличено бурно реагирует на разбитую бутылку вина, как спешит поскорее уйти от жестоких слов женщины, одновременно заставляя себя остаться и выразить подобающие поздравления. Как вздрагивает при приближении мисс Кентон, как прикасается взглядом к ее лицу в знаменитой сцене борьбы за книгу. Как мимолетно, взволнованно и смущенно улыбается в ответ на ее фразу «ведь я покинула тогда поместье, чтобы досадить вам». Самолюбие, твердость, осанка в начале. Уязвимость, незащищенность, сгорбленность в конце. Это невозможно описать. Это нужно увидеть.

Эмма Томпсон. Ее чувства — это бабочка, пойманная в стеклянную банку. Не способная разбить стекло, она отчаянно бьется о ее поверхность, причиняя себе острую боль. Как она нервно мерит шагами комнату, как почти навязчиво привлекает внимание Стивенса хозяйственными мелочами, как сверкает глазами во время стычек и ссор, как стремится быть нужной! Она боролась. Устала. Почти смирилась. А в это время вдоль туманной набережной, в сумерках, зажглись огни. Для кого-то вечер — лучшее время суток. Для кого? Для них?

Кто-то сказал, что этот фильм рождает собой не светлую грусть, а мрачную скорбь. Подобная реакция возможна и даже предсказуема, прими вы несостоявшийся роман героев или порок английского менталитета близко к сердцу, но для большинства зрителей эта картина Джеймса Айвори, боюсь, так и останется монотонной, сдержанной, малособытийной и безрадостной зарисовкой из жизни британского поместья, понятной только самим англичанам и страстным поклонникам их своеобразной культуры. Для меня же в этой исключительной картине дорог каждый миллиметр потраченной пленки.

10 из 10

21 апреля 2012

Фильм из той категории, когда при просмотре, 25-м кадром, ощущается присутствие рыцаря с мечом, на бобине с кинопленкой. Маститость, площадь талантов на квадратный сантиметр кадра — все это видно невооруженным глазом. Картина неспешная, местами до легкой нудности.

Данная картина — Благородная Английская Седина в Висках — как по основным актерам-мужчинам, так и по режиссеру. С высоты лет: режиссуры и актерского мастерства, вопросы охватываются все более глобальные: например, война — что может быть шире. Тем более — Вторая мировая. Описание особенностей характера — вроде мелочь, но здесь, они передаются по наследству и им остаются верными до конца, — а это уже приближает их: от личных качеств — к срезу Характера эпохи, в отдельно взятой профессии, месте и времени действия.

К сожалению, указанная ограниченность, перфекционизм в замкнутом пространстве, а для англичан того времени — еще и жесткое самоограничение (традиции, воспитание, культура и проч.) — делает героя Хопкинса… Да. Ограниченным. У описанного дворецкого — в жизни, всего несколько констант, из основных: работа, безоговорочная вера в Хозяина и приверженность традициям, настолько большая, что герой Хопкинса — становится Хранителем традиций. Разрушение одной из констант — усиливает веру в оставшиеся. Совокупность всех этих особенностей, в какой-то степени — даже вызывает антипатию к герою.

Приведенный в фильме дворецкий — это Идеальный дворецкий. К сожалению — идеальный дворецкий — далек от идеального человека. Местами, напоминает вовсе -преданного пса, умеющего гладить утюгом свежий номер «Times». Цепкое хватание за небольшое количество констант — из неуверенности и боязни потерять себя — характеризует такого героя, примерно в соответствии с изречением: «хуже человека, не прочитавшего ни одной книги в жизни — есть человек, прочитавший всего одну книгу».

Таким образом, даже из вышеприведенного потока мыслей — можно судить о том, что основным богатством картины — являются ее герои и созданные ими образы. Сюжет — относительно скуден, по отношению к хронометражу. Но здесь — это оправданно. Он оправа — для настоящих «звезд» кино.

Фильм снят по книге японского автора. Может поэтому, в коконе условностей и традиций, безоговорочной преданности себе и своему делу — сквозит что-то самурайское.

8,5 из 10

12 декабря 2011

Остаток дня — это вечер. Он наступил для старой доброй Англии. Вечер изысканных манер и скромного поведения, вечер устаревших представлений о долге, чести, справедливости… Когда придет ночь нашей славной цивилизации, не будет места таким людям как лорд Дарлингтон и его дворецкий Стивенс.

Пока же мы наблюдаем, как наивный Дарлингтон (Джеймс Фокс) пытается примирить увязших в своих национальных амбициях немцев с американо-британскими нуворишами, прикрывающимися заботой о соотечественниках. Давно миновали те времена, когда подобные споры решались умными людьми, по-рыцарски настроенными в отношении друг друга. Теперь бал правят хамство, злоба, жадность, шпионаж…

Стивенс — такой же динозавр, как и Дарлингтон. В наши дни ТАК себя не ведут даже потомки былой аристократии, кривляющиеся и визжащие на светских раутах. А тут — дворецкий! Необходимо помнить, однако, что выдержка истинных слуг воспитывалась столетиями и заслуживала не меньшего уважения, чем происхождение их хозяев. Я снимаю шляпу перед талантом сэра Энтони Хопкинса. Какое мастерство, какая вдумчивость, какое… благородство!

Трудно сказать, изменилось ли поведение Стивенса, сложись иначе его отношения с экономкой мисс Кентон (Эмма Томпсон). Дворецкий не показался мне несчастным, поскольку он — самодостаточен. Неприятно кольнуло другое: неудавшаяся попытка Стивенса отречься от своего бывшего хозяина в послевоенной Англии, охваченной патриотическим психозом.

Увы, судьба поместья лорда Дарлингтона типична для той эпохи. Большинство родовых гнезд после войны было продано или сдано в аренду таким личностям, как конгрессмен Трент Льюис (Кристофер Рив), и потакающее лейбористам государство одобрило процесс купли-продажи очагов национальной культуры.

Фильм снимался на юго-западе Англии. Внешне роль Дарлингтон-Холла исполнила усадьба Дайрем (Глостершир), а в интерьере же выделяются музыкальный салон с прекрасным камином и парадная лестница замка Поудерем (Девоншир).

10 из 10

1 апреля 2011

Потрясающе

Лично я разочарована в разочаровавшихся этим незаурядным фильмом. Такая сильная игра актеров и тонкая передача знАчимости основы человеческих отношений — Уважения меня привела в восторг.

Большинство «лордов» (как нарицательное) не стоят и мизинца простого дворецкого, сколько чопорности и высокомерия в них, желания высмеять (сцена большого приема), которые разбились в пух и прах об учтивость героя фильма.

Он не дурачок и далеко не человек без лица, он Человек с большой буквы — тонкая вежливость, безотказность, любовь к своему делу достойная похвал — это далеко не качества служки, это благородство до «мозга костей».

Дворецкий не ропщет на судьбу, не знает зависти и злости, он даже романтичен и робок (даже слишком робок к моему сожалению).

Фильм оценят определенно созревшие личности, либо стремящиеся познать нечто светлое и непобедимое.

Шикарно и просто потрясающе

10 из 10

29 декабря 2010

Делай, что должен, и будь, что будет

Можно однозначно сказать: «На исходе дня» — удивительный фильм. Удивительно, что он весьма точно экранизирует роман Кадзуо Исигуро, который, кажется, вообще не подлежит экранизации, потому что представляет из себя преимущественно рассуждения героя. Удивительно, что статичная картинка нисколько не скучна, а фильм вовсе не кажется затянутым, несмотря на принципиальное отсутствие действия. Удивительно (и весьма печально), что при всех своих замечательных качествах, фильм не слишком известен.

Чтобы ответить на вопрос: «о чем этот фильм?» — нужно либо просто сказать, что это воспоминания дворецкого богатого английского дома о событиях 30х годов XX века, либо попытаться пересказать все сюжетные линии, причудливо сплетенные в единое повествование, либо — и это будет честнее всего — посоветовать посмотреть сам фильм.

Несмотря на неспешность развития событий, назвать фильм вовсе бессобытийным нельзя. Напротив, рассматривать его стоит именно как рассказ о важнейших событиях в жизни героя — дворецкого мистера Стивенса. Какие-то из них имеют значение только для него самого, какие-то повлияли ни много ни мало на ход истории. В то время, когда они происходили, мистер Стивенс явно отдавал предпочтение событиям историческим, считая своим долгом верно служить хозяину дома лорду Дарлингтону. Тот тоже ставил долг во главу угла: своим долгом он считал восстановление справедливости в послевоенной Европе. В итоге и слуга, и господин оказались заложниками своих представлений о долге и достоинстве.

Выйдя из дома, в котором он провел большую часть своей жизни, мистер Стивенс отправился в путешествие по стране — и по своим воспоминаниям. Внимательно оглядевшись вокруг, он вдруг обнаружил, что жизнь как-то незаметно прошла мимо, а вместе с его хозяином ушла в небытие целая эпоха. Он ни о чем не сожалеет — он всегда выбирал то, что должен был выбрать, а именно так и поступает достойный человек — но на исходе дня нет-нет да и возникнет непрошенная мысль о том, что могло бы быть, если не…

Для успеха подобного фильма необходима мастерская игра актеров. Энтони Хопкинса в роли мистера Стивенса великолепен: ничего не делая и произнося минимум реплик, он сумел полностью раскрыть характер своего героя. Да, мистер Стивенс таков, что высшим проявлением чувств у него является фраза: «Сегодня я немного устал,' — но это ни в коей мере не значит, что чувств у нет. Держать в себе все переживания невероятно тяжело, но это поведение достойного человека. И все, что остается герою, — отпустить прошлое (как птицу выпустить из дома) и по возможности приятно прожить остаток дня.

4 ноября 2010

Фильм, которому действительно не повезло. Выйди он не в один год со «Списком Шиндлера», он мог заслуженно получить далеко не одну золотую статуэтку, а в итоге остался ни с чем. К счастью, сам фильм от этого хуже не стал.

Итак, перед нами тонкое психологическое кино, очень необычным образом рассказывающее о Второй Мировой Войне. Необычным, так как в фильме главным героем является камердинер в доме влиятельного лорда и мы как зрители видим происходящее практически его глазами. Видим, как сильные мира сего «творят историю» и как потом их поступки влияют на их собственную судьбу. Впрочем, политические события — это лишь одна из граней сюжета, основная линия которого — это взаимоотношения главного героя, дворецкого Стивенса (обидно, что Энтони Хопкинс уступил «Оскар» слезовыжимательному Тому Хэнксу с «Филадельфией») с экономкой в не менее блистательном исполнении Эммы Томпсон. Принципы, которыми всю жизнь руководствовался герой, на этот раз не дают ему отойти от своего стереотипа поведения, выразить чувства, признать в своей жизни важность чего-то кроме работы и служения лорду.

Финал нельзя назвать полностью пессимистическим, он скорее несет оттенок легкой грусти о том, что было возможно, но так и не состоялось. Я бы сказал, что фильм во многом — о цене решений, который все мы принимаем или не принимаем.

9 из 10

15 марта 2010

Anthony Hopkins

Номинированный на 8 основных «Оскаров» и, к несчастью, не получивший ни единой статуэтки, «На исходе дня» Джеймса Айвори по праву считается образцовым историческим исследованием британской психологии. Может показаться парадоксальным, что лента снята американцем по сценарию немецкой еврейки Рут Проэр Джабвалы, которая перенесла на экран японский роман Кадзуо Ишигуро, но центральный для фильма конфликт между долгом и чувствами известен всем этим и многим другим народам.

Создатели картины лишь рассмотрели его на примере другой культуры, потому что, иногда чтобы взглянуть в глубину, нужно смотреть со стороны. Поначалу картина кажется «заторможенной» и излишне медитативной, но затем понимаешь, что только так и можно раскрыть внутренний мир героев — гротескный, не всегда адекватный здравому смыслу, но, безусловно, яркий и запоминающийся. Автор педантично раскладывает по полочкам происходящее в доме, и мы, сами не понимая как, вместе со Стивенсом поселяемся в поместье, вдыхаем запахи старой кожи и красного дерева, размышляем о том, что такое опыт, любовь и верность традициям… И почему Хопкинса помнят как доктора Лектера, если старый дворецкий — намного более сильная работа?

В фильме переплелись мелодраматичные, социальные и политические мотивы и этот коктейль надо пить медленно и вдумчиво, не торопясь — только тогда удовольствие гарантировано.

1 января 2010

Все привыкли к тому, что американский режиссер Джеймс Айвори умело воссоздает на экране викторианско-эдвардианскую эпоху Британский Империи.

Вот и в экранизации одноименного романа Кадзуо Исигуро Айвори показывает упадок британской аристократии и крах сложившихся устоев. И хотя эта лента напоминает прежние работы американца, нельзя не поразиться удивительно тонкому и чуткому восприятию им «облика минувших времен».

Безусловно, достижению таких впечатляющих результатов способствовали прекрасные актерские работы Энтони Хопкинса и Эммы Томпсон, воплотивших на экране образы дворецкого Стивенса, не могущего признаться в своих чувствах и вынужденного «на исходе дня» жалеть о своем выборе, и экономки мисс Кентон, влюбленной в Стивенса и страдающей из-за его пассивности.

Главным же недостатком фильма является отклонение основной канвы сюжета (крах эпохи на примере краха одного человека) в сторону длинных, неинтересных сцен званых ужинов с делегатами разных стран, обсуждающими проблемы места Германии на политической арене в 30-е годы.

6 декабря 2009

После книги Исигуро.

Пожалуй, это лучшая экранизация книги, когда-либо виденная мной! Это замечательное кино. Очень талантливое. Очень хорошее. Это как если бы бриллиант (книга Исигуро) обрел достойное обрамление. Когда мысль, безусловно, идеально претворяется в жизнь, и теория ни сколько не уступает практике. Когда игра актеров не коверкает сущность героев, а дополняет. Когда небольшие несоответствия в сюжете и книге не портят общую идею, а филигранно ее подчеркивают. В общем и целом — это действительно лучшая экранизация…

Можно ли сказать, что фильм скучен? Затянут? На самом деле, если прочитать книгу становится ясно, что сюжет даже динамичен для такого романа. Исигуро пишет неспешно, размеренно, мысли, разложенные на полочки, раскладываются там еще более тщательно. Внутренние переживания, воспоминания занимают гораздо больше места, чем динамика сюжета. И режиссер не стал лишать фильм этой японско-английской изюминки. Его внимание на мелочах, которое удручает киноманов, это та самая главная особенность, что делает фильм максимально реалистичным. Режиссеру удалось удвоить те мысли и переживания, что возникают при чтении «Остатка дня». На мой взгляд, это просто удивительно. Это на самом деле сложно, и если вы читали Исигуро, то вам станет ясно, о чем я говорю. Такой «внутренний» роман очень трудно перевести в образы и картины так, чтобы не утратить авторскую специфику мысли.

Самым главным, безусловно (о чем просто немыслимо промолчать, говоря об этом фильме) является игра Энтони Хопкинса. Никто не сомневается в его таланте. И просто петь дифирамбы, пожалуй, было бы очень банально. Но сравнивая героя книги и героя Энтони Хопкинса, невооруженным взглядом будет заметно, что Стивенс стал более живой. Более «человеком». Более реальным. И те эмоции, те чувства, что дворецкий прячет ото всех, даже от самого себя в книге проскальзывают столь малозначительно, что складывается образ человека невозмутимого, закрытого. Отшельника. В фильме же Хопкинс открыто демонстрирует эти эмоции. Открыто, правда, нужно закавычить, потому что это «открыто» по меркам английского дворецкого — глазами. Паузами. Движением рук. Мимолетным взглядом. Но все становится ясно. Хотя это может быть, скажет кто-то, переворачивает идею фильма. Не знаю. На мой взгляд, роль сыграна просто безупречно.

Хочу сказать, что без книги я смотреть фильм не рекомендую. Без книги о многих вещах может сложиться превратное мнение, и смотря фильм вы не будете знать ту внутреннюю философию Стивенса, что послужила залогом уникальности как книги, так и фильма.

10 из 10

3 ноября 2009

Долг превыше всего ?

Фильм сделан настолько добротно, что даже при отсутствии в малейшей степени «экшена» заставляет смотреть с непрерывным вниманием на всем своем протяжении. Фильм не для того состояния духа и настроения когда просто хочется расслабиться и отдохнуть, так как подталкивает к размышлению и неизбежным выводам.

Всю жизнь главный герой фильма исключительно добросовестно выполнял свой служебный долг, но можно ли назвать счастливой такую жизнь, где самой большой радостью является беспримерное служение кому-то — думаю, что неслучайно режиссер для высказывания своих идей делает главного героя дворецким. Эгоистом в определенной степени быть тоже необходимо, и не забывать о маленьких (и разумеется больших) радостях для самого себя, а заодно не обделять вниманием своих родных и близких. Такова очевидно основная идея этого фильма.

Одновременно его можно рассматривать как блестящее пособие по учтивому светскому общению и правилам приличия, придуманных умными людьми дабы не осложнять себе жизнь.

6 из 10

21 августа 2009

Пару часов назад я считала, что когда нечего особо посмотреть, открывай фильмографию Хопкинса, тыкай пальцем наугад в любом фильм — не прогадаешь. Однако, с прискорбием стоит сказать, что я ошибалась. И у великих бывают провалы.

Я не могу сказать, что фильм не удался из-за сера Энтони Хопкинса, это было бы кощунством с моей стороны, и даже лицемерием. Тогда в чем причина спросите вы? Режессер недостаточно внимания уделил мелочам, сценарист сюжету, оператор — неким таким приемчикам, когда зритель малозначительные детали возводит в ранг первостепенных вещей. Упущена атмосфера, потеряна, испорчена иллюзия викторианской эпохи. Характеры актеров практически не переданы, нераскрыты. Съемочная команда словно размазала действия по кинопленке. Вместо того чтобы развивать основную сюжетную линию, приводить чувства зрителя в напряжение, режиссер распылялся на совершенно отвлеченные вещи, не имеющие никакого отношения к развитию событий.

Я понимаю, что фильм этот создатель его пытался сделать нешаблонным, отойти от традиций Голливуда, но он переборщил. Фильм пуст, бессмысленнейший. Что пытался сказать автор? По моему, он ничего не сказал. Просто история неудачной жизни, такой, которой живут миллионы людей.

А кем является главный герой? К какому типу его определить: «человек без лица», «маленький человек», может просто дурачок?

Простите, но мне непонятно зачем создавать безыдейный фильм, когда ты ни выводов никаких из него извлечь не можешь, ни даже насладиться картинкой…

Признаться, я разочарована.

5 из 10

21 июля 2009

Order and Traditions

Сменив трепет виртуального первопроходца на уверенную решимость графоманствующего кинолюбителя, приступаю к попытке написания очередного отзыва на очередной фильм. С той лишь оговоркой, что, как ни странно, доселе страница фильма на «русском imdb» не была избалована зрительским мнением, а потому речь идет об очередном моем отзыве. Ну, а сам предмет внимания совсем нельзя назвать «очередным» в значении обычный, проходной, не запоминающийся. Постараюсь не заработать таких ярлыков и к своему комментарию.

Пожалуй, не буду пересказывать сюжет, но походя отмечу, что прилагающийся к лицензионному российскому изданию синопсис хоть и близок к правде, но прямолинеен и безыскусен донельзя. Хотя, передать сухими словами все полутона и оттенки данного произведения кинематографического искусства — задача не из легких.

Назвать «На исходе дня» простой историей любви в непростых окружающих условиях — это, по меньшей мере, нелепое заблуждение. Фильм выше этого, он тоньше и глубже. Здесь правят бал недосказанность и светлая грусть о былом.

Но давайте поговорим о более земных вещах. Для общего развития, несомненно, стоит уделить немного внимания пресловутым режиссеру и актерам. После чего нельзя будет не сказать о сопутствующих премиях и наградах. Итак, кто же они, обладатели основных трех из общих восьми номинаций на премию Оскар? Правда, ни одна из них так и не была получена — не повезло с соперником в лице «Списка Шиндлера».

Троекратный оскаровский номинант, до «The Remains of The Day» с картинами «A Room with a View» и «Howards End», Джеймс Айвори в режиссерском кресле, да великолепные Энтони Хопкинс и Эмма Томпсон перед камерой. Айвори филигранно управляет, Хопкинс и Томпсон вдохновенно исполняют. В общем-то, больше и не о чем рассказывать: поклонникам качественной режиссуры и самозабвенной актерской игры выше написанных тезисов будет достаточно. Россыпь номинаций, не забываем о Спилберге, в различных категориях на различных кинофорумах — лишние аргументы «за».

Кинолента подается с периодическим использованием закадрового нарратива, обозначающего чтение писем главных героев друг к другу, а также сопутствующих, зачастую довольно продолжительных флэшбэков на «двадцать лет назад». И, наверное, именно события давно минувших дней занимают основную часть сюжета.

Нехватку в динамике, которая, впрочем, там совершенно ни к чему, фильм компенсирует удивительно правдоподобной атмосферой, подчеркнутой с первых кадров очаровывающей музыкой, восхитительными интерьерами и видами истинно английских поместий.

В картине Айвори немало места отведено политике: фоном к «истории взаимоотношений дворецкого и экономки» служат события вокруг сомнительных прогерманских решений лорда Дарлингтона. Поместье лорда — оплот настоящей Британии. Здесь все, от последнего конюха до самого хозяина, пленники Порядка и Традиций. Здесь живет и трудится потомственный дворецкий Стивенс, чей образ раскрывается через отношения с престарелым, прослужившем на аналогичной должности 54 года, отцом, с новой, ставшей незаменимой в хозяйстве экономкой.

На втором плане с разной степенью эпизодичности мелькают средневозрастные Кристофер Рив и Хью Грант, а также совсем молодые и мимолетные Бен Чаплин и Лена Хиди. Своими в меру страстными партиями они разбавляют внешнюю чопорность и спокойствие главных действующих лиц в исполнении Хопкинса и Томпсон. Но у мистера Стивенса и мисс Кентон все главные эмоции внутри, и остается лишь восхититься самообладанием героев, а также необыкновенным талантом воплотивших их образы актеров, сумевших и в гриме «20 лет спустя» донести до зрителя всю гамму их внутренних страстей, всю глубину и грусть отношений.

25 марта 2009

Мелодрама На исходе дня в кино с 1993 года, релиз вышел более 28 лет назад, его режиссером является Джеймс Айвори. Кто снимался в кино, актерский состав: Пол Копли, Майлз Ричардсон, Пип Торренс, Джеймс Фокс, Лина Хиди, Хью Грант, Энтони Хопкинс, Бен Чаплин, Питер Вон, Руперт Ванситтарт, Эмма Томпсон, Микаэль Лонсдаль, Паула Джейкобс, Джо Кендалл, Тим Пиготт-Смит.

На фильм потрачено свыше 1.В то время как во всем мире собрано 23,237,911 долларов. Производство стран Великобритания и США. На исходе дня — имеет достойный рейтинг, более 7 баллов из 10, обязательно посмотрите, если еще не успели. Рекомендовано к показу зрителям, достигшим 16 лет.
Популярное кино прямо сейчас
© 2014-2021 FilmNavi.ru - ваш навигатор в мире кинематографа.