Освобождение: Направление главного удара (1970)

Третий фильм эпопеи Юрия Озерова масштабно переносит зрителя в конец 1943 года, выдавая политику разных стран. Режиссёр помимо боевых сцен дарит зрителям шпионаж, подставы, чтобы оценить масштаб подкупных пособников Германии. Интересно сюжет представляет итоги Тегеранской конференции, чтобы дать Гитлеру преимущество. Опять же, кадры Сталина и Гитлера сняты монохромно, а боевые действия солдат и фронтовое командование, занимающее определённые позиции, в цвете.

Для справки режиссёр датирует события, показывая план Сталину о направлении войск на Беларусь. Картина заставляет масштабнее мыслить, погружаться не только в географические особенности местности, но и тактические действия генералов. На другом «военном поле» действиями Красной армии обеспокоен Гарри Трумэн, так как второй фронт в Европе позволял оттолкнуть немцев назад. Здесь прослеживается тонкая грань союзников, которые понимают масштаб и силу СССР, но при этом не хотят потакать амбициям Сталина. Ведь освободив белорусские земли, советские войска двинутся на Польшу, а ни Трумэну, ни Черчиллю такой исход не нравится.

Лаконично фильм дарит партизанское движение белорусского фронта, где верные ребята минируют железные дороги, строят хитрым способом плацдарм для прохода танков по болотистой местности. Всё это время зритель наблюдает за «шахматной партией» в Кремле, где так приятно появился Василий Шукшин в роли маршала Конева (предыдущий актёр, Юрий Легков, не пришёл по нраву самому маршалу). Но, пока были живы участники войны, режиссёр Юрий Озеров со всеми прихотями соглашался.

Наступательный план «Багратион» в Беларуси снят прекрасно. Зрителю передают блестящий кольцевой захват немцев силами белорусских армий. Причём боевые сцены, танковые переправы, освобождение Бобруйска и Минска, отлично сочетаются с кадрами нормальной, человеческой сцены. На примере Зои и нашего любимого капитана Цветаева нас словно переносит вне времени, показывая жалость, тоску, любовь и надежду. Масштаб этой сцены сравним с самой операций по освобождению Беларуси, так как словно из грёз, показывает человеческие отношения и заботу. Дальнейшие кадры с огнемётами фашистов бросают зрителя на бойню.

Великолепно картина передаёт эмоциональное напряжение путём союзных действий советских лётчиков и французов. Режиссёр интегрирует в действия танковой пехоты высадку в Нормандию, а также отлично показывает работу французской эскадрильи в рядах советских лётчиков. «Направление главного удара» разделяется на две части, после освобождения Беларуси, нас погружают в сомнения и споры немецких генералов. После Курской битвы доверие к действиям фюрера ослабевает, заодно митинги в Италии, побег Муссолини, чтобы вывести всё на подпольный совет.

Юрий Озеров переходит от масштабных битв, радостных возгласов мирных жителей Минска и Бобруйска к шпионажу на Восточном фронте. Здесь показаны сомнения офицеров Вермахта, которые были против подавления мирного населения. Впечатляет, что план назревал уже давно, а смена должностей (ведь Гитлер винил только командиров, не брав в расчёт силы Красной армии и союзных СССР государств), спровоцировала работу генералов, что позволило Клаусу Штауффенбергу прийти к реализации операции. Великолепно режиссёр показывает хитрый план на конференции в Растенбурге, одной из ставки Гитлера. Здесь подмечается, что последствия носили стремительный характер, показывая, как распространяется информация среди шпионов и предателей. Очередное доказательство, что в логове тирана поползли сомнения и недоверие.

Оттеснение войск на фронте и покушение в «Волчьем логове» («Вольфсшанце») свидетельствует о разобщении, о попытках сместить власть. К чему это могло привести? К мирному соглашению, если бы операция «Валькирия» прошла успешно. Другой вопрос, поднятый на рассуждение в фильме: а согласился бы Сталин на мировую? Советский лидер, сурово наказывающий предателей и лгунов, уже направивший войска на Польшу, подшучивающий над Черчиллем, дойдёт до конца. Зато непреступный щит Вермахта начинает давать трещину.

В итоге, Юрий Озеров представил не просто военный эпик, а дополнил его шпионским триллером, внутренним страхом врага и показал великолепную реакцию как фашисткой армии, так и союзников СССР на силы Красной армии.

Третий фильм из пенталогии «Освобождение».

1944 год. После Курска и переправы через Днепр приходит время красивых операций. Красивых — не в смысле масштабности (Сталинград, Курск), а в смысле интересного, умного проведения операции. Такова операция «Багратион». 23 июня — 29 августа. Освобождение Белоруссии. Местность болотистая, лесистая. Кто же знал, что мы направим танки через болота?! Как писал Ф. В. фон Меллентин, русский солдат «может повсюду проложить дороги. В несколько дней русские строят многокилометровые гати через непроходимые болота» (Ф. В. фон Меллентин, Танковые сражения 1939 — 1945, Изд-во АСТ, М., 2003 год, стр. 362). Показаны вновь слои войны. Вот Сталин советует Рокоссовскому «выйти и подумать». Вот солдаты несут брёвна. Вот Жуков разговаривает с солдаты. Вот работает зенитка. Вот даёт залп артиллерия. Вот стреляет Ватутин из ТТ-33. Вот под военный марш показывается высадка в Нормандии. Вот солдат дарит цветы телеграфистке. От солдата до маршалов, от санитарок до фюрера. И война потому показывают с разных ракурсов. И выглядит, соответственно, по-разному, но все эти эпизоды/сцены вырисовывают одну картину. Перед нами война во всём своём размахе.

Как и в остальных частях, задействована масса техники. Озеров старается максимально приблизится к истории, иногда добавляя от себя некоторые сцены, но они-то лишними не кажутся. Это вопросы Ватутина про жизнь, и как он, будучи раненым, повторял «Zycie» (жизнь по-польски). Это история французского лётчика и самоотверженности нашего. Это солдаты, шуткой отвечающие Жукову.

Актёры на высоте. Подкупает их искренность. Но особенно запомнился Фриц Диц (имя-то какое, фриц) в роли Гитлера. По-моему, точное попадание в образ, самое точное. Прекрасно укладывается в сведения об Гитлере.

Отдельно надо сказать об операции «Валькирии», заговоре 20 июля. По сравнению с американской и немецкой «Операциях…» выглядит достойно. Нет, не скажу, что лучше, так как времени отпущено гораздо меньше. Но запомнился Клаус фон Штауффенберг, как и Фромм. Пусть у американцев зрелищнее, пусть у немцев глубже, но у нас небольшой отрывок производит неизгладимое впечатление.

Батальных битв уже поменьше. Несколько разочаровал воздушный бой. Впрочем, учитывая время и акцент не на зрелищности, а на стремлении подать саму войну…. Сойдёт.

Пафосности довольно мало, впрочем, какая тут пафосность в фильме о такой войне.

За: максимальное приближение к истории, актёры, показанные слои войны, наша история (ну, немецкая ещё), техника, оружие, сценарий, запоминающиеся эпизоды.

Против: советская трактовка некоторых событий, воздушный бой.

Смотреть тому, кому небезынтересна история нашей страны. Зрелищность пошлите к чорту, не в ней дело.

8 из 10