День рождения Сидни Люмета (2025)

12 июля 2025 года в конкурсе фестиваля нового российского кино «Горький FEST», где друг с другом соревнуются и короткометражные, и полнометражные, и игровые, и документальные фильмы… и даже сериалы, показали весьма необычную работу студента ВГИК Никиты Журавлева «Тёплая жизнь». Это 18-минутное видеоэссе вызвало настоящий восторг у зрителей и жюри. Несколькими месяцами позже «Тёплая жизнь» была замечена в конкурсе документальных фильмов фестиваля SHORT FILM DAYS, и, несмотря на то, что судьи прокатили её мимо наград, режиссёр Александр Титов, получая главный приз за ленту «Продукты напротив», сказал: «Я хочу, чтобы абсолютно все люди в нашей индустрии посмотрели «Тёплую жизнь» и увидели, каким может быть кино!»

Главные герои «Тёплой жизни» – сам Никита Журавлёв и его бабушка. На каникулы начинающий режиссёр приезжает к ней домой и снимает каждый день… как она ест, как спит, как читает газету и смотрит телевизор, как мерит себе давление и любуется садом. Она ничего не играет, просто живёт; иногда даже спрашивает внука, зачем тот круглыми сутками фиксирует её скучный быт на камеру. Тогда-то и выясняется, что, потеряв недавно другую свою бабушку, Никита вдруг обнаружил, что потихоньку начинает её забывать, и создаваемый им фильм – попытка зафиксировать всё, что он любит в близком человеке. Потому в «Тёплой жизни» даже неловкие проявления телесного, какие-то моменты, которые в дурной комедии вызвали бы смех, здесь комом встают в горле, заставляют схватиться за телефон и набрать номер того, с кем давно не общался.

К чему я всё это рассказываю? Дело в том, что ровно через месяц после премьеры «Тёплой жизни» на «Горький FEST» на фестивале «Окно в Европу» показали «День рождения Сидни Люмета» Рауля Гейдарова, и это очень тонкое и трепетное кино... о бабушке и её внуке, мечтающем стать режиссёром!

В одной из отдалённых деревень Северного Кавказа, в доме своей бабушки живёт старшеклассник Дато, читающий стихи коровам, записывающий в дневник только ему доступные мысли и грезящий однажды отправиться в Санкт-Петербург учиться на режиссёра. Его родной дядя доживает последние дни, умирая от СПИДа, а мама сидит в тюрьме. Все вокруг – от бабушки до сотрудников местного колледжа – считают, что у Дато есть только два варианта будущего: либо стать бандитом, либо пойти учиться на бурильщика. Мечтам Дато очень не хватает поддержки его близких. И вот, в родной дом после восьми лет отсутствия возвращается мама Дато. Он ещё не знает, но им предстоит провести вместе всего один день, однако именно этот день изменит Дато навсегда.

«День рождения Сидни Люмета» – во-первых, полнометражный дебют Рауля Гейдарова и, во-вторых, ремейк-продолжение его выпускной работы «Бебеа, бабуа, Анзорик, я и мама». Отличие между двумя картинами в возрасте главного героя: Гия из короткометражки – добрейший и наивнейший восьмилетний мальчик, а Дато из полного метра вот-вот станет мужчиной; Гия ещё ничего не знает о том, кем хочет стать, и живёт ото дня к дню, а Дато не только наметил себе вполне достижимую цель, но и, как будто, отказывается от восприятия давящей на него реальности в пользу мечты. Таким образом постановщик обозначает собственное взросление как автора: покидая альма-матер, он, скорее всего, не знал, что хочет сказать (потому его диплом, по факту, не несёт какого-то конкретного месседжа, апеллируя не к разуму зрителя, а сердцу), но пару лет спустя он нашел проблему, которая его действительно волнует, и смелость поговорить о ней.

Из многочисленных интервью, которые Гейдаров дал после победы в Выборге, следует, что Раулю в современном кино не хватает искренности. Под искренностью он подразумевает узел, связывающий художника и его потенциальную аудиторию. Большинство выходящих в прокат фильмов Гейдаров называет пластмассовыми, лишёнными основы для разговора со зрителем. Некоторые же определяются им как самоудовлетворение зацикленных на себе творцов. И здесь режиссёр задаётся вопросом: зачем снимать кино, если тебе нечего сказать людям? Это не так очевидно, но «День рождения...» как раз об этом. За один день иллюзии Дато о счастливом будущем разбиваются вдребезги о лживые обещания матери и отсутствие в глазах друзей умершего дяди какой-либо перспективы… но снова склеиваются в нечто цельное благодаря внезапно прозревшей бабушке парня. Этот, показанный в фильме день – целая жизнь, которую герой должен переварить, чтобы в итоге отразить в своём творчестве. Правда сидящие в приемной комиссии снобы заявляют мальчику: «Недостаточно жизненного опыта».

С одной стороны, родившийся в один день как с Сидни Люметом, так и с Раулем Гейдаровым Дато должен понять после всего пережитого: художника делает художником умение изливать мысли с помощью творчества, а не мнение окружающих (потому, получив отказ в принятии документов, главный герой не расстраивается). С другой, зритель после увиденного должен понять, что, чтобы настоящие художники продолжили появляться на свет, в них надо верить. Верить даже не столько в конкретных авторов, а, в принципе, в саму возможность и полезность разговаривать на сложные и важные темы с помощью искусства. Сидни Люмет и его шедевр «Двенадцать разгневанных мужчин» упоминаются в фильме Гейдарова не просто так: по сюжету великой картины дюжина мужчин, сидя в маленьком, душном помещении, решают судьбу не знакомого им парня; то же самое, с поправкой на градус трагедии, делают члены приёмной комиссии с судьбой Дато. И в этом автор видит не только рифму, но и опасность: мы живём в мире, где, режиссер ты или нет, достойно твоё творчество выхода в свет или нет, решают какие-то назначившие себя на большие посты люди, а, между тем, именно твоя, может быть корявая, может быть кому-то не понятная работа способна зацепить зрителя, способна его растрогать, заставить задуматься и сделать нечто хорошее… если, конечно, она направлена на искренний разговор с этим самым зрителем.

Начинаясь точно так же, как «Бебеа, бабуа, Анзорик, я и мама», «День рождения Сидни Люмета» к своему концу внезапно превращается в оду одновременно независимым авторам, обязанным творить несмотря ни на что, и зрителям, нуждающимся не столько в прямых ответах на их вопросы, сколько в ключах к самостоятельному их нахождению. Это прямое обращение Рауля Гейдарова и к массовому зрителю в России, и к нашим дистрибьюторам: «Если вы хотите, чтобы отечественная киноиндустрия создавала для вас хорошие, умные, добрые, полезные фильмы, выпускайте их в кино и ходите на них в кино! А то как такое возможно, что победитель прошлогоднего «Окна в Европу» – великолепнейшая «Филателия» Натальи Назаровой – больше года ждала, когда появятся люди, готовые дать ей хотя бы ограниченный, но прокат?»

Главными приёмами фильма становятся контрасты и эхо-повторы, ситуации-отражения. Мы слышим «Сюиту №7» Георга Фридриха Генделя и тут же видим руки, извлекающие эти звуки – грубые, мужские ладони в наколках. Этим ладоням доступна истина о том, что только в музыке главный объект – бесконечное.

Мы слышим, как Дато вслух читает строчки из Лермонтова: «И скучно и грустно, и некому руку подать // В минуты душевной невзгоды...». И затем, благодаря переходу камеры, мы видим мир от лица семнадцатилетнего мальчика – простор и горы вокруг. И тут же к привычному, маленькому, одомашненному мирку возвращает и тянет возмущённый голос бабушки: «Дато, иди го*но убери». Видно, что Дато искренне любит бебию, но иногда не может удержаться от иронии: он клеит коллаж, прикрепляет к бабушкиной фотографии усы и подписывает: «Моя бабушка – это Сталин в расцвете сил». Диктатор уже всё решил: внук станет бурильщиком. А сам Дато, когда мама позвонит по телефону, шепнёт, чтобы никто больше не слышал, – я хочу быть кинорежиссёром...

Как выглядит его маленький мирок в деталях? Так, что многие из нас узнают его. Ковры на стенах, нарды, бельё на верёвках, старый проводной телефон, противень с домашней выпечкой, эмалированные кастрюльки с цветочными орнаментами, семечки за вечерним кинопросмотром, лишь две авторитетные книги в доме – Библия и сонник (и непонятно, какой из них верить).

Кажется, что диктатор и семнадцатилетний внук живут в разных пространствах. Бебия предпочитает комедию «Мимино» Георгия Данелии, Дато – в восторге от «Двенадцати разгневанных мужчин» Сидни Люмета. Но когда они вместе убирают могилу, их миры соприкасаются, ведь само слово «культура» в переводе с латинского означает «возделывание почвы». И начинается всё именно с маленького мирка: бликующее сквозь пальцы солнце, абрикосы в банке, бегущая курица, в следующее мгновение – рука на пианино, бисерное дерево с семейными портретами, ещё мгновение – и рука бабушки, которая месит тесто. Дато смотрит через гранёный стакан и говорит, что снимает кино. Когда мама, Анна, подарит камеру, бебия отнесётся к этому с пренебрежением: мол, есть дела поважнее – уроки доделать, курятник убрать... А мама говорит, что бабушка кроме этого ничего и не видела. Да и не любила она никогда.

Главный герой, как лермонтовский Мцыри, решается на побег. Но если Мцыри ждал восторг от полноты жизненных ощущений, то Дато столкнулся с разочарованием. С мягким домашним хачапури контрастирует жёсткое мясо с острой аджикой. Дато отзеркаливает материнские слова: «Ты не умеешь любить», и уезжает. В родном посёлке он идёт гулять, смотрит через гранёный стакан, пьёт из него водку, но потом не отставляет в сторону, а снова смотрит через стакан.

Фильм по-своему полифоничен. Здесь сливаются воедино композиция Генделя, процитированный вслух Лермонтов, «Тополиный пух» группы «Иванушки International», «Не плачь, Алиса!» Андрея Державина и «Жёлтые тюльпаны» Наташи Королёвой. Складывается причудливый русский культурный код, где возвышенное и далёкое переплетается с попсовым и наивно-сентиментальным. Разные голоса можно услышать и в разных домах. Если дома у бабушки фоном звучит «Поле чудес», то дома у Алика, отсидевшего в тюрьме, идёт передача о животных. Мама в этот момент раскладывает на столе украденное, а голос как бы комментирует: «Гиены умеют считать».

Как полифонично звучат голоса, так же калейдоскопично складываются и картинки. За детскими, игривыми коллажными изображениями обнаруживается коллажность самой жизни, открывающейся слой за слоем. Оказывается, что бебия и внук нужны друг другу. Весь мир вокруг Дато – с одной стороны, маленький и замкнутый в себе, с устоявшимися обычаями и законами, а с другой – настолько безграничный и необъятный, что рассыпается сразу на несколько пространств: горы, море, город матери, Грузия, Петербург. Этот мир настолько многогранный, что его теперь не разглядишь через привычное донышко гранёного стакана – нужна камера. Срочно нужен настоящий киноглаз.

Конец 2000-х, глухой посёлок на юге России. Семнадцатилетний Дато мечтает поступить на режиссуру в Петербург. Он родился в один день с Сидни Люметом, и, видимо, этого ему хватает для подогрева мечты. А дальше любимая бабушка, с которой он живёт, посёлок и жизнь, которая всё время бьёт по самому сокровенному.

Рауль Гейдаров снял дебютный фильм про себя — буквально. Он из таких же мест, с такой же несбыточной на первый взгляд мечтой, и по первому образованию бурильщик. Поэтому кино не похоже на обычную историю о мечте. Здесь нет пафоса, вдохновляющих монологов и момента, когда всё наконец складывается. Просто жизнь, которую явно не придумали. Это слышно в каждой сцене.

Артём Кошман в роли Дато не страдает напоказ. Он искренен, злится, теряется, смеётся, иногда ведёт себя по-дурацки, говорит что-то не то. В общем, ведёт себя как нормальный подросток. Но не меньше работает и всё окружение. Второплановые персонажи существуют в кадре так, будто камеры нет. Особенно это касается маргинального мира, который появляется на периферии — он не живописный и не стилизованный, а просто неприятно узнаваемый, с той бытовой достоверностью, от которой хочется отодвинуться. Постепенно понимаешь, что путь к мечте для Дато проходит через принятие того, от чего хочется сбежать.

Тёплое, негромкое кино, которое не пытается казаться важнее, чем оно есть, и именно поэтому остаётся. Для дебюта — очень уверенно.

'Хороший фильм' - этой фразой заканчивается эта  история.  История очень светлая, трогательная и искренняя.  История  одиночества и взросления через боль, разочарование, предательство и любовь близкого человека.  Тот редкий фильм, сила эмоционального воздействия на зрителя которого на десять из десяти баллов. 

Дато живет в маленьком поселке Краснодарского края в начале нулевых, в эмоциональной и бытовой нищете окружения. Казалось бы короткая жизнь и смерть от лезвия ножа в пьяной драке Дато была предопределена. Если бы не искренность и чистота главного героя, которую непостижимым образом ему удалось пронести через весь фильм и испытания, уготованные ему режиссером и сценаристом фильма  Раулем Гейдаровым.   Тут действительно возникает вопрос - каким образом? Что такого было в этом ребенке, чтобы став семнадцатилетним парнем он сумел пронести эту чистоту, несмотря ни на что?

А была любовь. Была любовь его бабушки. Невидимая, переданная через фразы типа - 'убери за курами'. Через вкусную еду. Чувство, переданное не словами а скромными бытовыми рутинными поступками.

К главному герою подключаешься почти сразу. Еще до начальных титров. Артем Кошман великолепен в главной роли.

 Это фильм - песня, фильм - музыка, фильм, который гарантирует - равнодушным  к нему после просмотра Вы не останетесь. Это тот самый фильм, который делает наш мир чуточку добрее и лучше.  Огромная благодарность группе за это!

Сила искусства - когда выходишь из зрительного зала и нет ни малейшего желания грубить, ругаться, материться (даже мысленно). Душа очистилась, и ты бережно несешь в себе это хрупкое состояние.

Для меня это фильм про мою бабушку, она точно такая же, как у главного героя, во всех деталях. Хоть и не грузинская, а какая разница.

В очередной раз бьет в лицо простая истина: не оставляйте детей одних, они тогда уходят не туда. Ищут авторитетов хоть каких, в плохих компаниях им больше всего рады. Как мало надо: просто поверить, поддержать, помочь, чем ты можешь своему родному человеку. Отпустить в большой мир. Говорить с ними, слушать.

Режиссер Рауль Гейдаров бьет наповал своей искренностью и где-то наивностью.

Так трогает фраза «а я вырасту и сниму про тебя кино, бебиа (бабушка)», когда ты уже смотришь этот автобиографичный фильм.

А главный актер Артём Кошман в очередной раз достал новые краски, всегда такой разный опять был новым, непохожим на своих других киногероев.

Верю в Артёма как его бабушка. Всегда смотрю проекты с его участием с уверенностью в том, что он не подведёт.

Хоть я и плакала в конце, но шансов посмеяться при просмотре будет много. Фильм пронизан добрым юмором и грузинской харизмой.

Всем смотреть и греться в эту морозную зиму.

Фильм-триумфатор «Окна в Европу»-2025 стал таким совершенно заслуженно. Сразу после показа (а показывали фильм в последний день фестиваля, чему я был свидетелем) все споры о победителе разом утихли, причем как в среде критиков, так и у простых любителей кино. И неслучайно.

Рассказывает фильм нам о юноше, мечтающем снять кино. Сюжет, надо сказать, не самый оригинальный: невольно напрашиваются параллели с «Фабельманами» и другими представителями кино о кино. Но Гейдаров здесь находит что-то совершенно новое, что-то свое (фильм-то автобиографический).

«День рождения Сидни Люмета» подкупает своей искренностью. Это очень теплый фильм, тот фильм, к которому хочется возвращаться время от времени. Это фильм о любви, любви к семье, к искусству, к жизни, наконец. Это фильм о не столько об исполнении мечты героя, но о пути к нему, пути довольно тернистом. Не так важно, получится ли все у героя Артема Кошмара, который здесь проделал отличную работу, равно как и его коллеги, в особенности Джульетта Степанян, — неважно, поступит ли он на режиссерский факультет в Петербурге, но важно, что приобретет, чего лишится. И в этом очень камерном и очень личном фильме Рауль Гейдаров очень талантливо рассказывает именно такую историю, лишенную неожиданных сюжетных поворотов, не вызывающую безудержного смеха, не доводящую до слез, но трогающую что-то внутри каждого из нас.

Фильм, стоит сказать, замечательно снят. Ручная камера — следствие небольшого бюджета — лучше других подходит для подобных камерных произведений. «День рождения Сидни Люмета» украшает лишь один общий план (зато какой!) просторов Краснодарского края. Все это идет на пользу фильму Гейдарова.

Не стоит пытаться увидеть здесь драму о взрослении, о становлении, о разрушении устоев, о человеке, идущем против системы, против традиций — фильм не о том — стоит просто посмотреть хорошее кино.

8 из 10