Десять танцев (2025)

Этот фильм невозможно счесть за цельное и завершённое произведение. Адаптация незавершённой манги Иноуэ Сато смотрится как превью к будущему сериалу со множеством эпизодов, развивающих линии набросков, проложенные в эти короткие 126 минут, вмещающих несколько месяцев совместной подготовки, когда два танцора собрались обменяться своими умениями в разных танцевальных программах: один должен продвинуть другого по европейской части, а другой - научить коллегу латине, чтобы оба могли принять участие в крупном международном шоу «10 Танцев».

Первым обращает на себя внимание визуал картины с яркими сочными красками, игрой светотени, украшенные бальные залы, изящные арки дворцов, набитых европейской знатью и шумная кубинская массовка, утоляющая жажду обжигающим ромом, под танцевальные ритмы своей страны.

Гладко причёсанный, Сугики ходит вечно застёгнутым на все пуговицы и выглядит ледяным дельцом, от которого вместе с изменившей партнёршей ускользнула надежда на удачу, а Судзуки - свободный, расслабленный гуляка-парень, наслаждающийся своей вольной жизнью, такой, что когда в разгар тренировки он сбрасывает верх («вау») всем становится очень горячо.

И это Такэути Рёма. Hair style, makeup и несколько тату на умопомрачительном теле изменяют его до неузнаваемости, но настоящим «латино» его делают манеры - страсть сочится из него вместе с потом и следом мелькает мысль о свальном грехе, но сюжет фильма развивается хоть и близко к тому, но в другом русле. Дистанция между двумя мужчинами неизбежно сокращается, мелодия накладывается на ритм, пренебрежение смешивается со скепсисом, но они уже без устали кружат по паркету, не отпуская, рука в руке.

Влиятельная мадам со слезящимися глазами твердит, что танец - это любовь. А что происходит между ними? Откуда ни возьмись, вспыхивает жар, сбивающий с ног Сугики, яростно атакующего Судзуки, вкусившего дурман от тех же углей.

Казалось, можно ожидать всего, но дело у них далеко не заходит, поскольку содержательным наполнением истории является не секс, а чувства, что однако не даёт сценаристам права отказываться от нескольких приступов желания, с которым танцоры бросаются в объятия друг друга дома или в разукрашенном вагоне рождественского метро.

А будут ли они счастливы? Не знаю, как в манге, но здесь, даже при встречном движении сторон перспектива их отношений кажется туманной, во всяком случае один из партнёров проявляет волнующий «реализм» в оценке соотношения допустимого и возможного, в то же время, решаясь на признание - эффектнейший момент фильма, представляющий самый красивый способ выражения симпатий между людьми.