Сердце призрака (1996)

Следующие за «Рождением любви» две ленты Гарреля можно считать компромиссными. Во-первых, они сняты в цвете, что приводит к потере так необходимой постановщику романтической ауры. Во-вторых, главенствующие ранее у Гарреля крупные планы уступают место средним и общим, что приводит к торжеству телевизионной эстетики над кинематографической художественностью. В-третьих, как всегда выразительные диалоги Марка Холоденко становятся здесь какими-то обыденными и даже клишированными в своей мелодраматичности. В-четвертых, уходит эффект вербальной спонтанности, а актеры не справляются с возложенными на них постановщиком задачами. В результате «Сердце-призрак» смотрится как обычная французская мелодрама, а не как детище авторского подхода к кино. Тем не менее в этом фильме что-то есть, и даже обычность рассказанной в нем житейской ситуации побуждает сопереживать героям. Вновь, как и раньше Гаррель рассказывает историю разрушения брака и новых любовях бывших супругов. Достаточно пронзительно звучит здесь тема брошенных детей и, как всегда, выразительна фигура отца главного героя в исполнении Мориса Гарреля, однако, это не компенсирует хоть в какой-то мере минусы «Сердца-призрака».

Синефильским следом в этой картине можно признать тематическое присутствие «Нежной кожи» Трюффо (в обеих лентах адюльтер не по-бергмановски препарируется, а любовно и беззастенчиво-исповедально выставляется на показ зрителю). Возникает ощущение, что некоторые не всегда удачные картины Гарреля надо смотреть в трудных жизненных ситуациях, отзывающихся в сердце зрителя некоей схожестью с его собственным опытом, иначе они не производят должного впечатления. К счастью, цветных картин у Гарреля не много (после «Сердца-призрака» он снимет еще лишь три: «Ветер в ночи», «То лето страсти» и «Большая колесница»), он сам понимает их эстетическую неполноценность, но, видимо, использование цвета – это результат нажима продюсеров. Хотя, честно говоря, большинство работа Гарреля ультрамалобюджетны, очень камерны, он задействует в каждой их них по три-четыре актера, не больше, и использует минимум локаций, как и его учитель Эсташ. Впрочем, как уже было отмечено, схожесть опыта зрителя с рассказанным в фильме вызывает экзистенциальный резонанс, не меньший, чем с шедевром вроде «Постоянных любовников».