Безумный монах (1993)

Жанровый кентавр от режиссера Джонни То (стильные гонконгские нуары вроде «Выборов» и «Отверженных»), застрявший намертво между тяжелой буддийской притчей о безнадежности человеческой природы и фирменным стёбом Стивена Чоу. По сути, фильм стал жертвой лобового столкновения двух несовместимых творческих эго: Джонни То пытался выжать из кадра фатализм и грязь трущоб, а Чоу — ворваться туда с клоунадой. Из-за этого съемочная площадка превратилась в зону боевых действий, после которой режиссер и актер окончательно разругались и прекратили совместное творчество.

Визуально фильм сильно уступает по проработке поздним проектам Чоу — спецэффекты финального замеса с гигантским демоном на 1993 год выглядят откровенно кустарно, хоть и добротно из-за дефицита бюджета (почти весь кэш Shaw Brothers ушел на гонорары звездного каста). Также есть расхождение с притчей о монахе (кто хоть поверхностно знаком с китайской мифологией, сразу найдет отличия): вместо традиционного целительства грязью с собственного тела, монаху выдали волшебный веер с жестким голливудским лимитом — всего три желания в день. Идея отличная, но дилемма «трусов и крестика» полетела к чертям — зритель, пришедший посмеяться, внезапно спотыкается о депрессивные сцены самоистязания.

Итак, блеснувшие (и не очень) в фильме актёры:

Анита Муи (Богиня Милосердия Гуаньинь). Появление главной поп-дивы Азии на самом пике её привлекательности и статуса (30) — эталонное «звездное камео». Её божественная героиня появляется в самом начале и выступает триггером всего сюжета.

Энтони Вонг (Нищий). Абсолютно депрессивный перформанс, который как будто вырезали из криминальной драмы (в которых он привык отыгрывать). Персонаж, которому предначертано судьбой быть нищим в девяти поколениях, отыгран совершенно без комедии и с долей неуместного дурачества. Вонг — хороший актер в своей нише, но здесь его персонаж служит главным источником жанровой шизофрении фильма.

Кирк Вонг (Злодей). Тот самый третий угол кармического треугольника — хладнокровный убийца, продавший душу демону. Отыгран Кирком Вонгом (который сам по себе больше режиссер криминальных боевиков, чем актер) как абсолютно монолитное, прямолинейное зло. В его персонаже нет ни капли юмора, он занимается реальным насилием. Его присутствие в кадре категорически не стыкуется с комедийным стилем фильма.

Мэгги Чун (Проститутка). Еще один объект для спасения. Чун отыгрывает классическую «даму на дне», чья карма — обслуживать мужчин до конца дней. Сыграно легко и бесшовно, но антуражно недостоверно - слишком свежая, слишком красивая, слишком самостоятельная, слишком много слишковости. Финал её линии, где она режет себе лицо, чтобы зафиксировать отказ от порочной жизни, — это сильный драматический ход Джонни То, который, однако, напрочь ломает (и так хромоногий) комедийный темп повествования.

Нг Мантат (Тигриный Воин). Несменяемый экранный тыл Стивена Чоу. Неуклюжий божественный болван напарник, убежавший на Землю приглядывать за Монахом, но только создающий больше проблем. Без его туповатого, но преданного персонажа фильм уже в самом начале скатился бы в беспросветную чернуху.

Майкл Чан / Чан Вай-мань (Бог Земли). Предельно циничный кастинговый парадокс фильма. В титрах он указан как исполнитель роли пугливого и забитого Бога Земли. В реальной жизни Чан Вай-мань являлся официальным «номером два» в одной из самых жестоких триад Гонконга — 14К. Абсолютно безбашенный гангстер, старой школы, многократно разруливавший наезды гонконгских и тайваньских банд на коллег актеров. Тот факт, что опаснейший криминальный авторитет (чемпион ЮВА по БИ 1972, многократный чемпион ЮВА по боксу, чемпион 1983 г. японо-гонконгского турнира по кикбоксингу и это в 38 лет. Удивлены?) на побегушках у персонажа Стивена Чоу — лучший памятник безумной эпохе 90-х.

Стивен Чоу (Монах). Трикстер, святой наглец и самопровозглашенный спаситель человечества. Чоу играет в своем классическом эскапистском стиле. Его герой манипулирует грешниками, обманывает богов, терпит поражения и лишения, но по сути не меняется, оставаясь все тем же пройдохой. Актер скандалил и буквально выбивал у операторов крупные планы для своих гэгов, саботируя мрачные мизансцены Джонни То, из-за чего картина теряет атмосферность и разваливается на куски.

Кассовый вердикт и неожиданная культовость:

В домашнем прокате Гонконга 1993 года фильм условно провалился, собрав почти в два раза меньше, чем стопроцентно комедийный «Флиртующий ученый» Чоу того же года. Измученный стрессом 1997 года гонконгский зритель не захотел смотреть на драму о грехопадении и пошел туда, где не нужно было думать о карме. Однако на китайских агрегаторах (Douban) у фильма сегодня рейтинг 7.6 из 10. Это абсурдность восприятия и ностальгия поколения VHS конца 90-х. Для материкового Китая, выросшего на пиратских кассетах, циничный образ святого Цзигуна в исполнении Стивена Чоу стал глотком свежего воздуха на фоне жесткой партийной цензуры. Смотреть стоит строго синефилам для понимания того, как в Гонконге 90-х ковался культ Стивена Чоу и почему продюсерский прагматизм иногда порождает глубоко дефектных уродов. Тем, кто ждет юмора «Разборок в стиле кунг-фу», понизить планку ожиданий и смотреть на свой страх и риск — местами кино откровенно грязное и злое.

6 из 10