Поле боя (2024)

Перед нами достаточно простая и непритязательная история о Первой мировой войне. Два товарища-антагониста, военных медика, принципиально по-разному смотрят на происходящее вокруг безумие. Один стремится повлиять на ситуацию посредством самых жестких мер, наказывая каждого дезертира. Ну а другой старается уберечь своих пациентов от смерти. Однако сюжет в этой картине не так важен. На первое место выходит геометрическая безупречность каждого кадра, игра цветов, световое оформление, а также выдающаяся игра Алессандро Борги.

Борги играет доктора, который тайно калечит солдат и тем самым помогает им избежать попадания на передовую. Артист необычайно сдержан. Его герой будто прячется за очки, лишь раз позволяя себе ухмыльнуться. Этот человек совсем не собирается спасать мир. Просто он не видит смысла в таких смертях и авторитарно бросает вызов системе, намеренно усугубляя травмы раненых. Его милосердие оказывается на деле непримиримым фанатизмом.

Постановочный перфекционизм создателей делает этот фильм стерильным, как больничная палата. Джанни Амелио показывает нам царство симметрии, в котором правильность форм выражается как в идеально выстроенных койках, так и в расстановке расстрельной команды. Геометрическая гармоничность каждого кадра резко контрастирует с искалеченными телами и творящимся вокруг них хаосом.

В фильме нет кадров реальных сражений. Зато тут множество подробностей, которые относятся к тому, что великий Василий Верещагин называл «Апофеозом войны». Будут раны, трупы, гниение... Отсутствие баталий только поднимает градус накала.

Колористика этой ленты необычна. Автор намеренно выбирает землистые, серо-зеленые тона, отвергая любую эстетизацию войны. Благодаря этому создается эффект восстановленной кинохроники. Как будто пленка пролежала в сырой земле многие годы, а потом была бережно отреставрирована.

Важны и исторические подтексты. Создатели фильма преподносят сражение при Капоретто как национальную катастрофу. Раненые солдаты стремятся избежать возвращения на бойню. Они не видят смысла в этих сражениях. И эти пораженческие настроения объединяют буквально всех. Репрессии, с которыми они сталкиваются в фильме справедливо могут считаться предвестием итальянского фашизма. Неслучайно два главных персонажа активно ищут самые радикальные жестокие способы решения кризиса. Один исходя из своих абстрактных идей настаивает на расстрелах при любом подозрении на дезертирство, ну а второй из холодного протеста... Каждый руководствуясь 'высшей моралью', единолично решает чужие судьбы.

В финале Джанни Амелио окончательно утверждает себя в роли создателя красивого, сугубо фестивального кино, в котором визуал безоговорочно преобладает над действием. Эту ленту можно назвать искусной игрой в классику, где даже наличие заведомо синтетических моментов не портит общего эффекта погружения. А для Алессандро Борги этот фильм стал прекрасной реализацией новой грани его таланта — совершенно не свойственной его привычному амплуа работой, украсившей фильмографию.

7 из 10