Принцессы (2005)

Я искала что бы посмотреть вечером на испанском такого, чтобы мне не лень было досматривать до конца и чтобы я не устала. Именно из-за языка.

Прочитала аннотацию. Увидела, что в 2006 году фильм получил 3 Goya! За лучшую главную женскую роль, лучшую второстепенную женскую роль и лучшую музыку. Решила, что мне это подходит.

Хотя сюжет показался банальным сначала. Ну что там может быть такого? Проституция. Уличные проститутки на улицах Мадрида.

Кто только ни снимал на эту тему…

И великие снимали неоднократно - одна Belle de Jour с несравненной Catherine Deneuve великого Luis Bunuel чего стоит. Там конечно не уличная проституция. Там скучающая состоятельная дама находит себя в новой сфере. Almodovar наш любимый в каждом втором своем фильме эту тему поднимает. На все лады. И романтизировали столько раз, талантливо и не очень ( от «Красотки» до «Интердевочки» … «Чики» еще сериал такой был).

В общем, профессия вторая древнейшая, истребить невозможно, тема острая и достаточно избитая. Чего там снимать?

Но я решила посмотреть все же. И буквально нырнула в этот фильм. Он оказался очень концентрированным и очень чистым, несмотря на грязь. Чистый настолько, что, несмотря на всю предсказуемость ( а снят он так, что ты предугадываешь следующее действие до того, как оно появится на экране), фиксируешься на диалогах. Про диалоги напишу чуть позже.

Две девушки, два разных изначально жизненных сценария, одна судьба на двоих.

Caye ( Candela Pena) родом из Мадрида. Занимается проституцией просто потому что «почему бы и нет». Откладывает деньги на операцию по увеличению груди. И в целом все у нее неплохо. Ее семья ничего о ее деятельности не знает и особо не интересуется.

Caye и ее местные товарки сильно возмущены появившимися недавно в городе нелегалками из Латинской Америки, которые активно сбивают цены и портят бизнес.

Caye случайно знакомится с Zulema ( Micaela Nevarez), нелегалкой из Доминиканской Республики. Выручает ее после того, как ту избил клиент. И между девушками завязывается дружба. У Zulema нет документов, но есть сын в Доминикане, которого она оставила с мамой. Уехала на заработки, сообщила, что работает в баре.. Скучает, плачет, звонит каждую неделю и обещает скоро его забрать.

Банально донельзя. Предсказуемо донельзя.

И то, что происходит на улице, и то, что происходит с душой, и то, куда это ведет. И в то же время - не оторваться. Из-за лубочности и одновременно чистоты диалогов. Они напоминают картины примитивистов.

- Тебя когда-то кто-то встречал с работы? Там, у тебя дома?, - спрашивает Caye подругу.

- Да, несколько раз.

- Это и есть любовь, понимаешь? Ни цветы, ни подарки, а вот так - чтобы кто-то тебя забрал с работы. Сам факт. Он приезжает, такой невероятно красивый, что все завидуют. А я работаю в офисе. И смотрю из окна как он меня ждет …

(* здесь вспоминается «Самая обаятельная и привлекательная» с Ширвиндтом, которого послали забрать Ирину Муравьеву после работы чтобы все позавидовали. Совершенно другая тема, но тот же сюжет).

или другой диалог:

- Я не религиозная. А ты?

- Я тоже

- Моя мама - да. Она верит в бога. А я - нет. Но страшно не то, что после смерти ничего нет. Страшно то, что после смерти есть жизнь. И она такая же, как эта

Диалоги настолько концентрированы, настолько при этом чисты, что, зная все, что будет дальше, ты смотришь, не отрываясь… Потому что ничего, скорее всего, не изменится и закончится так, как оно и бывает.. Лубочность диалогов и документальный почти стиль съемок - это то, что привлекло меня в Princesas.

Пуэрто-риканская актриса Micaela Nevarez, играющая Zulema - нереальной красоты, на мой взгляд. Когда-то из подобного сюжета с не менее прекрасной Julia Roberts сделали сказку. Здесь сказки не получилось..

У малобюджетного европейского кино, особенно малых стран, особенно нацеленного на зрителя, а не на фестивальное жюри, в наше время осталась лишь одна лазейка для попадания на международный уровень — атмосферность.

Не концентрация на проблемах и менталитете страны (поскольку при таком подходе ставка делалась бы на давно ушедшие в прошлое тонкость и осведомленность массового зрителя) и не эксплуатация национальных натуры и фактуры (это поле уже освоили голливудские мэтры, вроде Вуди Аллена с его аляповато лезущей в глаза и в сценарий туристически увиденной Барселоной), а именно атмосферность — то, чего не схватить, не понять, не зафиксировать чужеродному автору, но что нутром, не проходя через голову, ощущается зрителем. «Принцессы» Фернандо Леона, фильм, чей растянувшийся пробег по европейским кинозалам можно смело называть триумфом, собирал аудитории исключительно благодаря своей очень интеллигентно выдержанной атмосферности.

Ради этой самой атмосферности «Принцессам» прощаешь все явные кинематографические недочеты: клишированность сценария и персонажей, сентиментальность на грани розовых соплей, неоправданные претензии на социальность и «правду жизни». Залитые солнцем, пыльные и людные мадридские улицы, по которым на головокружительных каблуках фланирует проститутка Кая — душа этих улиц (недаром само имя ее созвучно слову calle), ершистая, свободная и странно трогательная, как музыка Ману Чао — это настоящие героини фильма, их вспоминает по именам певец, как вспоминает случайных подружек по Провиденсии — тех, что когда-то сделали его мужчиной, учили его жизни, дарили ему тепло и нежность…