Быть цыганом (2025)

Для начала небольшое лирическое отступление: на окраине нашего СНТ стоит несуразный разноцветный дом. Ворота на участке всегда открыты, довр захламлен б/у запчастями и останками тонированных Лад, а по дороге к нему снуют все те же покоцанные жизнью, но еще на ходу Лады с номерами южных регионов. В этом доме живут цыгане, но мы их почти не видим, и, тем не менее, детей гулять в ту сторону никто одних не отпускает.

Это я к тому, что «Быть цыганом» - это больше, чем этнографический экскурс в самую, наверное, закрытую этническую группу в стране. Когда в начале мини-сериала ведущий – простоватый на первый взгляд(!) стендапер озвучивает свои предрассудки и фобии в отношении цыган, ему веришь, потому что разделяешь их полностью. Когда криминолог и цыгановед (признаться, в первый раз узнала о таких профессиях) начинают слой за слоем счищать шелуху этих наших предрассудков и фобий, наступает когнитивный диссонанс. А когда видишь лица цыган-героев фильма, слушаешь этих людей, к которым по своей воле вроде и близко бы не подошел, тут-то и случается разрыв шаблона!

То, что начинается, как стендап, перемежаемый фрагментами “road movie” в сопровождении криминолога (просто открытие, каким неординарным может быть рассказчик в документальном фильме) и кадрами цыганской жизни (тут все вперемешку: и чумазые физиономии, и цыганское барокко, и свадьбы, и цветастые платки, и пляски с песнями, и чуть ли не «позолоти ручку, яхонтовый!»), на протяжении 4 серий вдруг в пятой превращается в полное драматизма осмысление цыганами жизни и судьбы их народа и одновременно осознание зрителем простой, но такой сложной для принятия истины: они такие же, как мы, просто другие. И когда одна из героинь фильма – замужем за русским парнем - спокойно и внятно объясняет, за что ее били в школе и за что бьют ее детей сегодня, тут-то и наступает состояние «испанского стыда» и за себя, и за всех нас. А ведь столько веков назад Уильям наш Шекспир уже высказался по этому поводу и в отношении другого гонимого народа: «Но у еврея разве нет таких же глаз? И рук, и ног, привязанностей, чувств, питаемых такой же кровью, и столь же уязвимых пред болезнью и холодом и зноем, как у христиан? Прольётся наша тоже кровь под остриём кинжала, и от щекотки будут тоже хохотать евреи. От яда смертоносного равно подвержен смерти и еврей, и христианин….», и вдруг видишь, что по итогам своего путешествия тот самый внешне простоватый стендапер тоже прочувствовал шекспировскую трагедию этого удивительного народа, и его финальный монолог-искреннее признание сильного, думающего и глубоко чувствующего человека.

Ну, и пару слов о чисто кинематографическом аспекте: 5 серий по 20 минут каждая смотрятся на одном дыхании. Главный герой и рассказчик с его южнорусским говорком – 100% попадание: будь на его месте рафинированный московский остряк, никакой химии между ним и цыганами не случилось бы.

Сам жанр путешествия главного героя по цыганским поселкам задает тему вольной кочевой жизни. Операторская работа на высшем уровне, и съемка “с руки” добавляет красок и спонтанности повествованию. При этом отсутствие модных сегодня «кислотных” цветов, рваного монтажа и техномузыки на заднем фоне позволяет сконцентрироваться на повествовании и крупных планах героев фильма и их монологах о себе и о жизни.

Сами цыгане – персонажи фильма очень колоритны, но вместе с тем каждым своим словом и жестом ломают зрительские шаблоны; то же происходит и с классическими сюжетами цыганской жизни: вроде все, как ожидаешь, но каждый эпизод высвечивает что-то новое и важное для понимания души этого загадочного народа, с его оригинальными понятиями чести и родства.

В общем, очень честный и высокопрофессиональный фильм – и очень нужный в наше непростое время.