Петровы в гриппе (2021)

Страна производитель Россия, Франция, Швейцария, Германия
Описание фильма
оригинальное название:

Петровы в гриппе

год: 2021
страны:
Россия, Франция, Швейцария, Германия
режиссер:
сценаристы: ,
продюсеры: , , , , ,
видеооператор: Владислав Опельянц
композиторы: , ,
художники: Владислав Огай, Татьяна Долматовская
монтаж:
жанры: фантастика, драма
Дополнительная информация
Возраст: 18+
Отзывы о фильме Петровы в гриппе

Петровы — самая обычная семья. Он - автослесарь, она - библиотекарь, у них есть сын, но вместе они не живут. Казалось бы, ничего особенного. Но повседневная реальность взрывается в тот момент, когда семья заболевает гриппом, и жизнь наполняется безумием, фантастикой и сюрреализмом.

Другие фильмы этих жанров
фантастика, драма

Отзывы критиков о фильме «Петровы в гриппе», 2021

Российское безумие

Честно говоря, я посетила этот фильм исключительно ради Кирилла Серебрянникова, можно сказать, моего любимого кинодеятеля. Я всегда увлеченно откликаюсь на его работы, находя в них что-то близкое для себя. Кирилл Серебрянников один из немногих нынешних режиссёров, любящих Россию художественно. Эта любовь проявляется и мимолётно, когда Кирилл Серебрянников показывает окружающую обстановку до того эстетичной, что не оторвать глаз. Эта любовь бывает и жестокой в своей откровенности, когда Кирилл Серебрянников говорит о печалях нашего общества. Чего стоит столкновение в его работе под названием «Ученик» религиозного фанатика и гомосексуалиста. Для меня режиссёр Серебрянников является, наверное, оратором российского безумия. А данный фильм для меня, может, надрывный голос той безнадёги, в которую боятся заглядывать.

Насколько я понимаю, данный режиссёр использует единую концепцию для многих фильмов, выискивая характерные фактурные типажи и связывая повествованием. Его фильмы разбиваются на отдельные этюды, в которых раскрывается какая-то определённая одержимость персонажей. Жена, мечтающая перебить всё живое, муж, повёрнутый на детских воспоминаниях о Снегурочке, летающая тарелка, лихорадка гриппа, неоязычество… Мне очень понравилась эта искренность и смелость в демонстрации российских радикальных настроений. Единственное, меня смущали откровенно лишние сцены, в которых становится трудно понять происходящее.

В этом фильме есть хаотичность, обрывочность и много-много метафор, вшитых в повествование. Потрясающая художественная работа, в которой сочетаются старания актёров, старания постановщика, операторов, монтажёров и всех причастных к данной картине. После просмотра фильма мне было по-настоящему хорошо, потому что я почувствовала, что не осталась одна в российской черноте.

Правда, есть ещё кое-что… Единственный, кто разделил со мной просмотр картины, оказался горемыкой, попавшим на фильм по ошибке… Так что, прошу вас, если не готовы к серьезному, тяжелому кино, то лучше не собирайтесь на «Петровых в гриппе». А то испортите себе вечер размышлениями о том, как беспощадна российская жизнь.

18 сентября 2021

«Петровы в гриппе» — «В хандре и с хромотой».

Пока небо за окном хмурится, а дождь нескончаемо продолжает отождествлять собой то явление, которое он и должен осенью, сквозь сугробы и морозы добралась новая картина Кирилла Серебренникова «Петровы в гриппе». Фильм-тандем по книге уральского писателя Алексея Сальникова. Трудно представить одно и другое в обрывистой связи, ибо автор картины с достаточной точностью смог запечатлеть всю ту сюжетную и внесюжетную живопись, которая заключена в романе, и которая многими людьми полюбилась, и таким же количеством не воспринялась. «Кончится лето» — название песни группы «Кино», которая заполнила титры прошлого фильма этого же режиссёра «Лето». И вот, кончилось. На смену лету пришла зима, а вместе с ней Петровы, а с ними и стегающая всех зараза.

Но с заразой в виде напасти прилетели и снежки. Вновь слепленные из чистого снега и свежей грязи, которые вновь бросаются и летят тебе за шиворот. Когда эти выстрелы кончатся? — неизвестно. Точно таким же неизвестным остается вопрос Петрова о том, куда катится его жизнь. И не только куда, но и на чём: на троллейбусе или на катафалке? Хотя, без разницы. Ведь вроде куда-то едет. Вроде куда-то держит путь. Но будет ли интересна зрителю эта полная стезями безнадега? Назвав работы Серебренникова и Сальникова фильмом/романом о нашей действительности, запускается град противоречий, проявляющие собой надпись: «А разве такого еще не было?». Если взять роман Алексея Сальникова и выписать тезисно в многостраничный блокнот всё то, что он фантасмагорическим тоном повествует, то так можно будет составить целый список той атрибутики, которые в сегодняшнем российском кинематографе кочуют из одного фильма в другой. Вся эта повторяемость и есть тот самый летающий туда и сюда снежок. И даже уже не снежок, а большой, покрывшийся ледяной коркой ком.

Вторичность. Однообразие. Повторяемость. Но, стоить заметить, что «Петровы в гриппе» — это самый сильный режиссерский опыт в карьере Серебренникова. С каждым последующим фильмом этот экстравагантный постановщик продолжает удивлять, и по праву имеет честь носить звание самого смелого и высококачественного автора сегодняшней России. Как бы противоречиво к нему ни относились, но имя Кирилла Серебренникова уже успело стать синонимом «высококачественной культуры». Новая картина поставленная по роману Сальникова в точности описывает книгу, и в этом нет никаких проблем. Даже наоборот, фильм придает прекрасную визуальную изнанку истории Сальникова, умело способен жонглировать гротескными образами, превращая картину в еще большую фантасмагорию, даже по сравнению с романом. Но вместе с тем кино превращается в некий симбиоз всего того, что уже было у какого-нибудь Юрия Быкова или Андрея Звягинцева, или еще вдогонку вспоминая Алексея Германа-старшего. Безусловно, от «Петровых…» так и чешется тело от всей той «жизненности» при виде, например, переполненного автобуса или потухшей частично вывески «24 часа». Приятно узнавать вещи, которые живут с тобой день ото дня, да вот только исчез уже тот аромат свежести. Будто вновь и вновь пересматриваешь очередную кассету.

Петровы, и всё их окружение застряло между прошлым и будущем. Между СССР и Россией. Между развалившимися бараками и прочно-стоящими бюстами Ленина. Оцепенение. И похоже в этом ступоре застряли не только персонажи, но и сама картина. По сути, не предлагая ничего нового, «Петровы в гриппе», какими бы вторичными они не были, все равно могут являть собой пример того, как должна выглядеть полной абсурдности и сюрреалистичности история в кино.

Вневременной тон, в котором застряли по сюжету Петровы, Серебренников превращает в некий диагноз, который он ставит не героям произведения, а тому окружению, где они обитают. В данном случае этой средой обитания является Россия. Страна, которая простыла. У которой глаза в виде стёкол троллейбуса запотевают. Сухость внутри. Жар снаружи. И вновь та самая тематика. В очередной раз России прописали заключение. И «Петровы в гриппе» можно было бы назвать фильмом с набором всех тех клише, за которые берутся сегодня молодые российские режиссеры, описывая страну. Такую разную. Но везде диагноз один и тот же-стагнация. И можно было бы назвать весь этот вневременной поток историей в кубе, словно Серебренников, переносит повествование Сальникова, подчеркивая его застойность, которое, к сожалению, присутствует и в нашем кинематографе. Но, вероятнее всего, «Петровы в гриппе» — это лишь кино-мост, или проще — переход, благодаря которому Серебренников вновь получил опыт для дальнейшего, и, пожалуй, еще большего развития. У этой картины, возможно, будут свои фанаты, а вместе с тем и ненавистники, но «Петровы…» не способны преподнести новшеств в плане своего повествования. Вся история — обо всем том, что уже было сказано и снято раньше. Лишь динамика спасает, превращая все действо в настоящий авангард.

«Петровы в гриппе» — это о меланхолии. О пропитанных зимней хандрой людях. Возможно, эта картина один из самых сильных визионерских опытов Владислава Опельянца с самой блестящей режиссурой Кирилла Серебренникова. Но, увы, снег из шаблонов сорвал планы на что-то новое и свежее в киноиндустрии: писатели, которые ищут свое признание через смерть; кондукторша, чья настойчивость и вольность стали крепче троллейбусного кузова; нож, который стал олицетворением эскапизма, и бутылка чего-то крепкого, являющаяся естественным продолжением вневременного настоящего; и Снегурочка из Невьянска, чьи руки были холодные. Холод, пропитанный жизнью. Или просто тем, что опять перебои с отоплением. Все они — настоящие. Настолько, что могут присниться в посмертных снах, и лишь мишура будет щекотать безжизненный нос. Словно Россия спит. А «Петровы в гриппе» — это вовсе не произведение, а растянувшийся сон этой страны. Остается лишь гадать, когда произойдет то самое «Зимнее утро», ведь пора уже красавице просыпаться. Когда же произойдет пробуждение? — неизвестно.

Когда заключение о «полудохлой жизни» в российском кино сменится на что-то новое? — тоже без ответа. Может уже не надо про диагнозы? А то уже вон, из гробов всякие рэперы стали выбегать.

6 из 10

14 сентября 2021

Нудно, долго и бессовестно

Не читал роман. Сужу только с точки зрения простого рядового зрителя. Понравилось? Мммм…., нет. Хотя начало давало понять, что будет круто.

В этом году, к моему удивлению, достаточно много отечественного независимого продукта. Не скажу что всё «вау», но посмотреть стоит. И вот очередное подобное творение. Про Серебренникова толком ничего и не знаю. Знаю лишь, что он помимо съёмок кино, ставит спектакли, а не так давно был обвинён в мошенничестве, что вызвало бурный общественный резонанс. Это говорит о том, что автор видный и толковый, а данная картина тому подтверждение.

Я не понял о чём она. Снова поздний совок в том виде, как его любят представлять современная аристократия. За совком следуют девяностые, а за ними и двухтысячные. Сюжет хаотично прыгает по этим трём «измерениям» и пытается, что-то мне донести. Только вот что? Мне не особо по душе лирика. На эту фантасмагорию, конечно, интересно посмотреть и порассуждать о чём она, но не два с половиной часа. Потому что уже к середине хочется уснуть и не видеть эту грязь на экране. Все постоянно бухают. Большое количество разнообразных голых тел. Частые совокупления со всеми подряд. Диалоги невнятные и на первый взгляд кажутся бессмысленными. Я понимаю, что смысл в них возможно и есть, как и во всём происходящем, но я люблю конкретику. В общем фу… К финалу, правда, фильм слегка исправляется и частично вскрывает свои карты, но этого недостаточно чтобы оправдать всё что было до этого.

Понравились лишь две вещи. Актёрская игра у нас практически всегда радует, но больше всего порадовала операторская работа. Именно она не дала мне уснуть. Видеть эти сцены с одним кадром одно удовольствие. Молодцы!

Думаю, начало положено. Высоко-бюджетные российские фильмы уже всем надоели. Видно, что начали делать упор на авторское кино. Ещё бы уровень образования подтянуть, для изменения окружающей нас действительности, чтобы меньше грязи на экране было. Вот тогда сможем снова мир удивлять, а пока слишком много мужских и женских писек на экране.

7 из 10

13 сентября 2021

Как убьют тогда и звоните

Калейдоскоп русской жизни, созданный уже культовым режиссером — Кириллом Серебренниковым, по роману Алексея Сальникова. Непонятые каннскими кинокритиками и жюри, «Петровы в гриппе» в прокате. Получилось ли у картины впечатлить зрителя, про которого и снят фильм?

Кашляющий болезненно-зеленый автобус, везущий страну непонятно куда, а обслуживает его быдловатая снегурочка. Кирилл Серебренников проводит зрителю экскурсию по самой сакральной ночи для русского человека. Новый год на дворе, а все семейство Петровых заболело гриппом. Каждый из них видит свои трипаки, встраивающиеся в реальность. Реальность эта и составляет основу сюжета: с героями за всю картину мало что происходит в классическом понимании киносюжета. Серебренников работает на образное мышление, создавая подчас абсолютно безумные и сюрреалистические образы.

Номинальный главный герой — Петров-старший (Семен Серзин) живет в двух реальностях. Пьяный русский Новый год перетекает в теплые детские воспоминания, однако даже там персонажа Серзина преследует горячий лоб и кашель. В своем пути до дома Петров сталкивается с катафалком, где его спаивает Юрий Колокольников, помогая решить вопросы с гениальностью и гомосексуальностью герою Ивана Дорна. Параллельно с этой линией живет персонаж Чулпан Хаматовой — Нурлыниса Петрова. Бывшая жена Петрова работает библиотекарем и в своих трипах проживает трудности матери-одиночки.

Особое внимание Серебренников уделяет окружению и атмосфере. Начиная от граффити, через которые автор разговаривает напрямую со зрителем, и заканчивая общей атмосферой болезненности и тьмы. Режиссер рисует нам комедию русского несоответствия. Особенно на этот замысел работает линия Марины-снегурочки (Юлия Пересильд). Связанная с Петровым она дает оппозитную его теплой истории, черно-белую сказку о девушке, курящей, пока никто не видит и убегающей блевать с елки.

Отсутствие цельной истории может запутать, однако если рассматривать этот фильм как портрет нашей страны по версии Серебренникова, то все становится на свои места. Мы до сих пор не сумели пережить наследие Союза и перестройки, противоречим сами себе и ненавидим друг друга, видя врагов в каждом встречном. Режиссер запускает свою историю в идеальные условия бесконечного Нового года. Ритуальный для нас праздник, когда мы переворачиваем страницу, невозможен, пока мы не решим вопросы внутренних противоречий. Пока же можно послушать взращенного в этом мире Хаски на титрах фильма осужденного в России режиссера, Кирилла Серебренникова.

13 сентября 2021

Если говорить о «Петровых в гриппе» коротко, то Серебренников кайфует от собственного надуманного величия. Постмодернистская фантазия писателя Сальникова служит в фильме лишь основой для визуальных надстроек режиссёра, не просто стремящегося доказать собственное мастерство, а откровенно хвастающегося им. Проблема в том, что основная сюжетная линия, этот дёргающийся и расплывающийся в гриппозных галлюцинациях нарратив, оказывается едва ли не худшим, что есть в картине. Серебренников тащит лучшее, что было в его предыдущей работе, «Лете», поэтому зритель увидит схожее построение мизансцен и рисованные росчерки прямо поверх кинополотна. К тому же «Петровы в гриппе» как фильм очень боятся запутать (и запугать) своего зрителя, поэтому фантазия здесь, несмотря на кичливую бесшовность съёмки, всегда отличима от реальности благодаря выноскам на заднем плане, словам или фразам, передающим эмоциональную палитру того или иного эпизода. Да и сценами в один дубль насмотренного зрителя не удивишь, но режиссёр считает иначе, используя их как основной спецэффект, хотя безумство галлюцинаций главного героя даёт куда больше простора для художественной выразительности.

Занятно, что лучшие моменты фильма те, в которых Серебренников в итоге отступает от собственного стиля и перестаёт понтоваться. Первый — это POV от лица маленького Петрова, вспоминающего кусочек своего детства, в котором он повстречал «настоящую» Снегурочку. Цветовая гамма, уменьшение экрана под взгляд на мир «маленького» человека — яркое пятно на фоне болезненной затхлости основной части фильма. Второй — монохромная история самой «Снегурочки», совершающей своё медленное и неумолимое путешествие в небытие. Эти два момента, две по сути цельные истории выделяются и выпадают из сюжета, своим переплетением, удивительным вмешательством друг в друга на уровне отдельных персонажей создавая замечательный mise en abyme, который лучше всего остального, что придумал и выдумал Серебрянников (потому что именно он единственный местный творец). Не будь этого отступления, движущегося к настоящему демоническому вырождению, финал «Петровых в гриппе» навряд ли бы достиг того уровня макабра, который жутким смехом остаётся звучать в ушах после финальных титров. Но после просмотра нельзя отделаться от ощущения, что в целом Серебрянников задумывал совсем другое, и два выпадающих эпизода в его конструкции служат лишь масштабными ремарками к основной истории, у которой, на самом деле, нет ни конца, не смысла. Петров так же сидит у себя в комнате и рисует комиксы «в стол», пока в новостях по телевизору рассказывают об очередном приступе чьей-то безысходности. И никто не может подтолкнуть героя, чтобы тот наконец сказал уже то единственно сокровенное в мире, что построил режиссёр, послав всё куда подальше.

13 сентября 2021

«Лукоморья нет на карте, значит в сказку нет пути»

Редко, когда бывает, что театральный режиссер, пусть и выдающийся, работал в кино столь же результативно, как и на сцене, и его фильмов ждали буквально как откровений. Рискну сказать, что картин Кирилла Серебренникова в России ждут как книг Виктора Пелевина, то есть как некую окончательную расстановку точек над «и». Особенно эти ожидания выросли после истории с его домашним арестом, что в целом понятно: когда власть толкает художника к откровенному диссидентству, преследуемый приобретает в глазах общественности ореол мученика, и к его творчеству обращаются тысячи любопытных, а чаще и сочувствующих глаз.

Если судить по «Петровым…» — главному артхаусному тренду последней недели, о котором пишут буквально все, то надежды российских интеллектуалов оправдались с лихвой. Мне, как и большинству тех, кто читал роман Сальникова, фильм нравится значительно больше оригинала, во многом потому, что книга, хоть и получилась, безусловно, яркой в некоторых эпизодах, в целом является рыхлой структурно, блеклой стилистически и вторичной концептуально, копируя более емкие художественные высказывания Сорокина, Мамлеева и даже Елизарова.

При просмотре картины порой возникает впечатление, что Серебренников все это учел и попытался дать ответ на основные вопросы книги, которые Сальников ставит, но не решает: что же это за инфекция, которой мы все болеем, и когда произошло заражение? По этой причине экранизируя «Петровых…», постановщик визуализирует еще и целый интертекстуальный шлейф, который идет за книгой, но делает это размыто, атмосферно: Сорокин, Мамлеев и Елизаров присутствуют на экране не тематизированно, не конкретно, но максимально общо, как писатели-родоначальники описания русской хтони. «Петровы в гриппе» поначалу выглядят столь же сумбурно, как и книжный оригинал: на экране перемешаны сцены из текста и новые эпизоды, полностью выдуманные сценаристом-режиссером (порой они даже удачнее сальниковских).

Когда же, смотря это кино, мы понимаем, что Серебренников делает тему Снегурочки его лейтмотивом и даже дописывает саму ее историю с нуля, то в ленте выявляются не только не очевидные, но и мастерски выполненные сюжетные рифмы, и поначалу казавшийся неоднородным материал (выполненный стилистически также с использованием разных приемов, что делает фильм чрезвычайно формально богатым) приобретает стройность и цельность, благодаря чему читатель считывает ответы на вопросы поставленные романом: чем мы болеем и когда заразились. Очень важно, что концентрация жути и хтони приобретает максимальную концентрацию именно в сцене детского новогоднего праздника 1977-го года (апофеоз «застоя»), именно тогда вирус «советскости» вошел в плоть и кровь людей, определив их будущую жизнь.

И не так важно, что некоторых из них буквально (не только фигурально) тошнило от происходящего: вирус, болезнь, меняя оптику восприятия действительности, превращая ее в горячечный бред, где возможно все кроме трезвого понимания жизни, пронизал все сверху донизу. Вооружившись почти маниакальной детализацией умирающих совковых интерьеров (работа художника-постановщика здесь невероятно тщательна) библиотек, редакций и прочих сред обитания миллионов провинциалов, Серебренников не остановился на достигнутом, поставив перед оператором Опельянцем сложную задачу снимать эпизоды разностильно. Кроме того, режиссер на протяжении всего фильма проверяет внимание зрителя десятками надписей, маркирующих события, внутренние состояния персонажей и концептуальные решения (нельзя не отметить новаторство этого весьма сильного хода и в финале, когда бегство от хтони происходит под откровенный надпись-лозунг «Вставай»).

Можно спорить, как с тем, что Кирилл Серебренников считает в «Петровых в гриппе» главной бедой современной России советское жизненное и когнитивное наследие, так и с тем, что момент тотального заражения населения этой заразой произошел в годы «застоя», когда были полностью сломаны границы между реальностью и галлюцинаторным бредом. Важно другое, что данный фильм последователен в формальном раскрытии своих задач, точен, выверен, жуток и даже революционен, символически подводя нас по меньшей мере к двум выводам: 1) что тому будущему, которое носили мы в своей утробе в 1970-е, надо было все же дать родиться, и 2) бежать от смертоносного вируса «советскости» надо было лично, индивидуально, «своими ногами», а не садиться в замызганный автобус коллективизма, в котором нас уже ждали призраки прошлого. Пусть эти выводы звучат в моем изложении туманно, но тот, кто смотрел фильм, поймет.

В заключение несколько слов об актерских работах: неожиданно психологически точен Дорн, настоящим чудом перевоплощения можно считать работы Трибунцева, Ильина и не в последнюю очередь Дрейдена, остальные, в том числе и Хаматова, сдержанно хороши (мелькнет даже Анна Наринская), что, впрочем, неважно, ведь перед нами — не психологическое кино, а гротеск, фантасмагория, где актеры — пешки режиссерского и сценарного замысла. «Петровых в гриппе» нельзя назвать шедевром, как, например, «Изображая жертву», но это столь же весомое социально-критическое высказывание о нашей действительности, как те же «Левиафан», «Дурак», «Нелюбовь», а уж формально эта лента во многих отношениях богаче большинства своих аналогов, что не может не радовать поклонников стилистически изощренного и нешаблонного кино.

12 сентября 2021

Калейдоскоп рубцов жизни. Рецензия на фильм «ПЕТРОВЫ В ГРИППЕ»

«Петровы в гриппе» Кирилла Серебренникова — очень противоречивая фантасмагория, исследующая суть российского человека, его дух и ментальность, переплетённая с кафкианскими мотивами абсурда и эстетикой гипнотизирующей грязи. Это весьма многослойное кино, грубое и местами невыносимое, по жанру больше напоминающее slice of life (кухонный реализм), приправленный сюрреализмом, мистицизмом и эскапизмом, нежели привычную драму. Выделить основную идею «Петровых» получается с трудом, поскольку они представляют из себя как личное кино, наполненное воспоминаниями режиссёра, так и целый набор классических сцен из русской жизни. «Петровы в гриппе» — это калейдоскоп событий. Очень тяжёлый, болезненный, хмурый калейдоскоп, в котором, тем не менее, встречается тепло солнечного света, пробивающегося сквозь мрак нищеты, алкоголя и просроченного анальгина.

Как такового сюжета в фильме нет. Основанные на романе Алексея Сальникова «Петровы в гриппе» не концентрируют своё внимание на конкретном главном герое. В картине Серебренникова центральную роль играет современная Россия в преддверии Нового года и её обитатели в лице автослесарей, библиотекарей, поэтов, алкоголиков-поэтов, представителей власти, артистов, художников, бездарных писателей, работяг и так далее. Список можно ещё продолжать и продолжать. Таким образом Серебренников в «Петровых» собрал весь современный российский колорит и фольклор в одном фильме. Как говорил сам режиссёр, все жители России и есть Петровы. Серебренников подобно литературному классику создаёт на экране образ несчастных женщин, право имеющих и дрожащих при виде насилия мужчин не ради художественной выразительности, а потому что именно такую картину мира он и видит за окном.

Россия глазами Серебренникова предстаёт вечно холодным тёмным царством, в котором на ряду с невежеством встречаются чудеса. Но в мире «Петровых» не лешие бродят, а ФСБ-шники по автобусам, распивающие водку с друзьями на гробах, больше напоминающие невиданных зверей, чем людей. Серебренников строит отношения между человека с человеком сугубо функциональными — персонажи его фильма говорят буквально ни о чём, не раскрываясь друг друга. Таким образом Серебренников комментирует одну из главных проблем современного человека: люди разучились смотреть вглубь других людей. Люди перестали разговаривать друг с другом, слушать и понимать, а потому пытаются искать спасение в эскапизме, искусстве и алкоголе. Потому в «Петровых» Серебренников несколько раз показывает одно и то же событие с разных точек зрения, чтобы люди наконец-то поняли, что мир вокруг них намного больше и сложнее, чем им кажется.

Нельзя отдельно не выделить и попросту феноменальный актёрский ансамбль, собранный Кириллом Серебренниковым для «Петровых» словно каким-то волшебным способом. Несмотря на отсутствие центрального протагониста в истории, некоторые персонажи всё же чаще других появляются на экране. Например, Петров-старший в исполнении невероятно аутентичного, вечно сопливого и кашляющего почти каждую минуту Семёна Серзина (режиссёр «Человека из Подольска») — один из самых ярких и живых героев ленты. Жену Петрова со звериной страстью играет Чулпан Хаматова, горе-товарища Юрий Колокольников, мать из воспоминаний Варвара Шмыкова, а Юлия Пересильд появляется в образе несчастной Снегурочки, которая влюбляется в Юру Борисова, пока Юлия Ауг занимает роль вахтёрши в общежитии. Можно было бы отдельно сказать про каждого, но дабы не затягивать, лучше высказаться покороче и по делу: все играют на запредельном уровне, особенно Тимофей Трибунцев, появляющийся сразу в нескольких образах. Ложкой дёгтя в этом плане будет лишь Иван Дорн, который попросту не доигрывает до своих коллег по площадке, оставаясь в кадре собой — он просто хорошо произносит заученный текст, но никак не проживает его.

Следом за актёрским составом идёт невероятный технический уровень «Петровых», сделанные так, словно Кирилл Серебренников снимал блокбастер, а не авторскую драму. Удостоенный награды на Каннском кинофестивале за свою операторскую работу Владислав Опельянц («Уроки фарси») визуально кладёт всех своих коллег по цеху на лопатки одной 18-минутной однокадровой сценой, в которой камера движется по нескольким этажам за героями, сменяя интерьерные локации на уличные несколько раз. Операторская работа Опельянца — одна из лучших во всей истории современного российского кино, в которой драматургия изображения стоит выше красоты, но и не уступает ей в профессиональном плане. Хоть технически можно докапываться до местами заваленного горизонта или же встречающийся расфокуса, делать этого совершенно не хочется, поскольку Опельянц не просто создаёт на экране великолепные и монструозные кадры, а в первую очередь даёт режиссёру возможность высказаться. В «Петровых» визуальное пиршество не стоит выше художественной стороны, о чём, к сожалению, современные операторы забывают.

«Лучшая операторская работа та, которая идеально подходит той или иной истории» — Владислав Опельянц.

«Петровы в гриппе» — технически великолепный фильм, с мощнейшей режиссурой и потрясающими актёрами, с которым потягаться даже многомиллионные проекты могут с трудом. Каким бы противоречивым, эксцентричным или же неприятным для многих человеком не был Кирилл Серебренников, глуп будет тот зритель, отрицающий мастерство этого режиссёра. Даже в том, что ни одну сюжетную линию в «Петровых» Серебренников внятно не открывает и не закрывает, отчётливо видна сильная рука мощного режиссёра, существующего вне академических рамок. Ведь герои «Петровых» продолжают жить дальше после начала финальных титров. Серебренников переносит на экран живых людей, а не создаёт персонажей из умных учебников по драматургии. «Петровы» — сложное, многослойное, тягучее и изнуряющее кино о гиперболизированной России и о том, как тяжело в ней живётся русскому народу. Однако, несмотря на всю эту грязь и безысходность, в которую Серебренников окунает зрителя, «Петровы в гриппе» — это всё же очень светлое кино, злое снаружи, но доброе внутри. Ведь жизнь это не только про вечные страдания, боль и тлен — это ещё и про счастье, любовь и воспоминания из детства.

9 из 10

12 сентября 2021

С Новым Годом и постмодерном вас !

После просмотра фильма сначала постигло чувство разочарования за новую работу Кирилла Серебренникова, так как не смог определить центральную идею, посыл фильма. Задал себе классический вопрос:' Ну и о чём в конце концов эта картина?» Минут через 5 понял, что этот вопрос неправильный. В фильме нет центральной идеи, так как можно перечислить несколько и все немаловажные: на их раскрытие потрачено уйма хронометража.

Тогда наступило «озарение» того, как превосходно выстроен фильм и как прекрасен постмодернистский кинематограф. Повествование максимально нелинейно: мне не удалось даже выстроить их в линию, сомневаюсь, что это возможно. Как ни странно, это не является недостатком, а позволяет самому собрать фильм как тебе захочется. И это главная магия. Можно создавать собственные уникальные идеи о чём этот фильм, так как режиссер и писатель Алексей Сальников дали нам целую коробку кубиков в виде надписей, разбросанных по фильму, персонажей мифологии греческой и русской, использований субъективных камер и галлюцинаций, а также смешения разных жанров.

Ценность такого поиска в том, что думаешь, что дошел до идей сам, (хотя это не совсем так) поэтому они становятся важными, сокровенными для тебя. В этом ещё одно достоинство фильма.

Возвращаясь по несколько раз к одной и той же сцене, начинаешь глубже её осознавать: скажем в сцене Нового Года в СССР субъективной камерой чувствуешь отсутствие праздника и тревогу, а потом, когда камера следит за другим персонажем, то видишь, что интуитивные чувства были неслучайны, причины находятся рядом, нужно только отвести взгляд на другого человека. В этом, пожалуй, для меня проявление таланта Владимира Опельянца, который был отмечен наградой на Каннском кинофестивале.

Специально не стану озвучивать идеи, которые нашёл, чтобы не лишить вас радости открытия, приглашаю самим подумать об историческом пути России, отцах и детях, национальных вопросах. Впрочем, если вы этого хотите…

10 сентября 2021

я петров и ты петров

Мужчина едет в автобусе. Старом, корейском. Вокруг люди судачат о разном: кто о Ельцине, кто о низких зарплатах. А у мужчины грипп, и температура под 39. Вот выйдет он из автобуса — и попадёт в ещё больший хаос и безумие. Так начинается и продолжается фильм «Петровы в гриппе» — адаптация романа Алексея Сальникова.

Петров (Семён Серзин) будет перемещаться из сомнительных квартир на ещё более сомнительные улицы, а затем зарулит к своей бывшей жене (Чулпан Хаматова) и ребёнку.

Книга-первоисточник, конечно, тоже сумбурна и хаотична донельзя, но Серебреников предлагает гораздо больше, чем просто экранизацию. Это абсолютно уникальный киноопыт. Эта картина будет вести вас по запутанным коридорам маленьких городов, и будет показывать то жизнь болеющего гриппом человека, то попытки совладать с собой маньячки-работницы библиотеки.

Герои погружаются и погружают нас в свои воспоминания о новогодних ёлках в детстве и другой стране с мороженым по пять копеек. Серебреникову удаётся при помощи различных выразительных средств сделать этот поток сознания полностью бесшовным. Петров может идти и читать рассказ, а мы и не заметим, как окажемся внутри него. А в какой-то момент фильм внезапно станет чёрно-белым, и в определенной степени околосоветским.

«Петровы в гриппе» — это бесконечный трип сквозь русскую хтонь. Это не энциклопедия жизни в постсоветской России, но очень креативная и свежая попытка её изобразить. Вам уж точно не будет скучно при просмотре — непонятно, местами неуютно, но до жути интересно, ведь ничего подобного видеть не доводилось ещё никому.

Если и приводить пример хотя бы отдалённо похожей по структуре картины, то это будет «Вход в пустоту» Гаспара Ноэ. Только у французского режиссёра было размышление о жизни и смерти, тогда как у автора романа Сальникова или режиссёра Серебреникова целая совокупность поднятых тем — русская тоска, муки творчества, ностальгия и многое-многое другое. Это та картина, которую стоит посмотреть каждому. Стопроцентной и однозначной расшифровке она не подлежит — каждый увидит что-то своё. Как сказал сам Серебреников в одном из интервью — каждый из нас Петров. И он сам — тоже Петров.

10 сентября 2021

Фантастика Петровы в гриппе на большом экране с 2021 года, его режиссером является Кирилл Серебренников. Кто снимался в кино, актерский состав: Сергей Дрейден, Чулпан Хаматова, Юрий Колокольников, Николай Коляда, Юлия Ауг, Любовь Аркус, Ирина Выборнова, Тимофей Трибунцев, Юлия Пересильд, Ольга Воронина, Александр Ильин мл., Евгения Кузнецова, Семен Штейнберг, Андрей Родионов, Варвара Шмыкова.

Производство стран Россия, Франция, Швейцария и Германия. Рекомендовано к показу зрителям, достигшим 18 лет.
Популярное кино прямо сейчас
© 2014-2021 FilmNavi.ru - ваш навигатор в мире кинематографа.