Рита-надоеда (1966)

Лина Вертмюллер не церемонится: она берёт Риту Павоне, засовывает её в частную школу и говорит: «Ну, давай, взорви тут всё к чертям».

И Рита взрывает.

Она не героиня — она саранча. Zanzara. Насекомое, которое жужжит, кусается, не сидит на месте. Павоне играет так, будто ей плевать на сценарий, на режиссёра, на правила. Она поёт — и получается хит. Она двигается — и получается бунт. Она скандалит — и получается манифест.

Она подрывает устои школы, как будто это не учебное заведение, а крепость, которую надо взять штурмом. Для этого она готова применять карате. Но ее слова попадают куда более метко - она даже готова критиковать женские волосы на ногах своих учительниц. А почему бы и нет?!

Однако более всего внимания достается скромному герою Джанкарло Джанини. Этот тихий интеллектуал тайно пишет попсовые хиты и этим пленяет Риту. Его скромность и талант пробуждают в девушке интерес нарушить все возможные границы.

Джанкарло Джанини тут — просто фон. Он пытается быть серьёзным, но рядом с Павоне он выглядит как обреченная жертва. Рано или поздно ему придется смириться и впустить ее в свою жизнь.

Финал — это вообще отдельная история. Концерт, который превращается в погоню, а потом — в любовное признание. Это не романтика. Это — хаос, который вдруг обретает форму. И имя этой формы - Рита.

Лина Вертмюллер конструирует мир, где правила существуют только для того, чтобы их нарушать. Рита Павоне — не персонаж, а принцип: она — вихрь, который сметает границы между реальностью и вымыслом.

7 из 10